Рокировка
Шрифт:
– Докладывай.
– В их руках восточная, южная и западная стены, и кварталы рабочей слободы, - бездушный голос мужчины был похож на скрип телеги.
– Что с потерями?
Стоило вспомнить, с какими трудами удалось восстановить численность ордена, и хотелось выть от злости и разочарования. В числе мятежников было немало послушников ордена, и это было самым обидным фактом, эти люди, не задумываясь, выбрали сторону, предпочтя ордену родственные и дружеские связи.
– Три тысячи клинков, это все что у нас есть.
– Куда делись еще семь
Рональд гнал от себя назойливые мысли, стараясь составить картину происходящего поблизости.
– Около двух тысяч потеряно убитыми и ранеными, остальные либо на стороне противника, либо выжидают, ждут итогов столкновения, чтобы присоединиться к победителю...
Да, такие люди были даже в ордене, подлая человеческая сущность.
– Значит, пять тысяч человек можно добавить к еще полутора тысячам клинков.
Веселого в этих фактах было мало, кто бы мог подумать, что весь этот конфликт разразился из-за досадной мелочи?
– Арсенал в наших руках, так что эти пять тысяч это условное число, - Далтон напряженно смотрел на дальнюю южную стену, далекие фигурки бегущих мятежников вывешивали на внутреннюю часть стены очередную порцию устрашающих сувениров.
– "Как это началось, кто убил первым?"
Он вспомнил, с каким остервенением потрошили тела убитых и пленных озверевшие мятежники. Возможно, слухи о жестоких смертях детей и женщин были не просто слухами.
– "Если это все правда... я сам выпотрошу тех, кто останется в живых", - он не поднимался на стены, поэтому сведения разведчиков были сухими фактами, мятежники потеряли больше тысячи человек на стенах, половина из них было из числа женщин.
Учитывая, что на стенах обычно стояли женщины в возрасте от 15 до 35 лет, выполнявшие функции лучниц и стрелков из арбалета, это был несомненный повод для жестокого ответа.
– "Лучше мне не знать имен погибших", - долг крови, он был обязан жизнью командору, в противном случае в данный момент он был бы там, среди сражающихся друзей и кровных братьев.
– Капитаны ждут Командор, - молодой послушник бодро доложился, пряча в глазах испуганный блеск, то что происходило в стенах цитадели в этот день было страшнее того что готовы были увидеть эти молодые романтично настроенные люди.
С трех стен свисали гроздья внутренностей и связки рассеченных конечностей, жители Эльсторма были хорошими учениками. А учителями были дикие орки.
Тех, кому не повезло попасть в руки мятежников, живыми предавали жестокой смерти - Текурайя, человека резали живьем, а после смерти изымали внутренности, с последующим рассечением тела на равномерные куски костей и мяса. Эти сувениры свисали вдоль всех стен, окрашивая когда-то белые стены в кошмарный красный цвет. Командор был вынужден признать, что это была сильная идея, здесь и сейчас было деморализовано большинство послушников ордена.
В кабинете командора сидело двенадцать человек.
– "Восемь капитанов выбрало другую сторону..."
– Какова ситуация?
– Положение сложное, - поднялся Перси Боррел, этот человек
– Караул у камеры Кириана уничтожен, похоже на почерк Эйнара...
– "Итак, теперь у них есть предводитель, я ждал этого".
– Вот как...
– Разведка вернулась ни с чем, везде развернуты сигнальные плетения магов, обойти их не просто, - проклятые маги, они всегда ведут собственную игру. Никому нельзя доверять.
– Где они собираются?
– У южной стены.
Ни один из капитанов не пожелал добавить пару слов в этот доклад, и от этого становилось еще страшнее.
– Скажи мне Рон... зачем все это?
Слова молчаливого и сумрачного Аскольда упали как тяжелые камни.
– Хотел бы я вам все объяснить, но...
Крепость накрыла оглушительная звуковая волна, следом за волной пришло ощущение качающейся земной тверди. Стены крепости ходили ходуном.
– Ворота... Свет, их больше нет!!!
Над крепостью неслись испуганные крики впечатлительной молодежи.
– "Неужели...?"
– К оружию!!!! Орки атакуют...
– "Я был не прав, все худшее только начинается".
– "Моя вина... моя вина..."
От Эльсторма били эманации смерти, боли и человеческих страданий.
Изабелла стояла вдали от крепости, наблюдая за происходящим с болью в сердце. Там, всего в нескольких сотнях метров за мощными стенами крепости за нее умирали знакомые и дорогие сердцу люди. Скольких знакомых лиц она недосчитается после этой бойни, она этого не знала.
– Куда вы...?
Девушка оглянулась на высокого орка, понимая, что сейчас произойдет неминуемое.
– "Крови станет еще больше..."
– Я должна быть там!
Сияющие стены Эльсторма были в этот день прибежищем предательства и человеческой жестокости. Знать бы правду, было ли подобное в истории крепости раньше?
– Светоносная, - Ханумаг поправил на себе перевязь с огромным двуручным мечом, - воины Оркланда присягают тебе...
Полторы тысячи трехметровых орков, это была дикая сила, с которой нужно было считаться. В открытом бою людям нужно было иметь войско в пять раз больше, чтобы противостоять их натиску. Лишь наличие стен уравнивало силы.
– Присяга на крови, - Белла знала, что в клятве на крови применяется высшая магия орков, эти существа никогда не нарушали клятв на собственной крови.
– Как пожелаешь Светоносная...
Шаманы орков установили на массивную треногу большой котел, к нему выстроилась длинная очередь из воинов-орков. Взгляд девушки не зацикливался на мелочах и мимике нелюдей, слишком много мыслей металось внутри нее, чтобы адекватно воспринимать окружающий мир.
– Светоносная, прими нашу кровную клятву, - шаман орков торжественно прикоснулся к котлу с кровью орков, и вся красная масса взмыла в воздух, из крови орков сложился древний символ клятвы, иероглиф засветился и вспыхнул, сгорев бесшумно и без следа.