Роковой треугольник
Шрифт:
Кивая, она промолвила:
— Тогда я скажу, о чем думаю.
— Хорошо.
— Я думаю, что, как бы хорошо нам ни было, — в ее голосе прозвучало искреннее сожаление, — это не должно произойти снова.
Стив коротко рассмеялся, и она нахмурилась.
— Что тут смешного?
— Вот об этом я и думал, — сообщил он, легонько хлопнув ее по обнаженной спине. — Ты снова собралась сбежать.
Она приподнялась и посмотрела ему в глаза.
— Я не убегаю, просто...
— Я все-таки недостаточно хорош для тебя, — закончил за
— Не в этом дело, и ты прекрасно знаешь.
Она попыталась соскользнуть с него, но Стив держал ее, положив сильные руки ей на бедра.
— Тогда в чем?
— Я не могу делать то, что хочу, — ответила она, накрывая его руки своими. — У меня есть сын. Я должна в первую очередь думать о нем.
— Это не имеет никакого отношения к Биллу.
— Конечно, имеет. — Еще как имеет. — Я его мать. Мое внимание должно быть сосредоточено на нем, а не на...
— ...сексе? — закончил Стив, положив ладонь на ее горячую плоть. Большим пальцем он стал поглаживать нежную кожу. Ванда прерывисто задышала.
— Это нечестно...
Он снова засмеялся.
— А кому нужна честная игра?
— Проклятье, Стив... — Она отбросила его руку, но он тут же возобновил сладкую пытку. — Это только все усложнит.
— Давай проверим, — предложил он, приподнял ее бедра и скользнул внутрь. Ванда медленно задвигалась, доводя их обоих до сумасшествия и растягивая удовольствие.
— Ванда...
Не прекращая двигаться, она запрокинула руки за голову.
Он обхватил ладонями ее груди и задохнулся от восторга, когда она накрыла его руки своими. Закинув голову, Ванда двигалась на нем, отдаваясь древнему, как мир, танцу любви.
Стив не мог оторвать от нее взгляд. Их тела двигались в едином ритме. Освещенная лунным светом, Ванда выглядела как оживший сон.
А когда она довела его до края пропасти и бросилась туда вместе с ним, Стив понял, что все эти годы любил только ее. И если она все-таки решит сбежать, это убьет его.
Глава восьмая
— Что ты здесь делаешь? — спросил Стив три дня спустя, когда Билл медленно вошел в сарай Беренджеров.
Парень пожал плечами.
— Ничего, — ответил он оглядывая верстак и инструменты на нем. — Просто заехал поздороваться.
— А твоя мама знает?
— Я оставил ей записку.
Стив кивнул:
— Записку, которую она найдет, только когда придет домой с работы.
— Ну да. — Билл слегка улыбнулся ему, и эта улыбка была так похожа на улыбку Ванды, что Стив едва не задохнулся. — Она не хочет, чтобы мы с тобой общались, — признался мальчик, подходя к поблескивающему на солнце мотоциклу. — Боится, что ты можешь оказать на меня дурное влияние.
— Она так и сказала? — Стив стиснул зубы. Пропади все пропадом, одно дело — если она высказывает свое беспокойство ему в лицо. И совсем другое —
Билл тряхнул волосами.
— Я слышал, как она говорила это моей бабушке.
Прекрасно.
Дурное влияние.
Похоже, между ними ничего не изменилось. Прошло три дня со времени их незабываемой ночи. Три дня, и ни одного слова от нее. Стив звонил ей домой, оставлял сообщения, говорил с ее матерью — и ничего.
Как будто женщина, с которой он был той ночью, осталась только в его памяти, как и пятнадцать лет назад.
Глядя на мальчишку, Стив старался унять разочарование, поселившееся в груди. Но это было нелегко. Черт, он мог понять Ванду. Если бы у него был сын, Стив бы тоже не захотел, чтобы парень перенял его жизненный уклад.
Но Стиву все эти годы незачем было меняться. Кроме дедушки и кузенов, ему не о ком было заботиться. Никаких связей. От него никто не зависел. Почему же, черт возьми, он не мог заниматься тем, что ему нравилось? Почему не мог жить, как свободный мужчина, не обремененный семейными проблемами?
Отбросив невеселые мысли, он сосредоточил внимание на парнишке, который присел на корточки, чтобы лучше рассмотреть мотоцикл.
— Любишь возиться с техникой?
Билл взглянул на него и снова улыбнулся. Ему потребуется время, чтобы привыкнуть к улыбке Ванды на его лице.
— Да, но я слишком мало знаю, чтобы что-то делать.
— Я мог бы научить тебя, — вырвалось у Стива. Он вздрогнул, заранее зная, что скажет на это Ванда.
— В самом деле? — Лицо мальчика просияло. — Было бы здорово. — Потом он нахмурился. — Правда, мама, наверное, не разрешит мне.
— Я договорюсь с твоей мамой. — Стив помрачнел, воображая предстоящий непростой разговор.
— Круто.
Стив кивнул и прислонился к верстаку. Сложив на груди руки, он попросил:
— Но сначала пойди в дом, позвони в видеосалон и сообщи своей маме, где ты.
Билл поднялся и засунул руки в карманы джинсов, почти стянув их с узких бедер.
— Она отправит меня домой,
— Я поговорю с ней после тебя.
— Ладно.
— Два доллара за пять дней проката, — подытожила Ванда, взяла деньги у клиентки и положила диск в коробочку. Надо написать тете Лили, что дела в видеосалоне идут неплохо. Впрочем, Лили так прижилась на Аляске, что потеряла к своему заведению всякий интерес.
Когда покупательница ушла, зазвонил телефон, и Ванда подняла трубку, не спуская глаз с пары подростков, которые стояли в секции триллеров.
— Здравствуйте, это видеосалон.
— Привет, мам, — начал Билл и быстро затарахтел: — Хотел сообщить тебе, что я у дедушки и Стив разрешил мне помочь ему с починкой мотоцикла.
У нее все опустилось внутри.
— Билл...
— Стив хочет поговорить с тобой, пока, мама, — произнес ее сын, и в трубке послышался голос Стива:
— Привет.