Род Эвата
Шрифт:
– Смотри! – воскликнул Аким. Он стоял ровно в центре просторного зала, где на деревянных подставках лежал меч отца. Знаменитый эспадон с именем «Калабхити». Который мог разрушить и саму смерть. Старший ребёнок Акмата, тёмный маг с предрасположенностью к некромантии, с именем светлого мага Акимир, поднёс руку к клинку, по лезвию которого тут же жёлтым светом загорелись надписи.
Дарка вбежала в оружейный зал, подскочила к брату и схватила его за руку, отводя в сторону.
– Отец говорил, что ты не должен стать некромантом!
– Она признала меня, – сказал
– Рин! – крикнула Дара. – Скажи ему, что меч ему не принадлежит! Это воля отца!
– Отец умер, – произнесла Рин, на её лице вновь появилась несколько саркастичная улыбка. Она посмотрела на сестру, – а мы живы. И меч признал его своим мастером. Его мы оставим, – сказала она, отворачиваясь от брата. – Остальное… – она щелкнула пальцами, – Аким, собирай все именитые доспехи, мечи и складывай их внизу.
– Зачем? – спросила Дара, собирая светлые брови над глазами.
– Мы всё продадим, – ответила Рин и, не считая нужным объясняться, направилась прочь. Дара смотрела ей вслед, не в силах этому поверить.
– Вы хотите продать имущество отца? Это же его гордость.
– А что ещё с этим делать? – спросил Аким, с любовью разглядывая клинок.
– Мы можем запечатать всё в поместье.
– Некроманты не всегда способны сдержать нечисть. Ты думаешь, с этим справятся слабые заклинания? – спросил Аким. Он положил своё сокровище в ножны и приступил к заданию Рин, собирая мечи в вязки. – Иди, Дара, – произнёс он, возвышаясь над сестрой. – Рин сказала нам собрать все наши ценные вещи.
Дарка кивнула ему и направилась к своей комнате. Её глаза растерянно метались по оружейной. Ей было очень тяжело поверить, что они были готовы расстаться с вещами родителей так легко.
Сборы стремились к их завершению и Рин внимательно смотрела на аккуратно сложенные вещи. Аким снёс все самые ценные орудия и доспехи из оружейной. Рин тем временем закончила со сборами артефактов и другими вещами отца. И наконец взгляд девушки упал на вещи, которые приносила её «блаженная» сестра. То, что Дарка неправильно поняла задание, можно было понять с первого взгляда.
Дара спустила вниз свои цветы в горшках, которые выращивала. Коллекции камушков, ракушек, которые ей некогда давала мать. На лице Рин появилась улыбка, пока она наблюдала за действиями сестры, как та с любовью, аккуратно их расставляла.
– Дара, – позвала сестру Рин, и заговорила с доброй улыбкой на лице: – выбирай: ты хочешь взять свою животинку или же эти вещи?
Дарка удивлённо подняла брови, посмотрела на сестру и опустила взгляд к лемуру, который помогал ей раскладывать её камушки.
– Разумеется, Мокша едет с нами, – произнесла Дара, не понимая, о чём говорила
– Умничка, – произнесла Рин, подошла к сестре, присела рядом на корточки и погладила её по голове. Бросила кровожадный взгляд на животное, которое терпеть не могла.
– Если ты берёшь свои ценности, то наш Мокша останется здесь защищать поместье от нежити.
Мокша смотрел на старшую сестру, не моргая своими жёлтыми глазами, таким взглядом, что казалось, он их терпел лишь ради Дарки. Однако, ни матери, ни отца больше не было, а значит, это решение остаётся за ней. И Рин улыбнулась, глядя в глаза животного. Дарка с удивлением смотрела на свои сокровища, которые она собирала всю свою жизнь. Пока Мокша подполз к вещам и начал отодвигать их дальше от вещей, которые собирались брать с собой.
Рин довольно улыбнулась.
– Вот Мокша и принял решение. – Она поднялась на ноги с чувством выполненного долга.
Время стремительно близилось к вечеру. Продлевать сборы было бессмысленно и становилось опасно. Аким уже давно приготовил две тележки и запряг лошадей. Остальных лошадей он пустил на волю. Лишь Рами – личная лошадь Рин, которая всегда следовала за своей хозяйкой, не ускакала и предано стояла рядом с тележками ожидая свою хозяйку. Аким недовольно на неё смотрел, он тайно надеялся, что, когда он даст ей свободу, Рами не задумываясь сбежит, но нет лошадь была готова следовать за Рин и на край света и даже в сердце Таммории.
На улице дул прохладный ветер, и, одевшись потеплее, заложив тележки доверху, дети семьи Сонах были готовы покинуть пустое поместье.
– Куда же мы пойдём на ночь? Ворота Катами будут закрыты, когда мы достигнем города, – с грустью в голосе спрашивала Дарка.
– Сегодня ночью даже у ворот города будет безопаснее, чем здесь, – ответил Аким.
Он запечатал поместье и остановился рядом с младшей сестрой. Дара печально смотрела на их дом, не в силах поверить, что они его покидали. На глазах девушки вновь навернулись слёзы. Старшие тоже с минуту стояли и смотрели на поместье. В этом доме их семья жила хорошо и счастливо. Рин и Аким встали по сторонам от Дарки, которая была ниже их обоих почти на голову, и положили руки ей на плечи.
Громкий вой раздался со стороны Тамморийских пустырей. Небо темнело с каждой минутой, и, подхватив за руку младшую сестру, Аким направился к тележкам. Рин бросила на прощание взгляд на их дом и последовала за ними.
Глава 2. Катами и Мяун в Исе
Они достигли закрытых ворот города Катами к полуночи. На дороге после дождя стояла грязь, и Аким с Даркой стали обустраивать себе небольшой участочек на траве прямо под воротами. Трава была прикрыта небольшим навесом от стены вокруг города, и там было относительно сухо. Расстелив покрывала, которые они прихватили с собой из замка, на траву, они сели там в ожидании восхода солнца. Сильный восточный ветер продувал троих насквозь, и Дарка куталась сильнее в одеяло, устроившись между старшими, прижимаясь к ним.