Роковая долька
Шрифт:
— Кикимер не отдает опасную вещь! Кикимер плохой домовик! Его надо наказать!
Кикимер, которому разбили нос и надорвали уши, злобно шипел.
— А он тоже змееуст? — с любопытством спросил Драко.
— Не, он просто шипит, — ответил Гарри, не разобравший в звуках, издаваемых эльфом, никаких слов.
— Что еще за опасная вещь? — спросил дядюшка Дрю.
— А ну отдай сейчас же! — приказал Сириус.
Домовик взвыл дурным голосом, но протянул хозяину красивый медальон на массивной золотой цепочке.
— Ай! —
— Что случилось? — спросил дядюшка Дрю.
— Мой шрам, — ответил Гарри, — его как будто кольнуло. Больно!
— А у тебя такое уже было? — сочувственно спросила Нарцисса.
— Было, — ответил Гарри, — когда в первый раз увидел этого на портрете. Ну, лысого того.
Люциус и Нарцисса переглянулись.
— Ты уверен? — спросил мистер Малфой.
Гарри кивнул.
Драко взял медальон.
— Папа, — сказал он, — а ведь это медальон самого Слизерина. Вот это да! А мы стены обследовали! Поттер, может это у тебя из–за змееустости?
Дядюшка Дрю осторожно забрал у Драко медальон и проверил его заклинанием. Ювелирное изделие окутала темная дымка.
— Это как с диадемой? — спросил Гарри. — Нам Гермиона рассказывала.
Драко испуганно смотрел на медальон.
— Это очень странно, — задумчиво проговорил дядюшка Дрю. — Заклинание показывает, что к этому предмету применялась темная магия. В диадеме оказался крестраж Темного Лорда. Меня беспокоит влияние возможного крестража и воплощенного духа на Гарри. Мы все знаем, что свой шрам он получил в ту ночь, когда развоплотился Темный Лорд Волдеморт. Так что какая–то связь между ними могла установиться. Вопрос в том, какая именно.
— У Гарри связь с этим…. с этим… — от возмущения Сириус Блэк не находил слов.
— Ну ты, Поттер, даешь… — пробормотал Драко.
Люциус Малфой с какой–то болью смотрел на медальон. На пейзаж переместилась Вальбурга Блэк.
— Что тут у вас происходит? — строго спросила она.
— Нашли медальон Слизерина, — ответила ей Нарцисса.
— Откуда у нас в доме такая вещь? — страшно удивилась Вальбурга.
— Она была у Кикимера, — сказал Сириус.
— Кикимер! — старый эльф даже присел. — Где ты это взял? Говори немедленно!
— Кикимер хороший эльф! Кикимер не крал красивый медальон! Кимеру его дал хозяин Регулус!
— Что? — одними губами спросила Вальбурга. — Регулус? А ну рассказывай!
Домовик затряс головой.
— Хозяин Регулус приказал Кикимеру идти со злой господин. Злой господин привел Кикимера в пещеру. Страшную пещеру. Плохую пещеру. И дал Кикимеру пить яд. Кикимеру было плохо, очень плохо. И злой господин бросил его в той плохой пещере.
— А что было потом? — спросила Вальбурга.
Эльф поджал уши.
— Кикимер вернулся домой. И хозяин Регулус спросил его. Кикимер все рассказал. И тогда хозяин приказал перенести его в ту
Старый эльф зарыдал. Вальбурга на портрете как–то сникла, даже стала меньше ростом. Сириус замер в кресле.
— Какой ужас! — пробормотала Нарцисса.
Дядюшка Дрю покачал головой.
— Похоже, что Волдеморт многое почерпнул в вашей фамильной библиотеке, — сказал он, — иначе как бы ваш сын догадался о сути артефакта? А если бы не догадался, то зачем забирать его из тайника и приказывать эльфу уничтожать? И эта страшная смерть так похожа на наказание самого себя.
— Зачем он так? — спросила Вальбурга. — Ну зачем? Почему не пришел ко мне? К отцу?
— Надо уничтожить эту гадость! — сказал Сириус.
— Вряд ли у нас это получится, — покачал головой дядюшка Дрю.
— И медальон самого Слизерина жалко, — вздохнул Люциус. — Может и его в Отдел Тайн отдать? А потом в Хогвартс. Надеюсь, кузен моей жены возражать не будет.
— Забирайте, — кивнул Сириус. — Видеть эту гадость не могу.
Медальон тоже отправился в Отдел Тайн.
— Том, — сказала МакГоннагал, — и как у тебя только рука поднялась? Признавайся сразу: что ты еще испортил?
Волдеморт фыркнул.
— Медальон Слизерина — мое законное наследство. Как и кольцо Певерелов. Имею право делать с ними, что захочу.
— Еще и кольцо? — покачала головой МакГоннагал. — Вот как тебе не стыдно! А диадема тоже твоя собственность? Кстати, чаша Хаффлпафф тоже пропала.
— А это по праву сильного, — нагло ответил Волдеморт, — и умного.
— Минни, — позвал Дамблдор, — а ты отдала мантию–невидимку Гарри?
— Я ее мистеру Гендельквисту отдала, — ответила МакГоннагал, — они с Гарри договорились, что мантию положат в сейф до совершеннолетия мальчика. Нечего из артефакта игрушку делать. Гарри хорошо учится, ни к чему его провоцировать на нарушения дисциплины.
Дамблдор обиженно засопел. МакГоннагал пожала плечами.
— Радуйся, что Сириус не узнал, что ты у его друга такую ценную вещь позаимствовал, — сказала она, — он ужасно расстроен смертью брата. Если еще и это наложится, я за целостность вашего портрета не поручусь.
— Э, — возмутился Волдеморт, — вы поаккуратнее с картиной. Тут, между прочим, еще и я живу.
МакГоннагал поджала губы. Честно говоря, иногда ей очень хотелось позаимствовать у Снейпа бутылек волшебного растворителя и решить вопрос радикально. Хотя на Волдеморта это могло и не подействовать. Учитывая крестражи. Мерлин знает, что такое! Такие замечательные вещи. Вдруг и чаша Хаффлпафф найдется?