Роковое кольцо
Шрифт:
– Вас спрашивают, миледи, – сказал паж.
Охваченная переживаниями, Роза не заметила его приближения.
– Вас хочет видеть какая-то женщина, – уточнил паж:.
Роза прошла в зал и огляделась. Шкафы, буфеты, столы, обычные визитеры, слуги… и вдруг она заметила за небольшим столом Джанет. Роза вихрем подбежала и обняла камеристку.
– Джанет! Джанет! – слезы брызнули из глаз Розы.
Любящее сердце Джанет и долгие годы жизни в Браервуде подсказали камеристке, что за боль, тревогу и одиночество переживает сейчас ее госпожа.
– Пойдем,
В волнении Роза оглядывала Джанет.
– У тебя была тяжелая дорога?
Джанет устало кивнула.
– Что-нибудь случилось? Почему ты здесь?
– Ваш отец, любовь моя… он болен.
Роза вскрикнула и упала на пол возле ног Джанет.
– Отец? Святой Боже! Что с ним?
Джанет погладила её по голове.
– Врач, Годфри Пэлхам, каждый день приносит ему снадобья и ставит пиявки, но больному от этого не становится легче. Ваш отец – старый человек, а от старости, увы, нет лекарства.
– Он умирает? – Роза упала лицом в колени Джанет.
Она живо представила себе отца – всегда такого доброго, ласкового… Она вспомнила, как он часто гладил ее по волосам в детстве, как внимательно слушал, когда дочь что-нибудь рассказывала. Он при этом забавно шевелил губами, повторяя про себя ее слова. Если у нее что-нибудь не ладилось, отец утешал. Это невозможно – неужели он покинет ее навсегда?
Роза подняла залитое слезами лицо.
– Я еду в Браервуд!
Джанет кивнула.
– Лорд Джон как раз желает того, миледи!
Роза засуетилась, собирая вещи в^дорогу.
– Мы едем немедленно!
– Может, подождем до утра? – устало вымолвила Джанет.
Роза взглянула на нее. Глаза немолодой женщины обрамлены темными кругами, глубокие морщины пролегли на щеках и вокруг рта, на лице лежала печать усталости.
– Отдохни здесь пару дней. Я поеду одна.
– Подумайте о себе, миледи! Кто защитит вас от воров и разбойников, которых полно в лесах в это время года! Нечего вам ездить одной по ночам! И что скажет в этом случае лорд Джон? Он меня прогонит из замка!
Роза вздохнула и прислушалась к совету камеристки.
– Хорошо, отложим до рассвета.
Утром следующего дня Роза послала пажа к Алейну предупредить его о том, что она уезжает за покупками в город. Нэн, прислуживавшая Розе и после отъезда из Виндзора, с подозрением наблюдала за сборами.
– Не слишком ли много вещей вы берете с собой для поездки в город? – спросила она, глядя на большой узел, который собрала для Розы Джанет.
– Мы берем кое-какие вещи для раздачи милостыни, – объяснила Роза. – Не беспокойся, Нэн!
Служанка ничего не ответила. Роза подошла к ее дочери Коломбине, ласково погладила по голове и шепнула:
– До скорой встречи!
Девочка одарила ее широкой глуповатой улыбкой.
Когда они были уже в конюшне, Роза увидела, как Алейн с большой группой вооруженных людей уезжает из Стептона. Его внезапный
День клонился к вечеру. Роза и Джанет присматривали себе место для ночлега. В придорожных кустах раздался хруст сухих сучьев. Лошадь Розы насторожилась, но всадница даже не успела сообразить, что происходит, как шесть разбойников набросились на них. Дубинка тяжело опустилась ей на голову. Она крикнула Джанет, чтобы та спасалась. Перед глазами Розы возникло лицо Грифита. Повторный удар дубинки свалил ее на землю.
Роза открыла глаза. Лошадь, к седлу которой она была привязана, споткнулась. Девушка стала приходить в себя. В темноте ничего нельзя было разглядеть. Роза почувствовала свежий запах влажной земли, потом потянуло дымком костра. Связанные руки и ноги ломило, голова раскалывалась от сильной пульсации. В глубине леса, у заброшенной фермы, морлейские преступники соорудили лагерь. Высокий незнакомец снял ее с лошади и опустил под деревом. Он осклабился беззубым ртом. Роза с ненавистью взглянула на него и отвернулась.
Появился Талворк. Без роскошной мантии и драгоценностей он более не казался величественным.
– Давно я ждал этого момента, – сказал он. – Мы следили за тобой! Но ты прежде никогда не покидала Стептон.
– Что вам от меня нужно? – громко спросила Роза.
Талворк засмеялся.
– Неужели тебе это непонятно? – кровь прихлынула к его лицу. – Из-за тебя я слишком многого лишился! Ты причина моего падения!
– Негодяй! – вскричала Роза, – вам мало уже совершенных преступлений?
– Мало! Еще не хватает одного.
Он снова засмеялся и сделал жест, подзывая своих приспешников. Несколько человек, среди них Грифит, обступили ее. Их возбужденные лица освещались пламенем костра.
– Джентльмены, – провозгласил Талворк, – молодая леди хочет, чтобы мы наложили на нее епитимию.
Связанные руки Розы мужчины подняли выше головы, а с ног сняли связывавший их кожаный ремешок. Странно, но сам Талворк не собирался принимать участия в «наложении епитимий». Он отступил, в тяжелом взгляде черных глаз светилась жестокость.
– Она ваша! – сказал он.
Жадными руками прошелся Грифит по телу Розы. Тихий крик вырвался из ее груди, сердце охватил ужас, но отвращение было еще сильнее.
Рывком Грифит сорвал с нее одежду. Роза закрыла глаза и стала про себя читать молитву во спасение души. Стиснув зубы, она взывала к своей воле, чтобы суметь перенести то, на что была обречена.
Роза открыла глава, услышав топот конских копыт, крики, шум и ругательства. Насильники поспешили отбежать, остался только Грифит. Он нависал над ней, Роза видела отвратительное лицо, искривленное гримасой похоти. Он то и дело облизывался.