Роковые часы

Райан Шиллинг сошел на пустынной платформе станции Штейнфельд. После теплого вагона показалось ужасно холодно. Он глубоко вдохнул, и ледяной воздух обжег ему нос и легкие. Когда он выдохнул, клубы пара поднялись над его головой. Вокруг не было ни души.

Дядя Карл обещал встретить его на станции. Так где же он?

Райан подхватил рюкзак и направился

к билетному турникету в надежде найти хоть кого-нибудь. Но не успел он сделать и несколько шагов, как на платформе появился огромный пес. Пес огляделся, принюхался и с устрашающим лаем бросился неперерез.

Райан похолодел. Он и вообще был не большой любитель собак, а эта казалась просто чудовищем. Огромная и наверняка очень сильная, вся покрыта лохматой белой шерстью, из-под которой сверкали злые черные глаза. Приблизившись, пес разинул слюнявую пасть. Райан уставился на два ряда блестящих и острых как бритва зубов.

— О Господи! — простонал он. И двух минут не прошло, как он покинул уютный вагон, а уже оказался нос к носу с настоящим исчадием ада.

Мальчик отпрянул, сердце его бешено колотилось. Пес высоко подпрыгнул, его вытянутые когтистые лапы устремились на Райана. Тот закрылся рюкзаком, а потом крепко всадил его в пасть страшной твари.

И хотя зубы зверя увязли в рюкзаке, лапы нанесли Райану такой мощный удар в грудь, что его подбросило в воздух. С глухим стуком грохнувшись у самого края платформы, он испуганно повел глазами: собака застыла над ним. Казалось, она не торопилась расправиться со своей жертвой

— Хоро-о-ошая собачка, — с надеждой заворковал Райан. Он заметил, что собака насторожила уши и повернулась, осматриваясь. Райан тоже услышал звук шагов, доносившихся из кассового зала, а затем раздался мужской голос:

— Макс! Ко мне!

«Хозяин, — подумал Райан. — Ну наконец-то». Но пес совершенно не обращал внимания на призывы и лишь ниже опустил голову. Ужасные челюсти раздвинулись. Райан закрыл глаза. Он почувствовал на своем лице горячее дыхание и зловоние немытой шерсти.

— Макс! — взревел незнакомец, и Райан услышал, что он бежит по платформе.

Райан вздрогнул, когда мокрый, горячий и шершавый язык пса прошелся ему по подбородку и дальше по носу. Его уже попробовали.

В следующее мгновение последовал резкий толчок, и собачья морда больше не маячила над ним.

— Райан? — услышал он. — Это ты?

Райан посмотрел вверх. Рядом стоял высокий мужчина с соломенными волосами и ярко-голубыми глазами. Райан узнал его по многочисленным любительским снимкам. Это был дядя Карл, но, в отличие от привычно улыбающейся физиономии на фотографиях, выражение лица у него было озабоченное.

— Прости, пожалуйста, — говорил он, помогая Райану подняться. — Макс не всегда себя так ведет. Он, видно, очень взволнован встречей с тобой.

Райан

поглядел на собаку. С виляющим хвостом и высунутым языком она выглядела теперь вполне дружелюбно. И все-таки Райану было приятно, что дядя крепко держал Макса за ошейник.

Три дня назад был день рождения Райана. Родители давно обещали ему совершенно особенный, необыкновенный подарок — отправить погостить к дяде Карлу и тете Ингрид.

Райан мечтал об этой поездке сто лет. Ему выпадал случай посетить страну, где вырос его отец, и познакомиться с папиным братом. Кроме того, представлялась возможность попрактиковаться в немецком и, может быть, даже научиться кататься на лыжах.

Путешествие было восхитительным, особенно потому, что он ехал один. Полет на самолете и поездка на поезде прошли без сучка без задоринки. Оставалось только доехать на машине до Обердорфа, где дядя Карл и тетя Ингрид жили в доме, в котором родился его отец.

— Прости, что опоздал, — сказал дядя. — Погода неожиданно испортилась. В горах очень сильно метет, и добираться пришлось дольше, чем я рассчитывал.

Райану было приятно сознавать, что он без труда понимает немецкий язык дядюшки. Райан глянул на небо — по нему клубились желто-серые тучи.

— Странно, — заметил дядя, поднимая рюкзак Райана. — По телевизору утром ни словом не обмолвились о непогоде, а наши прогнозы обычно довольно точные. После обеда вдруг, откуда ни возьмись, снежные… ты, наверное, в это время как раз пересекал границу.

Они двинулись к выходу со станции, Макс сильно натягивал поводок.

— Надо поторапливаться, — сказал дядя, когда они пересекали автомобильную стоянку. — Скоро здесь пойдет снег, а выше в горах будет совсем плохо.

— Как говорил папа, в Обердорфе всегда идет снег, — заметил Райан.

Дядя улыбнулся.

— Твой папа преувеличивает. В горах зимой действительно лежит снег, но это вовсе не значит, что он все время валит с неба. Мы обычно принимаем некоторые меры предосторожности.

Они подошли к большому джипу. Это была единственная машина на стоянке.

Дядя Карл хлопнул племянника по плечу.

— Наконец-то мы с тобой познакомились, Райан, — сказал он. — И твоя тетка Ингрид с нетерпением ждет твоего приезда. Поехали домой.

Едва они вырулили со стоянки, как на Штейнфельд обрушилась лавина снега.

К тому времени, когда они доехали до окраины городка, уже невозможно было разглядеть дорогу. Дядя Карл остановил машину на обочине.

— Надо надеть снеговые цепи, — сказал он. — Без них нам не обойтись даже со всеми четырьмя ведущими колесами.

Райан вглядывался в окно: снег, подхваченный порывами ветра, кружился в безумном хороводе.