Родная
Шрифт:
– Я поспособствовал твоему переезду, потому что думал вам это пойдет на пользу, позволит оценить, то что имеете. На Аскара подействовало, на тебя, увы, нет. И работу тебе предложил, потому что Аскар попросил, - признался Нед.
– Не будет внезапно вспыхнувших чувств и осознания, что ты единственная и неповторимая. Отношения— это сложно. Это труд.
– Что ж вы все меня дурой считаете…- с горечью прошептала я и тяжело, будто придавленная огромной бетонной плитой, поднялась с дивана. – Я все поняла.
Мужчина, которого я до недавнего времени
Покинув кабинет, окунулась в повседневную суету. Теперь без энтузиазма. Я не видела смысла в том, чтобы стараться и добиваться результатов. Наверно, поэтому ошибалась на каждом шагу. Но недовольство коллег проходило мимо. Вряд ли можно задеть того, кто окончательно потерял надежду.
– Не позволяй эмоциям влиять на работу, - читал напутственную речь в конце смены Нед. – Иди домой и хорошенько отдохни. И завтра чтоб не появлялась, а то накажу. Спишу твои косяки на перенапряжение, ты же на самом деле умница. Возьми, они помогут сегодня, –у меня в руках оказалась баночка с таблетками. – Прими две перед сном.
Я кивала и даже заставила себя улыбнуться, когда в его голосе проскакивали шутливые нотки. Хотя было не до веселья. Болото, наполненное равнодушием, давно поглотило всю меня. Осталась лишь запрограммированная оболочка, которая при необходимости выдавала нужную реакцию. Даже злости и негодования не осталось, чтобы взбодриться и перестать наблюдать за всем, как сторонний зритель.
Кажется, я смирилась с тем, что лично обо мне никто и не собирался заботиться. Окружающие лишь хотели пристроить меня Ему, чтобы Он познал чудо парности. Я – средство, а не цель.
Когда пришла домой, отказалась от ужина, любезно предложенного Глорией, и закрылась в своей комнате.
Он дал о себе знать стуком в дверь и попыткой уговорить спуститься, чтобы поесть.
– Я не голодная, - ответила сквозь плотно запертую дверь.
– Ты не обедала, - уверенно заявил Он.
Я удивилась подобной осведомленности, но никак ее не прокомментировала.
– От этого не умирают.
– Я не буду мешать, - стал торговаться мужчина.
– Ты уже мешаешь, - сказала я, а потом уточнила, - Спать.
Минута тишины, и я поняла, что Он сдался. Приняв две таблетки успокоительного, как советовал Нед, быстро уснула.
***
Утром ничего не изменилось. Тело отдохнуло, но подавленность осталась. Я решила искусственно возродить положительные эмоции и написала Ксюше. После моей ссылки мы редко общались, но и короткие переписки всегда поднимали настроение.
Не в этот раз.
Стандартное «как дела», ответное «хорошо». Пара предложений о последних новостях в жизни подруги, мои ничего не значащие восклицания и смайлики. Конец.
Нам обеим не хватало живого общения, но, единственный доступный суррогат, то есть видеосвязь, постоянно зависал. Да и не смогла бы я откровенничать с изображением
Чтобы не сойти с ума отправилась на прогулку. Обдумывать свое незавидное положение не стала, а смысл? Отступать некуда, все методы борьбы опробованы, идти в наступление бесполезно. Остается банально существовать. И то начинаю задаваться страшным вопросом…
Совсем рядом пронесся спортивный автомобиль, водитель которого не захотел уступать дорогу на пешеходном переходе. Еще и просигналил, болван.
Испугавшись, потеряла суть собственных мыслей и зацепилась за первую попавшуюся. Жажда. А на углу очень удачно расположилось милое кафе. Там я и провела почти три часа, занимая себя чтением журналов, которых оказалось предостаточно, в том числе и на всеобщем языке. Нашла и последнее издание местной газеты, где красовалась моя фотография под руку с Ним. Неудачная, на мой взгляд, но это и неважно. Текст, восхваляющий мою утонченность, тоже не тронул. Писалось явно под заказ, ну или под давлением авторитета Беты. А вот заметка о том, что я покинула торжество, из-за обещания присутствовать на церемониальном рождении какого-то Осара…вызвало недоумение.
« …Члены совета, которым юную сиру так и не успели представить, с пониманием отнеслись к внезапно начавшимся раньше назначенного срока родам. Они лично пожелали крепости и стойкости недавно появившемуся на свет Осару и выразили надежду на скорую встречу с избранницей Эрес Норрана».
Знать бы еще, на чьих родах я якобы присутствовала.
Когда перелистывание глянцевых страниц надоедает, решаю вернуться домой. А там меня ждут.
Статная и, на первый взгляд, высокомерная женщина встречает меня в гостиной.
– Приятно, наконец, познакомиться. Меня зовут сира Стат, я мать Аскара.
Осматриваю ее с ног до головы, забывая об этикете, который требует представиться в ответ. Одета она шикарно: белая струящаяся блузка, заправленная в классические черные брюки с высокой талией, на шее изысканное ожерелье в виде маленьких цветов, в ушах серьги из того же комплекта. Волосы у нее собраны в высокую прическу и, несмотря на рост около 170 сантиметров, обута женщина в лаковые туфли на шпильке.
– Я не вовремя? – вежливо интересуется незваная гостья.
– Меня не предупредили о вашем визите, - поясняю я.
– Я могу посещать этот дом, когда угодно, - мне тактично дают понять, что никакого предупреждения не требуется. – Мы не встретились на празднике, поэтому я здесь. Предлагаю пообщаться.
Высокородная сира жестом указывает на диван, призывая присесть. Стоило нам расположиться друг напротив друга, как Глория сей же миг ставит на стол чай, к которому я не притрагиваюсь.
Меня напрягает появление Его матери, и ничего хорошего я не жду. И мне не хочется ей нравиться, скорей, наоборот, буду рада произвести отвратительное впечатление. Хоть какое-то развлечение.