Рок-идолы
Шрифт:
– А узнали вы о нем…?
– От своей подруги – Кори Бельфлер…то есть теперь Кори Сендел, мы с ней из одного города. Я уже давно занимаюсь музыкой, и она решила что мой голос может понравиться Лэ…подойти группе.
– И так и случилось? – репортер заложил ногу на ногу, и обхватил одно колено рукой держа при этом свой блокнот.
– Отчасти так и было.
– Почему отчасти?
Я поняла что ляпнула лишнее, но на выручку пришел Шон.
– Ну, знаете, после Кори нам было трудно принять такое, потому мы раздымывали некоторое время.
– Ааа, понимаю, после одного человека, трудно решить
– Нет, как-то не было таких предложений, - зардевшись, отозвалась я, и заметила как при этом у Лэкса заходили желваки. Осторожно сжав его локоть, чтобы это так не бросалось в глаза, я попыталась успокоить Лэкса. что это на него находит – разве остальным нельзя замечать мою внешность?
– Поверьте – это огромное упущение мира киноиндустрии. – репортер явно льстил мне, и я подумала, что это не спроста, так оно и вышло. – Тогда можно узнать, когда же начались ваши отношения? Не прошло и пары недель, с того времени, как на официально страничке группы появилось объявление о новой солистке, а репортеры уже узнали о ваших отношениях с фронтменом группы. Это была любовь с первого взгляда?
Я густо покраснела, и мне потребовалось несколько минут, чтобы придумать ответ.
– Думаю нет, так уж получилось…в какой-то момент я поняла, что все не просто так между нами…даже не знаю как вам это объяснить. Словно ты в новом свете видишь давно знакомого человека.
– Тогда если вы не против, наши читатели хотели бы узнать, когда был ваш первый поцелуй?
Мне пришлось задуматься, и припомнить это время, и оказалось что впервые мы целовались на пляже.
– Не могу сказать вам точную дату, но это случилось на пляже…знаете как бывает – романтика, песок, шум волн…Лэкс умеет быть романтиком, - это было явное издевательство над Лэксом и я кинула в его сторону кокетливый взгляд. Он ответил мне улыбкой, которая обещала наказание за такую наглость.
– Не хотелось бы обижать мистера Сендела, но у него давно сложился образ эдакого…мрачного принца, если знаете, потому слыша слова о романтике. Мне трудно поверить что вы говорите именно о нем. – да уж, репортер явно не зря ел свой хлеб. Пусть он писал для молодежного журнала, но дураком точно не являлся.
– Да, он мрачноват, даже не собираюсь спорить, но могу сказать вам от всего сердца, что у него есть много скрытых достоинств.
– Как то, что он пришел вам на помощь, когда в городе на вас напали?
Моя улыбка побледнела, и стало трудно дышать, но все же мне пришлось взять себя в руки, а как иначе.
– Да, например этот случай. А так же то, что когда я плавала, у меня прихватило судорогой ногу, и он едва умея плавать, спас меня. И так же то, что пару дней назад я серьезно простудилась, и Лэкс выхаживал меня. Думаю это красноречивее любых слов, рассказывает о том, каким человеком является Лэкс.
Когда я упомянула, что Лэкс едва умеет плавать, он посмотрел на меня недовольным взглядом, но в целом видимо ему понравилось, что я хвалила его. Остальные при этом рассматривали потолок, и скрывали улыбки, пока я расписывала достоинства Лэкса, и смешили меня при этом.
– А как вы прокомментируете
Слова репортера не только у меня одной вызвали бурную реакцию. Шон вскочил на ноги, Эйтан поднялся вперед, а Эдвард, вскрикнув прижал ладонь к губам, словно только что увидел привидение. Я же перестала улыбаться, и вжалась в диван, от мысли, что мне придется об этом рассказывать. Один только Лэкс остался спокойным. Он сел зеркально, как и репортер, а тон его голоса стал деловитым.
– На этот вопрос могу ответить и я, - все что написано журналистом из того журнала – ложь. А ее распускали завистники из школы искусств, где училась когда-то Эшли. Можете не обращать на это внимания. Мы не хотели бы на такой лживой и грязной истории делать пиар, превращая Эшли в жертву. Все о чем я мечтаю на данный момент, чтобы нашим поклонникам понравился наш новый альбом, и то, как через пару недель мы выступим с новой солисткой и новыми песнями на концерте в Бостоне.
Слова Лэкса видимо убедили репортера, но не остальных из нашей группы, они в некотором смысле смотрели на меня обвиняюще, потому что я им не рассказала. Но это ведь не веселый эпизод из детства, которым стоит хвастаться. Что мне нужно было сделать, подойти к ним и сказать: эй, парни. А хотите посмеяться? А меня чуть не изнасиловали и еще жестоко побили! Так мне нужно было им об этом рассказать. Или же сделать это, чтобы они тоже считали меня жертвой?
Фотограф сделал несколько наших снимков с интервью, в дополнение к тем фотографиям, что уже имелись. И к моему счастью на смену им, тут же появилась еще одна женщина репортер – она была из женского журнала, и потому ее вопросы были только относительно любовных романов всех участников группы.
Нала она с Шона, заставляя его признаться, нет ли в его сердце сейчас какой-нибудь девушки. Мы оба с Лэксом напряглись, когда он сказал что есть, но эта любовь невзаимная, потому он будет двигаться вперед.
– Ах, как жаль вас, и все же наши читательницы, а ваши поклонницы будут рады это услышать.
– Ну хоть кто-то порадуется, - с очаровательной улыбкой отозвался Шон, и надменно выгнул бровь смотря на Лэкса. тот ответил ему надменным взглядом и сжал мою ладонь – не хватало только, чтобы они как орангутанги бегали здесь и били себя в грудь, забрасывая друг друга бананами. Я пригрозила Шону пальцем, когда этого не видела репортерша, а он в ответ лишь рассмеялся.
К Эйтану у женщины было больше вопросов. Когда он собирается закончить образование? Когда думает жениться? И каков его образ идеальной женщины.
– Она не требует, чтобы я много говорил, и умеет печь пиццу, как Эшли.
– Так почему же вы не влюбились в Эшли?
– Она много говорит и у нее плохой вкус на мужчин, - с ленивой улыбкой отозвался Эйтан, поддерживая свой образ весельчака. При этом он подмигнул репортерше, и кажется, она смутилась.
Лэкс тоже рассмеялся словам Эйтана, а я задумалась о том, что наверное иногда действительно много говорю. Раньше Эйтан на этот мой порок не жаловался.
Когда дело дошло до нас с Лэксом, я чувствовала себя уже намного комфортнее, имея представление о том, как это будет. Во второй раз мне было проще расслабиться, когда задавались личные вопросы.