Роковая блондинка

Уайт Кейт

Моя подруга Джесси намекнула, что мне следует почитать литературу о неудачной любви и перестать влюбляться в неправильных мужчин. Но мне не казалось, что Красавчик – неправильный мужчина. Просто момент был выбран неудачно.

Меня вгонял в тоску и еще кое-кто – Том Фейн. Тот факт, что он совсем молодым потерял любящих родителей, не давал мне покоя. И где он сам? Слинял из города в поисках приключений? Или что-то натворил и затаился? А если так, то что он натворил? Здесь замешаны деньги? Наркотики? Или он боится неприятностей, которые могут возникнуть у всякого, кто спит с подружкой

своего продюсера? Оставался и еще один вопрос, над которым стоило поразмыслить. Не случилось ли с ним чего-нибудь плохого?

Я должна была сделать все, что в моих силах, и убедиться, что Том в полном порядке. Отчасти потому, что я хотела помочь Крису – точно так же, как он однажды помог мне, но еще и потому, что смерть родителей объединяла меня с Томом.

Сухой лист, сорвавшийся с герани, упал на каменный пол балкона и испугал меня. Приближалась осень – с облетевшими деревьями, замшевыми сапогами и теплыми пальто. И я понятия не имела, куда меня заведут поиски.

3

Я сидела за столом у себя в «кабинете» уже с девяти утра. Называя эту комнату кабинетом, я делала ей незаслуженный комплимент. Всего лишь глубокая ниша, которую я превратила в рабочее место^ повесив несколько полок и поставив столик для компьютера. Каморка не превышала размерами холодильник, но зато здесь ничто не отрывало меня от дел. Если бы я была вынуждена работать в спальне, то постоянно отвлекалась бы, чтобы развесить свитера или поправить коврик.

Выпив две чашки кофе и получив необходимую дозу кофеина, я уже готова была сосредоточиться на Томе. Сначала, впрочем, я зашла на несколько веб-сайтов и удостоверилась, что в мире богатых и знаменитых пока что не случилось ничего, требующего моего внимания. Ни за что не угадаешь, когда именно О. Дж. [1] получит наконец информацию, которой он ждал долгие годы, а именно – кто все-таки убил Николь? Убедившись, что «Базз» сегодня во мне не нуждается, я составила список и принялась звонить.

1

Орентал Джеймс (О. Дж.) Симеон – американский спортсмен и актер, в 1994 г. обвиненный в убийстве своей бывшей жены Николь Браун. – Здесь и далее примеч. пер.

Первой была сотрудница полиции – я знала, ее зовут Джина, – которая раньше занималась пропавшими людьми. Я надеялась, что у нее по-прежнему остались друзья среди коллег и что она сможет найти того парня, с которым разговаривал Крис (на визитке стояло имя «Кевин О'Доннел»), и проложить мне дорогу, убедив его быть откровенным. Меня приветствовал автоответчик, и я попросила Джину перезвонить.

С Джоном Карри, хэмптонским приятелем Тома, мне повезло больше. Я позвонила ему на работу, в банк, и он сам взял трубку.

– Карри слушает, – сказал он таким тоном, словно этот день, едва начавшись, уже успел ему осточертеть. Я представилась, объяснила, что помогаю искать Тома, и сказала, что надеюсь встретиться с мистером Карри в самое ближайшее время.

– Встретиться со мной? – переспросил тот с раздражением. – А как

это поможет делу?

– Вы один из последних, с кем общался Том, – сказала я, пытаясь скрыть собственное недовольство.

– Послушайте, я уже разговаривал с его приятелем и полицией. Кроме того, я страшно занят. Можно даже сказать, разрываюсь на части.

– Но вы можете хотя бы уделить мне несколько минут? – спросила я. – Полагаю, судьба Тома беспокоит вас не меньше, чем нас.

Я надеялась, последняя фраза при всей ее грубости вынудит его согласиться.

Он громко вздохнул, как будто задувал свечки на пироге.

– Хорошо, у меня есть пять минут. Давайте, спрашивайте. И учтите, я вовсе не так уж о нем беспокоюсь. У него такая привычка – то появляться, то исчезать.

– Почему?

– Том всегда был беспокойным – еще до того, как у него умерли родители. Дорога, можно сказать, его манила.

– А в последнее время что-нибудь не наводило вас на мысль, что его опять «манит дорога»?

Повисла долгая пауза.

– Так как? – настойчиво переспросила я.

– В общем, нет. Вы просто спрашиваете не так, как полицейский. Тот сразу поинтересовался – не знаю ли я, куда делся Том. Но я даже и не подумал, что речь идет о другом: не был ли Том в последнее время особенно беспокойным. Не знаю. В последние два года мы мало общались: я был в командировке в Сингапуре. Вернулся несколько месяцев назад, но мы не так уж часто виделись.

– Он в прошлые выходные не поехал в Хэмптон. Как выдумаете, почему?

Карри снова вздохнул.

– Это моя вина. Я хотел, чтоб он приехал и посмотрел мой новый дом. Но я не предупредил жену – сказал ей в последний момент, и она страшно разозлилась, потому что, оказывается, пригласила в гости сестру с мужем. Я передал Тому, что визит придется отложить.

– Что касается смерти его родителей… Том был сильно подавлен?

– Я при этом не присутствовал и потому понятия не имею, как он в тот момент себя чувствовал. Он рассказывал мне об этом без всяких особых эмоций, но я видел, что ему нелегко.

– Вы познакомились в школе?

– Да. Я на год старше, но мы вместе играли в бейсбол. А потом он, как и я, поступил в Скидмор, но на театральное отделение. Можно сказать, другой мир. Но мы часто виделись.

– А что вам известно о его личной жизни?

– Летом Том встречался с девушкой, но, кажется, она его не сильно интересовала и в конце концов сама это поняла. Потом он нашел другую, она занята в том же фильме. Не актриса – так, кто-то из персонала. Кажется, она ему нравится, но проблема в том, что он не готов остепениться, пусть даже все подружки и проедали ему мозги на эту тему.

Карри перевел дух.

– Слушайте, мой шеф прошел мимо уже дважды и каждый раз смотрел на*меня злобным взглядом. Мне нужно работать.

– Еще один вопрос! Вы не знаете никого, кто мог бы вывести нас на Тома? Ну кто-то, к кому Том мог бы обратиться в случае беды?

– Был один… Из Скидмора. Том довольно близко дружил с ним – преподаватель, Алан Кэр. Том и вправду о нем как-то упоминал. У Кэра огромный старый дом, и там вечно околачиваются молодые актеры. Но я сомневаюсь, что у Тома и в самом деле беда.