Родное лицо
Шрифт:
Родриго, безработный яхтсмен, по причине отсутствия собственной яхты давно не участвовавший в гонках, долго не соглашался, но сдался, когда шкипер нарисовал ему перспективы предстоящих заработков. Легкие деньги, успевай подставлять карманы, уговаривал его шкипер. В таких делах, как вербовка команды, шкипер знал толк. Вот только этот парень был из тех, кто воротит нос. Он, видишь ли, брезгливый. Это, амиго, скажу тебе, не проблема, убеждал шкипер. По крайней мере, никто не заставляет входить в тесный телесный контакт. Таких дам, уверял шкипер, вполне устроит твой внешний вид, ну и та единственная часть тела, которая необходима для такой работы. На
– Родриго, ты скоро? – поторопил по телефону шкипер.
– Меняю сорочку, – ответил Родриго и шутливо добавил – И трусы.
Родриго не хотел отказываться от денег. В его голове, как картинка, качалась на волнах самая быстроходная яхта на всем побережье Ямайки. Яхта – это всегда отличная мотивация, чтобы находить в себе силы преодолевать судороги от испарений, исходивших от возбужденных старух, да еще в течение нескольких часов. Родриго медленно, набивая себе цену, спустился в холл. Дьявол, почему днем? Хватит ему того, что он еле сдерживается от «аромата» этих взбесившихся теток. Так еще и смотреть на их старые пигментные ляжки? Б-р-р-р! Родриго вспомнил, как он впервые собрался к клиентке с прищепкой на носу. Его вовремя остановил шкипер:
– Не валяй дурака, парень. С твоей прищепкой нам не заплатят и цента. И никакой яхты тебе не видать. Придумай что-нибудь другое.
Родриго пытался оправдываться, он говорил шкиперу, что за десять лет он напитался запахом старости настолько, что больше не может его терпеть. Шкипер ничего не хотел слушать. Он втолковывал Родриго что-то про петтинг и все остальное, без чего его не отпустит ни одна клиентка. А петтинг с прищепкой на носу – как он себе это представляет? И вообще, знает ли он, что это такое, почти орал на него шкипер. Да, отвечал Родриго, он знает, что такое петтинг, потому что он был знаком с Лючией. Они были вместе целых шесть месяцев и четыре дня.
В конце концов шкипер успокоился, когда увидел, что Родриго – парень смышленый и не собирается валять дурака. Родриго каждый раз придумывал все новые способы не чувствовать запах – без этого нечего было и думать, чтобы работать жиголо на ночь. Отдушки, туалетная вода. А еще ватные тампоны. Однажды в самый неподходящий момент тампон вылетел у него из носа, и ему пришлось выкручиваться.
У него аллергия на латекс. Ах, вот как? Но уж без него никак нельзя, дружок, если есть и другие женщины. Согласен, но латекс такой сильный аллерген, он вызывает выделения из глаз и носовых пазух, так мешающие исполнять этот танец любви и страсти. Ах, я понимаю вас, амиго, но все же… Да, да, конечно, без ощущения безопасности не может быть полного раскрепощения. Доставить максимум удовольствия, мадам, мой главный принцип.
Родриго умел говорить, это была его игра со своей брезгливостью. И особенно, добавлял новоиспеченный жиголо, когда эта одежка наполняется результатами той работы, которую они только что произвели вместе – да, да, вместе! «Ах, как оригинально это у вас. О-о, да вы утонченный эстет!» – «Эстет?» – «Конечно!» – «Нет, у меня просто непереносимость запахов тех самых продуктов, ну в смысле, моих и ваших… Да, да». Так он уверял своих партнерш по оплаченным ими соитиям, чем еще больше укреплял их в мнении о его эстетстве.
Его объяснения по поводу своей, как он говорил, особенности всегда сопровождались соответствующей мимикой и легкой гримаской – всего лишь легкой, чтобы не переусердствовать и не выдать себя с головой. Объяснения, впрочем, принимались и работали на результат, который и хотели получить его такие необычные клиентки. Тем более что шкипер всегда предупреждал женщин перед встречами с Родриго об этой особенности: «Встречались ли вы когда-нибудь с жиголо с аллергией на латекс? Если нет, то вам повезло, такой только один в этом городе, и ради вас, мадам, он готов вытерпеть и не такое».
Такая игра в аллергика понемногу стала принимать увлекательный характер и постепенно превратилась в своеобразный бренд – оригинальный ночной мачо, услугами которого можно воспользоваться только в этом отеле и больше нигде. Наплыв тучных рыбных косяков, выражаясь привычными для двух друзей по бизнесу терминами, им был обеспечен.
У Родриго в запасе было несколько десятков видов туалетной воды самых разных марок, он менял их в зависимости от настроения – запах морской соли и ветра, кубинских сигар, городских орхидей, сильные и не очень, и тем более когда попадал на старых в обоих смыслах его посетительниц, пожелавших повторно получить когда-то испытанные удовольствия. Важно было соблюсти меру.
Справедливости ради надо отметить, что бывали и исключения. Не для всех стареющих любительниц молодых мачо усиленный аромат, исходивший от Родриго, воспринимался как должное и входил в программу острых ощущений. Некоторые дамочки относились к такому «усилению» купленного на время любовного партнера с непримиримой категоричностью. Стоя на своем, они утверждали, что с такими запахами их симпатичный жиголо выглядит слишком женственно, в то время как им хотелось бы ровно наоборот.
Да искусай вас акулы, пусть будет без «усиления». У него в запасе всегда были ватные тампоны, незаметные в работе. С запахом старости они справлялись на все двести.
– Что это с ней? Нельзя было потерпеть до ночи?
– Иди скорей. Эта мадам та еще штучка. Она ждет тебя в номере и в полной темноте. Так что обстановка тебе обеспечена.
– Стеснительная? – догадался Родриго.
– Похоже, да. Но это ты узнаешь на месте. Дуй.
Родриго поднялся на нужный этаж, подошел к номеру. Дверь была чуть приоткрыта. За ней и правда было темно. «Вот еще блажь».
– Что вы там стоите, входите же, – услышал Родриго властный женский голос.
Он уже было попятился, но сверкающая в его голове самая быстроходная яхта на всем побережье Ямайки толкнула его в темноту. «Креветка мне в задницу. С каких пор, амиго, ты стал робеть в своем деле?»
– Вы здесь, амиго?
Родриго хотел ответить, но тут же вспомнил предостережение шкипера: «Все делай молча, ни одного слова. Таковы условия».
Он разделся, не зная, что предпринять – пойти в душ или сразу приступить к своим прямым обязанностям, между прочим щедро оплаченных авансом. Хорошо же расписал его шкипер, убедив заплатить клиентку заранее. «Порви меня акула – туалетная вода!» Но возвращаться было уже поздно, Родриго все еще стоял в раздумчивости.
– Можете сразу ко мне, дружок, – помогла ему женщина. – Только не смотрите на меня так пристально, как это делают все мужчины. Мои груди слишком уставшие, чтобы смогли помочь войти в нужное… э-э… состояние. Скорее наоборот. Ну же…