Рокировка
Шрифт:
Братан выкинул вперед окольцованные пальцы, показал, как он осуществит угрозу. Покрутил тяжелой бритой головой, пригнулся, снова выглядывая в окна. Поразмыслил вслух, обращаясь к Дональду, как к своему:
— Как они меня выпасли, гады? Не иначе, на хвост сели еще в Питере… Да, кстати, я там у тебя мобилу видел — дай-ка сюда. Моя, блин, в штанах осталась…
Он приложил трубку к изломанному борцовскому уху, подождал с десяток длинных гудков, набрал другой номер, снова подождал:
— Ну где вы там все?.. Люба, почему нет никого у аппарата?!.. Я сколько раз говорил, чтоб не уходила! Приеду — всем всё пообрываю… И тебе тоже, не хихикай!.. Короче, найди Лысого и пусть гонит мне навстречу
Он сложил мобильник и преспокойно положил в карман своего пальто.
Андрей надулся. Он платил за переговоры из своего кармана.
— Не огорчайся, рыжий! — братан заметил недовольство оперативника. — Теперь все путем будет. Трубу я тебе потом отдам.
Лехельт не разделял оптимизма рэкетира.
Он знал, что сейчас происходит в городе. Визирь уже передал «три тройки» на свою базу в Полюстрово, а тамошний оперативный дежурный довел сигнал в управление.
В Большом Доме на Литейном в комнате дежурного региональной службы специального назначения заверещал тревожный звонок, замигала лампочка на пульте — и боевая группа «ГрАДа», натянув кевларовые жилеты, расхватала автоматы, и в своих черных комбинезонах и масках несется к лифту, топоча, как стадо разбуженных мамонтов.
Пусть даже лифт, как всегда, сломан — они прыжками спустятся по лестнице, расталкивая встречных сотрудников — и никто, даже генерал-полковник Панин, буде ему наступят тяжелым сапогом на ногу, в эту минуту слова им не скажет.
Градовцы попрыгают в свои микроавтобусы, взвоют сирены, закрутится мигалка на крыше машины сопровождения с координаторами из службы собственной безопасности и штаба РССН — и ворота распахнутся им навстречу.
Все свободные наряды ОПС уже вылетели с баз и прочесывают въезды в город со стороны Колпино. Сан Саныч, наверняка, сидит в своем кресле и напрягает кого только можно.
Потому что разведчик на задании — не остров.
Он, как писал английский классик, часть материка…
Андрюха неспешно шел по трассе к городу, прикидывая некоторые детали будущей развязки, о которой Стоматолог не догадывался.
Чутье, однако, у братана было собачье.
Приглядевшись, он набычился и спросил:
— Че-то тачка у вас странная… Тянет, как зверь… Рация вон… Вы менты, что ли?
Лехельт не отвечал.
В зеркале заднего вида появилась белая машина седьмого отдела, стремительно нагонявшая их.
— Слышь, рыжий! — Стоматолог дружелюбно осклабился. — Вы менты, что ли? Да ты не дрейфь, ответь! Вы мне побоку. Вывезли — и спасибо… Но бабок, если менты, не получите. Вы нас задаром защищать должны. За свою мусорскую зарплату, блин… Которая, между прочим, складывается из наших налогов, — добавил подкованный браток.
«Наша, кстати, тоже…» — мысленно согласился с ним Андрей.
Внезапно ожила рация и бесстрастный звонкий голос Белки произнес:
— Внимание всем водителям! На тринадцатом километре — затор! На тринадцатом километре!
Стоматолог хмыкнул, задумался.
Белая машина обошла Лехельта, голубая пристроилась сзади. Видны были неподвижные головы, суровые лица Чипа и Дейла.
Развязка приближалась.
Андрей миновал четырнадцатый километровый столб, если смотреть от Питера. Досчитав в уме до двадцати, он незаметно повернул
Голубая машина тоже ушла далеко вперед — и вскоре Андрей увидел ее, тормозящей у белого микроавтобуса «додж-рэм», вставшего в правом крайнем ряду.
Лехельт резко прибавил скорость.
— Вот, блин, братва будет ржать, — сказал Стоматолог. — Вы ведь…
Закончить он не успел.
Достигнув предельной, многократно выверенной дистанции, Лехельт уперся изо всех сил в рулевое колесо и ударил по тормозам. Завизжали сгорающие тормозные колодки, намертво прикипев к барабанам, заныли шины, задымив от трения об асфальт. Бесчувственного Ролика вжало в спинку сидения водителя, а пассажирское кресло разложилось и не встретивший на своем пути преграды Стоматолог с открытым от удивления ртом полетел вперед, на деле прочувствовав, отчего ветровое стекло иногда называют лобовым.
Полет был, конечно, не столь увлекательным, как его недавнее падение с небоскреба в Нью-Йорке, но он позволил полностью нейтрализовать братка.
Машина остановилась в метре от микроавтобуса.
Мигом раньше дверцы его распахнулись, навстречу выскочили три громилы в черном.
Сбоку, с абсолютно голой заснеженной обочины метнулись к дверцам рослые фигуры в белом, выставив перед собой короткие и толстые стволы «Вихрей». [85]
От дороги и сзади «жигули» Лехельта блокировали машины группы Визиря и сам он с АПСом [86] в руке поспешил тряхнуть стариной, и первым ухватил торчащего из дыры в лобовом стекле Стоматолога — не за волосы ввиду бритости последнего, а пальцами крюком сбоку за челюсть.
85
Вихрь — укороченный вариант специального автомата «Вал». В оружии используются патроны СП-5 и СП-6 с дозвуковой скоростью пули. Калибр — 9 мм, масса — 2,5 кг, длина — 360 мм, начальная скорость пули — 270 м/сек, емкость магазина — 20 патронов, рабочая дальность стрельбы — 100 м.
86
АПС — автоматический пистолет И.Я.Стечкина. Калибр — 9 мм, масса снаряженного — 1,22 кг, длина — 225 мм, начальная скорость пули — 340 м/сек, емкость магазина — 20 патронов, рабочая дальность стрельбы — до 50 м.
Прижатый мордой к капоту, ошеломленный бугай поворочал глазами, озирая окружающих, и, поймав взгляд Лехельта, подмигнул и сказал шепеляво, но весело:
— Ни хрена вы не менты…
Даже в такой безнадежной для него ситуации этот поразительно живучий экземпляр «хомо братанус» не потерял присутствия духа.
Его выволокли из машины, по традиции завалили на капот. Попытка обыска вызвала здоровый хохот градовцев и самого Стоматолога. Лехельт подошел, задрал полу его пальто и достал из кармана свой мобильный телефон.
Пальто завернулось, выставив на обозрение всем желающим необъятную, первородно голую рэкетирскую корму. Визирь крикнул:
— Белочка, закрой глаза! Тебе такое видеть нельзя!
В этот миг по встречной полосе на трех «мерсах» S-класса подлетела бригада под командой Паниковского. Опознав коллегу даже в таком нестандартном ракурсе, братаны остановились на почтительном расстоянии и вышли из машин посовещаться. В отличие от сотрудников МВД, коих питерские братки ни в грош не ставили и на которых с ходу пошли бы в атаку, к ребятам с Литейного отношение было посерьезнее.