Роковое счастье
Шрифт:
Нет, не возьмут её, непорожнюю, в город! Ну и куда ж теперь с чудовищем в утробе?!
Раз за разом спотыкаясь и падая, обессиленная Олеся плелась в Берёзовку. Она не плакала – она раненым зверем выла и скулила.
По глухому и болотистому Полесью шла несчастная девушка, всем сердцем своим возненавидевшая судьбу…
Да-а, наверное, редко можно встретить такой коварный норов у судьбы. Да вот только ж говорят, что большинство судеб схожи с натурой своих подопечных. Так что вроде даже как пара получается…
Ох и не хотелось Олесе в этакой паре тянуть лямку
Домой красавица явилась уже затемно – вся в грязи и в слезах, оборванная и оцарапанная. Да уж, красавица так красавица…
Мать и оба брата, испугавшись вида Олеси, попытались было расспросить, что стряслось, но, наткнувшись на дикий взгляд, оставили горемычную в покое. Да где уж теперь тот покой?!
Чёрные мысли рвали сознание, словно свора взбесившихся собак! Голова раскалывалась от боли. Безысходность давила душу. Казалось, теперь только в петлю дорога прямая.
И никто не мог помочь Олесе!
Хотя нет, при таком неимоверном потрясении у людей иногда всё же находился чертовски надёжный помощник и спаситель – полное умопомешательство, препровождавшее несчастных в совершенно другой, безоблачный и блаженный мир…
Олеся даже не представляла, насколько в этот вечер она и в самом деле была близка к безумию… Но, видимо, кто-то решил, что будущая мать достаточно наказана за опрометчивый поступок. На выбившуюся из сил девушку вдруг нашло странное безразличие ко всему вокруг, и она незаметно уснула. Скорее всего, это её и спасло. И не только её…
Олеся проснулась под утро. Было ещё довольно темно, и лишь на востоке предутренний сумрак, испугавшись зарождающейся зари, побледнел и начал клочьями туманными нехотя прятаться по низинам да по тенистым дубравам.
Не шелохнувшись, Олеся лежала в полутьме с открытыми глазами. Было довольно странно, но после всего пережитого мысли её сейчас парили по сознанию с необычайной ясностью. Вот уж не зря говорят, что утро вечера мудренее.
Первое, что пришло девушке в голову, заставило тело покрыться липким холодным потом, а через мгновение и волосы на голове зашевелились, пытаясь встать дыбом. В ужасе резко приподнявшись на локтях, Олеся лихорадочно пробовала ошельмовать страшную мысль, но как ни крутила, всё говорило в пользу зловещей действительности: избавиться от зародыша ей препятствовал не Бог! Дальше Олеся побоялась развивать эту мысль…
Немного успокоившись от шока, девица цепко и даже с какой-то холодной яростью начала оценивать пропасть, в которою её опять столкнула судьба. И надо отдать должное Олесе, ибо она снова полнилась решимостью подняться с колен и наперекор всему выкарабкаться из этого чёртова зева! Да, она продолжит бороться за своё счастье! И первое, что ей сейчас нужно – это успеть к урочному часу в местечко. Она вырвет свой шанс у коварной судьбы! Только бы дождалась её та богатая парочка! О беременности она промолчит, а там – будь, что будет!
Багряная заря встретила Олесю уже далеко за околицей Берёзовки. С узелком в руках девица спешила в новую жизнь, к более счастливой доле. Во
К обедне Олеся явно не успевала. Расстроенная, уставшая и едва не плача, она подходила к условленному месту возле церкви. Урочный час давным-давно уже прошёл, и ждать Олесю почти полдня вряд ли кто будет!
Насилу сдерживаясь, чтоб не разреветься, бедняга сквозь слёзы затравленно оглядывалась вокруг. Взгляд то и дело натыкался на неспешных прохожих; у церкви – три крестьянские подводы, явно из окрестных деревень; дети, больше похожие на беспризорников, игрались в песке – и никому не было дела до волнений незнакомой девицы…
Не заметив вчерашних богатеев, Олеся даже обошла вокруг площадку перед церковью в поисках их, но и тут только лишь случайные прохожие да нищие на паперти. Девушка окончательно упала духом. Опоздала! Все надежды и чаяния снова пошли прахом!
«Господи! – мысленно в сердцах воззвала девица к Богу. – Да сколько ж это будет продолжаться?! В чём моя вина?!» Немо выкрикнув вопрос о вине, Олеся спохватилась и пожалела о такой горячности. Зачем надо было лишний раз напоминать небесам о грехах?! Ведь этого «добра» она уже успела нахватать с лихвой!
И горемычная не сдержалась. Рухнув на лавку в церковном дворе, она горько разрыдалась, совершенно не обращая внимания на любопытных прохожих. Вволю выплакавшись и теперь лишь изредка хлипая, Олеся, казалось, застыла в тяжёлой задумчивости, однако думать голова была не в состоянии – в мыслях очень даже уютно себя чувствовала полная пустота.
Неизвестно сколько бы она так просидела в отрешённости, если бы её не вывел из этого состояния раздавшийся за спиной тихий голос. Знакомый голос!
– А мы уж думали, что ты не придёшь.
Девушка ещё мгновение сидела с широко раскрытыми глазами, не веря в чудо! Затем она резко вскочила, повернулась и…
Радости не было границ! Со слезами Олеся бросилась в объятия к будущей хозяйке. Порыдав ей в плечо, она наконец опомнилась и, чуть отстранившись, в смущении опустила голову.
Совершенно не ожидавшая такого проявления чувств Ядвига была несколько растеряна, но, наверное, всё же больше тронута. В глубине души она даже возгордилась, что так ловко подобрала ключик к душе деревенской красавицы-простушки.
Да уж! Женщина со своей изощрённой хитростью и коварством даже и подумать не могла, что этой юной девице жизнь уже успела примерить уйму масок, и в одно время ей даже впору пришлась личина христопродавца Иуды. Так что эта деревенская простушка, стыдливо опустившая глаза долу, почти ничем не уступала Ядвиге Сакульской в сметливости. О таком довеске к своей удаче Ядвига никак не могла предположить …
Глава 5
Радость переполняла Олесю. В кои-то веки ей нежданно-негаданно сказочно повезло – она вырвалась из Берёзовки! И не в другую деревню иль на какой-нибудь захудалый хутор, а в город! В большой губернский город Гомель!