Родственные души
Шрифт:
— Она нравится мне все больше и больше, заявила Джекки.
— Помолчи. — Матиас встал и чмокнул жену в лоб. — И что же?..
— Она любила Юстис… настолько сильно, что захотела, чтобы фея стала ее мамой. Джекки разинула рот.
— Ты шутишь?
— Ничуть. — Джей смяла в кулаке салфетку. Джем передала сообщение, в котором говорилось, чтобы я ехала в Денвер исполнить желание Ривер — стать ее мамой.
— И ты поехала? — спросил Матиас.
— Задание
— А когда ты узнала, в чем дело?..
— Я провела неделю с Ривер и побыла ее мамой. Все прошло хорошо, правда в конце…
— Тобой воспользовался Сьерра, да? — сердито спросил Матиас.
— Да… нет. — Салфетка размякла у нее в ладони. — Думаю, это было взаимно.
Джекки подошла к сестре. Несмотря на полноту, двигалась она на удивление плавно.
— С тобой ничего не случилось? Джей криво улыбнулась.
— Ты гордилась бы мной.
Джекки внимательно смотрела на сестру. И вдруг поняла.
— Та летала нагая на бабочке, — прошептала она. — Ой, Джей, я потрясена. — Она потянула Джей за рукав. — Ты так и не объяснила, что случилось в конце.
— Рейвен не верит в мечты и фантазии, а Ривер приняла все слишком близко к сердцу. Тогда он это запретил.
— Ривер решила, что ты на самом деле фея?
— Хуже. Я привезла ей экземпляр твоей последней книжки, той, где Матиас — дракон.
Джекки с любовью взглянула на мужа.
— Я хорошо ее помню.
— Ну, Ривер стала следовать тому, что там написано… что-то связанное с подарками дракону и желаниями.
— Разумеется. Если она действительно поверила в то, что ты фея, тогда все ясно.
— Мне не ясно.
— Джей, ты разве не прочитала книжку? удивилась Джекки.
— Нет. Я не смогла… после всего случившегося. Но в чем там дело?
— Прочитай, дорогая сестричка. — Джекки таинственно улыбнулась. — Прочитай, и тогда ты поймешь, чего хотела добиться Ривер.
— Эй, киска! Ты забыла Долли в машине. Принести ее?
— Нет, спасибо, — вежливо ответила Ривер. Последние две недели она на все вопросы отвечала с терзающей его вежливостью. — Она не настоящая. Обычная кукла.
Рейвен сжал губы. Похоже, дочь хочет, чтобы он почувствовал свою вину.
— Мы сегодня собирались купить тебе щенка.
— Хорошо.
Сказано безо всякого интереса. Куда девалась его веселая малышка? Наверное, ушла туда, где остались ее мечты и фантазии.
— Хочешь пока порисовать? — в отчаянии спросил он.
Она равнодушно посмотрела на стену, в середине которой зияла дырка
— Нет, спасибо, — сказала она.
— Хочешь… хочешь Джем почитает тебе книжку? Я могу ненадолго включить компьютер. — Он пошел на последнюю жертву.
На мгновение ему показалось, что Ривер оживилась, но дочь тут же покачала головой.
— Нет, спасибо. Там одни выдуманные рассказы.
Рейвен закрыл глаза и стиснул зубы. Так продолжаться не может. Вначале он думал, что это просто детская месть. Но все оказалось куда серьезнее. Когда он запретил ей фантазировать, то тем самым загасил какую-то жизненную искру. Потух внутренний огонек, и он не знал, как снова его зажечь.
— Включить компьютер, — сказал он.
— КОМПЬЮТЕР ВКЛЮЧЕН.
— В памяти записан текст «Большой охоты дракона»?
— ДА.
— Почитай.
— ПОЖАЛУЙСТА, ПОДТВЕРДИТЕ ПРОСЬБУ.
— Читай эту чертову сказку. Джем!
— ПРОСЬБА УЧТЕНА. — Раздались сигналы, затем проникновенный, ласковый голос, который он ни разу не слышал у Джем, начал читать: ЖИЛА-БЫЛА ФЕЯ ПО ИМЕНИ ЮСТИС. ВСЕ ФЕИ ПРИЗНАВАЛИ, ЧТО ЮСТИС САМАЯ КРАСИВАЯ.
Рейвен прикрыл глаза, вспоминая… снежную ночь и прекрасную фею, которую он держал в своих объятиях.
— ЕЕ КОЖА БЫЛА БЕЛЕЕ СНЕГА, ВОЛОСЫ — ЧЕРНЕЕ ШКУРЫ ДРАКОНА, А ГЛАЗА — ТЕМНЕЕ БЕЗЛУННОЙ НОЧИ, НО В НИХ СВЕРКАЛА СТРАСТНОСТЬ.
Джекки Блакстон замечательно описала сестру. Он увидел медово-карие глаза Джей, горящие ярче огня, ощутил нежный шелк ее волос, рассыпавшихся у него на груди, вспомнил податливость ее губ и тела, когда она отдалась ему.
— НО БОЛЬШЕ ВСЕГО ЕЕ ЛЮБИЛИ ЗА ВНУТРЕННЮЮ КРАСОТУ, КОТОРАЯ СИЯЛА ЯРЧЕ ТЫСЯЧИ СОЛНЦ…
Рейвен жаждал ее, потому что только в соединении с ней обретал себя. Сказка продолжалась, а он молча сидел и слушал. Впервые он понял, к чему стремилась его дочь.
Почему раньше он этого не понимал? Прозвучали последние слова сказки, а он продолжал сидеть.
— Выключить компьютер, — наконец произнес он.
— ХОРОШО.
Рейвен медленно поднялся и подошел к столу, за которым сидела Ривер. Он специально поставил ее письменный столик в своем кабинете, чтобы она была около него, когда он работает. Физически они продолжали находиться рядом, но душа дочери закрылась. Рейвен изо всех сил старался уберечь ее от ошибок, совершенных Мейз, и не стал потакать глупым фантазиям. Но он и не подозревал, насколько фантазии важны для ее души. Именно эти нелепицы делали ее такой одухотворенной.