Роковое кольцо
Шрифт:
– Так я и сделаю, – спокойно произнес он.
Из Мастерсона прибыл небольшой отряд. Его привел Джайлс. Приехали рыцари и оруженосцы, а с ними и Мейв.
Роза радушно встретила прибывших в парадном зале.
Когда она увидела Мейв, то очень обрадовалась произошедшей в ней перемене. Теперь это была розовощекая молодая женщина, а не замороженная девушка с печальными глазами и впалыми щеками. По ее животу Роза поняла, что Мейв беременна.
Она обняла жену Седрика, и слезы брызнули у нее из глаз.
– Я
– А уж как я рада, миледи! – прощебетала Мейв. – Мне не хотелось оставаться одной в Мастерсоне, отпуская мужа в Браервуд.
– Могла бы и обождать, Мейв, – сказал Гарет, входя в зал. – На рассвете мы выступаем.
Роза вскинула на него глаза и вновь обернулась к Мейв.
– Ты должна задержаться в Браервуде хотя бы на несколько дней. Когда тебе рожать?
Мейв покраснела.
– Должно быть, через месяц. Я еще никогда не чувствовала себя так хорошо. Мне и поездка пошла на пользу.
Но все расчеты Мейв рухнули ближайшей ночью. Роза только заснула, как в спальню к ней прошмыгнула Джанет.
– Миледи, Мейв рожает.
Роза набросила халат, и они вместе с Джанет спустились в спальню Мейв и Седрика.
От боли и страха Мейв лежала с широко открытыми глазами и глотала воздух ртом.
– Началось раньше срока, – словно извиняясь, произнесла она.
Воли нарастали. Схватки усилились.
Роза решила, что сама отправится за повитухой в город. Врач уехал вместе с Акасией в Пэдвик. Седрик сопровождал Розу.
Госпожа Лайенс жила в небольшом домике на берегу реки. Добрая душа, она не рассердилась за поздний неожиданный визит.
Когда они вернулись, Мейв металась, терзаемая болями. Седрик взял ее за руку, чтобы подбодрить. Склонившись, он шептал ей разные ласковые слова. Сцена была такой трогательной, что при свете масляной лампы напоминала икону.
Роза испытала острое чувство зависти. У Мейв было все, о чем мечтала Роза: любящий муж, а скоро и ребенок. Она взглянула на Гарета, стоявшего тут же, у дверей, и подумала: может, и он испытывает сейчас подобное чувство? Но Гарет опустил глаза и вышел из спальни.
Мейв с трудом улыбнулась.
– Моя мать рожала быстро. Может, и у меня так будет?
Повитуха подтвердила:
– Схватки уже сильные и частые. Ребенок не заставит себя ждать!
Она обратилась к Седрику:
– Шли бы вы отсюда, сэр! Это женское дело.
– О, нет! – воскликнула Мейв, стиснув зубы.
Роженица, что было сил, схватила мужа за руку.
Рожать Мейв помогали все: для всех нашлась работа. И Роза, и Джанет, и даже Гарет носили теплую воду, горшки с настоем трав и бесконечные салфетки. Прошло три часа, прежде чем Мейв издала истошный вопль, почувствовав, что вот-вот разродится.
– Тужься, девочка, – поучала
Роза подняла повыше масляную лампу, осветив красное и потное лицо Мейв. Роженица закричала снова. Роза передала лампу Джанет и вышла.
Гарет мерил шагами коридор. Он был взволнован почти так же, как Седрик.
– Господи! – сказал он с горячим участием. – Такое впечатление, словно вы там мучаете Мейв.
– Так всегда кричат женщины, рожая, – ответила Роза, странно тронутая его заботой. – Не беспокойся, Гарет, скоро уж Мейв родит.
Джанет позвала Розу.
– Миледи, посмотрите! Какое чудо!
Роза взглянула на прекрасное дитя. Это был мальчик.
Повитуха запеленала ребенка.
– Подержите его, миледи, пока я займусь другими делами, – она передала крохотный сверток Розе, бережно принявшей на руки ребенка.
– Благослови его Господь! – прошептала повитуха.
Гарет ворвался в спальню.
– Я слышал детский плач! – произнес он взволнованно, едва переводя дыхание.
Голос Гарета сошел почти на шепот, глаза потеплели.
– Слава Богу! – выдохнул он. – Кто родился?
Седрик смущенно улыбнулся.
– Мальчик!
Он повторил слова госпожи Лайенс:
– Благослови его Господь! Имя ему будет Джайлс!
Роза загляделась на Гарета. Он был совершенно заворожен ребенком. Глядя на малыша с восторгом, Гарет дотронулся пальцем до маленькой ручки.
Мейв слабо улыбнулась:
– Джайлсом мы решили назвать сына в честь того человека, который спас меня из Морлея, возвратив к мужу.
Она снова вскрикнула и вопросительно посмотрела на повитуху.
– Должно быть, послед. Он отходит иногда с такой же болью, как и ребенок, – произнесла госпожа Лайенс.
– Но я чувствую… о, Боже мой! – Мейв вновь издала истошный вопль.
Повитуха всплеснула руками.
– Еще один ребенок! Близнецы!
Гарет, не стесняясь, смотрел, как второй ребенок появляется на свет, и было в этом что-то святое.
Дочь Мейв была так же хороша, как и ее брат, только весом поменьше и сложением поизящнее. Мейв и Седрик тут же назвали девочку Розой и попросили Розу и Гарета быть их детям крестными родителями.
Предовольная принятыми родами госпожа Лайенс собирала свои вещи.
– Пойдемте! – сказала она Гарету, Джанет и Розе. – Сейчас необходимо дать роженице отдохнуть.
Когда они выходили из комнаты, Роза оглянулась и посмотрела на Седрика и Мейв. Они завороженно глядели на своих детей. Лицо Мейв излучало какой-то свет и дышало покоем. Она была похожа на Мадонну. А такого любящего отца, как Седрик, еще не видывал белый свет. С легкой грустью подсматривала Роза за чужим счастьем. Ее сердце исходило печалью. Подобного счастья – увы! – у нее никогда не будет.