Родина Богов
Шрифт:
Император приблизился к старому сослуживцу и открыто посмотрел ему в глаза.
– Ты хочешь оправдать свою пограничную стражу? Или напугать меня противником?
– Нет, мой господин, – легат выдержал его взгляд. – Стража будет предана военному суду.
– А почему они ходят без оружия, а только с музыкальными инструментами?
– Из всех варварских племен расы самое мирное племя. Их главное искусство – веселить людей музыкой, песнями и танцами. По образу жизни они напоминают бродячих актеров, мой господин.
В
– Но я не просил веселить меня. Я намеревался принять парад моих войск. Моему уху приятнее музыка маршей, а не варварские гимны!
– Войска выстроены и ждут тебя, император!
– Мне известно, чем занимаются бродячие актеры, – вдруг жестко произнес тот. – Во все времена они были лазутчиками! А этих поймали неподалеку от моей ставки! Ты знаешь их язык?
– Да, мой господин. Калики говорят на том же наречии, что и иные варварские племена.
– Тогда спроси их, зачем они пожаловали на левый берег Рейна? Кто их послал и зачем?
Бывший всадник и трибун конницы не только постарел внешне; все его недостатки молодости – нетерпение, горячность и подозрительность сейчас обрели скрытую жестокость, которой чаще всего обладают несмысленные юнцы и глубокие старики, готовые казнить походя и без всякой вины. Легат почуял резкий дух опасности, по силе схожий с духом конского пота, и дабы не возбуждать у императора слишком ярких ощущений, стал спрашивать расов негромким и бесцветным голосом.
Но услышав их ответ, похолодел и на минуту замер.
– Что они говорят? Что? – от проницательного взора Вария было трудно скрывать чувства.
И все-таки Анпил перевел не весь ответ расов.
– Они сказали, что их послал к тебе некий варвар по имени Космомысл. Он атлант, циклоп... На их языке – исполин.
– Атлант? – насторожился и не поверил император. – Разве у варваров рождаются атланты? Все это ныне мифы и не более... Да владеешь ли ты их языком?
Чтоб убедить Вария, легат заговорил от себя:
– Да, август. Живя долгое время по соседству с варягами, я много слышал о племени русов, в котором иногда появляются на свет люди огромного роста и необычайной силы. Названный каликами Космомысл действительно атлант. Его видели у варваров мои лазутчики...
– И что же он хочет, если послал ко мне своих людей? – перебил император.
В тот миг Анпил пожалел, что признался в знании варварского наречия, но отступать было поздно.
– Этот варвар высадился недалеко от устья Рейна и вплотную подошел к нашим западным лимесам, – все-таки попытался сгладить углы знающий службу легат. – Но там усиленные и надежные заставы и гарнизоны...
– И ты узнал об этом только сейчас?
– Варягам потворствуют правобережные герминоны, сканды и арваги. Они умело скрывают их передвижение...
– Зачем же он явился?
– Он прослышал о твоем приезде в рейнскую провинцию
Император не дал ему увильнуть от прямого ответа.
– Он что, пришел один?! И тоже с музыкальным инструментом?
– Нет, август, – обвяло сердце старого всадника. – Он привел триста парусных кораблей и девять тысяч войска.
– Триста кораблей? – изумился император.
– Триста, мой господин, – легат кивнул в сторону каликов. – Так сказали его посланники.
– И все эти корабли... Те самые, диковинные, что умеют строить лишь варяги?
– У варваров нет иных, – осторожно ответил Анпил.
– Так поди и возьми их!
– Но этот исполин не отдаст без боя даже простой ладьи. Он потопит их или сожжет.
– Неужели ты осмелишься сказать мне, что этот варвар намерен сразиться со мной?
– Да, мой господин. А расов прислал с предложением капитуляции.
Варий встретил это известие с неожиданным успокоением, ибо в душе все-таки остался воином и дерзость противника, а более того, предстоящее сражение подняло его дух.
Но старость брала свое, ибо мысль императора стала путанной.
– Мне любопытно позреть на атланта! – вначале обрадовался он. – Пожалуй, я возьму его в плен и отправлю в Ромею... Нет, командующим назначаю тебя! Ты пленишь его! Вместе с его кораблями!... Ты доволен?
– Я ждал этого часа девятнадцать лет.
– Ты приведешь мне атланта и поставишь вот здесь! – император ткнул пальцем в ковровый пол шатра.
Вдохновленный легат набрался храбрости.
– Он не поместится в твоем шатре, мой господин. Он вдвое выше его!
– Варвар будет стоять в поклоне, согнувшись вдвое! – взгляд его остановился на пленных расах. – Постой, легат... Они произнесли всего несколько фраз, но ты перевел в десять раз больше... А не солгал ли ты?
– Нет, мой господин. У варваров очень емкий язык.
– Но звучит отвратительно!.. А что мы сделаем с ними?
– Они в твоей власти, август.
– Ты сказал, калики способны переходить из мира живых в мир мертвых?
– Да, августейший, и возвращаться назад.
– Выведи из шатра и отправь их в мир иной, – между прочим распорядился Варий, облачаясь в порфиру. – Я хочу посмотреть, как скоро они вернутся...
На следующий день, как опальный легат увел войско навстречу варварским ватагам и на берегу Рейна остались лишь следы калигул, конских копыт и мягких бродней наемников, император ощутил легкий озноб и болезненную ломоту в теле. Полагая что простудился на параде, он велел принести горячего вина, противни с горящими угольями, после чего укрылся походным одеялом и уже засыпал, когда внезапно услышал отчетливый и ни с чем несравнимый свист плети над своей спиной.