Рок-идолы
Шрифт:
Эдвард решил действовать на контраст меня и мужской части группы – если я была в белом, парни надевали черное, на мне была кожа, они переодевались в белые пастельных оттенков костюмы, с кружевом или же классического покроя, как фрак. И я им завидовала, так как за время концерта я переодевалась почти 6 раз, они только дважды, не считая того, в чем с самого начала выйдут на сцену. Прическа у меня оставалась одна – спутанные волосы, украшенные драгоценностями и жемчугом, но как я поняла, Эдвард планировал, время от времени заплетать их или собирать. Это все я оставляла на его
Первое интервью прошло вполне мирно и спокойно, вопросы задавались в основном только относительно концепции нового альбома, Лэкса расспрашивали о том, что его подвигло на написание многих песен, откуда он черпал вдохновение. Единственным неловким вопросом было то, не я ли случайно стала причиной эмоциональных изменений в песнях Лэкса. и если я замолкла не зная что ответить, то Лэкс не моргнув и глазом обнял меня за плечи и нежным голосом сказал:
– А как же иначе? Посмотрите на нее, как я мог не начать писать такие песни, когда она была рядом.
Шон, Эйтан и Макс улыбались так же искренне, словно все так и было, и мне тоже пришлось улыбнуться. Играй на публику – приказала себе я, это то, о чем говорил тебе Лэкс когда-то. Никто не будет знать, что в действительности происходит в твоей жизни, то как ты разложишь карту, станет твоим лицом перед людьми и прессой.
А уже во время второго интервью мне было совершенно не весело, потому что Лэкс сидел со мной в обнимку, как это было когда-то когда мы еще были вместе, и время о времени играя перед журналистами брал меня за руку, смотрел в глаза, изображая между нами близость. В этот раз я не смогла сыграть, а только лишь улыбалась, и старалась говорить как можно меньше, потому что язык не двигался четко, и я боялась, что начну комкать слова, или вообще разрыдаюсь.
Третье интервью проходило только час спустя после небольшого перекуса и отдыха, и во время этого мы сидели все месте, но дотошный Эдвард не позволял мне много есть, а некоторые продукты так вообще вырывал из рук. Я тихо радовалась тому, что из-за надсмотра надо мной он так же не поел толком. Да уж, видимо шоу-бизнес меня немного ожесточил, раз я думала о таком.
– Эшли. – обратился ко мне Макс. – ты не должна быть такой скованной, а то во время интервью все выглядело так, будто тебя насильно держат в группе.
– Я в этот раз постараюсь, мне казалось я уже знаю, какими бывают интервью, но сегодня все по-другому.
– Перед концертом так бывает, - Шон ободряюще мне усмехнулся, и эту улыбку перехватил Лэкс. Глаза его стали холодными, и повытерав губы салфеткой, он кинул ее небрежно на стол.
– И постарайся тогда вести себя натуральнее, я не собираюсь тебя кусать, мы лишь играем на публику, - сказал он мне, и в комнате настала гробовая тишина. – И нечего делать вид, что я над нею издеваюсь – лицо группы для меня важнее всего того, что вы можете подумать.
С этими словами Лэкс вышел прочь из комнаты, а мне стало неловко, потому
– Не делай этого, - попросила его я, схватив за руку. Как только мы остались в комнате одни, я развернула его к себе. – Помнишь, ты просил меня вести себя как сучка, так вот теперь я прошу тебя об этом же. Не будь таким хорошим, потому что во всей этой истории я в первую очередь виновата, а он просто не может меня понять и простить.
– Да все я понимаю, даже лучше чем ты, потому что дольше знаю Лэкса. он ведь тоже мучается, и мне уже надоело смотреть на весь этот цирк. Если сегодня он не закончит дурачиться, я в это вмешаюсь. – видно было что Шон очень зол, и не понятно только на кого больше – на меня или на Лэкса. Лучше чтобы он злился на меня.
– Я прошу тебя ничего не предпринимать, - тихо попросила я, и это была единственная сила, которой я обладала против людей, мое хорошее к ним отношение.
– Не могу обещать. Мне это уже надоело, и долго я не смогу смотреть на то, как два идиота мучаются.
Шон вышел хлопнув громко дверью, а я могла лишь смотреть на эту дверь и тяжело вздыхать. Так тяжело мне уже давно не было, и как только Шон не понимал, что может доставить мне еще больше неприятностей, а я уже и так сгибалась под грузом этих.
Я еще не знала, каким испытанием станет следующее интервью, так как оно оказалось больше остальных сосредоточено именно на наших с Лэксом отношениях. Вот и попробуй вести себя не скованно.
Я постаралась расслабиться и не дергаться каждый раз когда Лэкс проявлял ко мне внимание рассчитанное на журналистов, но это было не так то и легко.
Много вопросов задавалось относительно нашей личной жизни, и как это влияет на группу в целом, а тем более на творчество, есть ли у нас планы на будущее относительно нас с Лэксом, знакомились ли мы с родными друг друга и тому подобное. Лэкс с самого начала разговора взял всю атаку журналистов на себя, но и я старалась говорить, а иногда даже шутила. Вскоре я начала злиться из-за того, что Лэкс так хорошо играет, и вспоминая его слова тогда в парке, злилась лишь сильнее. Он хочет показухи – я ему ее устрою!
После какого-то вопроса, я приобняла Лэкса и его глаза от неожиданности округлились, видимо он не ожидал что я начну играть по его же правилам, и начну действовать так же. Не могу же я постоянно быть измученной душевной травмой Эшли, я была уже не так наивна и проста, как когда мы встретились, и он тоже пусть думает, что я смогу прожить без него, и смогу так же дотрагиваться к нему, словно ничего не чувствую.
– Знаете, у нас имеется много ваших фото, но нашим читателям хотелось бы увидеть хорошую и качественную фотографию вашего поцелуя, - напоследок сказала журналистка, подавая знак фотографу приготовиться.