Робокоп I

Кварри Артур

ТЫ СВЯЗАЛСЯ НЕ С ТЕМ ПАРНЕМ!

Боб сильно ударил Джоунса по локтю, сбрасывая руку.

— Да пошел ты к… Ты что, охренел, мать твою?

Джоунс злобно оскалился и прошипел, приблизив к Мортону колючие, горящие красноватым, глаза:

— Ты лучше молись, говнюк, чтобы этот твой урод не облажался. А может быть, он сможет защитить тебя, а?

Западный полицейский участок. 4 июня 1999 г. 19.07

Мортон припарковал свой «феррари» на служебной стоянке и пошел к участку. Настроение у него было паршивое,

хуже некуда. И все из-за разговора с этим придурком Джоунсом. Конечно, мало приятного слышать, как тебя называют стариком, но что делать? Из-за этого кидаться в драку, еще и угрожать в открытую? Господи, как он сдержался, чтобы не дать Дику в морду? Да в конце концов, действительно, пошел он к черту. У старичка взыграли амбиции по поводу своей работы. Если обращать на это внимание, никаких нервов не хватит. Ладно, проехали.

Он не вошел в главные двери, как это делал обычно, а направился к запасному выходу.

Самое важное то, что его мечта сбылась. Он — вице-президент. Правая рука Тома Маккоя. После удачного испытания Робокопа тот лично зашел к ним в контору и пригласил Боба для беседы. Ну не здорово, а?

Мортон пытался отогнать мрачные мысли, думая о приятном, но это плохо удавалось. Какое-то дурное предчувствие грызло его изнутри.

Лаборант откинулся в кресле, делая три дела сразу. Во-первых, он отдыхал, во-вторых, читал газету, и в-третьих, уплетал огромный трехэтажный гамбургер, который извлек из своего «кейса». Его помощница читала детективный роман. Они не забыли о своих обязанностях, но смена подходила к концу, и мысль об отдыхе казалась достаточно здравой.

Лаборант откусил здоровенный кусок и, повернувшись к девушке, спросил:

— Эй, ты гамбургер не хочешь?

— Нет, спасибо. — Она дошла до центрального момента. Молодой герой и его жутко сексапильная подружка, из-за стараний шайки злодеев, оказались в городской канализации, куда через три минуты должны были хлынуть потоки речной воды. Естественно, руки их были связанными, а виды на помощь отсутствовали совершенно.

Девушка проглатывала страницу за страницей, забыв обо всем на свете, в том числе и о сидевшем в кресле Робокопе.

ОН ВСПОМНИЛ. ВЫСТРЕЛ, ПЛАМЯ И БОЛЬ В ГОЛОВЕ. С НИМ ЧТО-ТО ПРОИЗОШЛО ДО ТОГО, КАК ОН СТАЛ…

Таящиеся в подсознании воспоминания медленно, пульсирующими толчками всплывают к поверхности. Чье-то лицо. Оно было негативным, но постепенно перетекало в позитив и обретало краски.

Мужчина средних лет с неприятным худощавым лицом. Высокий лоб и маленькие бегающие глазки. Губы человека шевелятся, как в немом кино. Что он говорит?

Голубоватый дым. Тусклый свет. Он падает из? окна? — В СЕРОЙ СТЕНЕ! ВЕЗДЕ КАФЕЛЬ. ЧТО ЭТО ЗА МЕСТО? Робокоп не помнит.

То же лицо. Улыбающееся злой усмешкой.

— НУ ТЕПЕРЬ Я РАЗВЛЕКУСЬ, ПРИЯТЕЛЬ! О чем говорит этот человек?

Тень на цементной поверхности. Это он? Да… ОН ЛЕЖИТ НА ПОЛУ. Почему? Что он делает на этом ГРЯЗНОМ, ЗАПЛЕВАННОМ ПОЛУ? И отчего так болит правая рука? ПОТОМУ, ЧТО ЕЕ НЕТ! У НЕГО НЕТ РУКИ! КИСТЬ ОТСТРЕЛЕНА!

Кто это

сделал? Ктоктоктоктоктокто?

— ДАЙТЕ КТО-НИБУДЬ ПАРНЮ РУКУ!

Вот он. В тонких очках. С большими залысинами. Умное лицо, тонкие нервные губы. Волосы зализаны назад.

В руке пистолет.

ТЕПЕРЬ ОН ВЕСЬ ВАШ.

БАНГ! БАНГБАНГБАНГБАНГБАНГБАНГ!!!!!!!

Море выстрелов — море боли. Она захлестывает его с головой. Кажется, что в него тычут раскаленными прутьями. В руки, в ноги, в шею. Только тело остается целым. Почему?

ПОТОМУ ЧТО НА НЕМ БРОНЕЖИЛЕТ.

Лаборант отправил в рот последний кусок гамбургера, вытер пальцы и промычал:

— Ты представляешь, в Акапулько террористы бомбу взорвали.

Помощница закрыла книгу — герой чудом освободился и спас героиню — и потянулась.

— Здорово. Мы на следующей неделе как раз туда собирались.

РУЖЬЯ. МНОГО РУЖЕЙ. ОНИ ПЛЮЮТ ОГНЕМ, И КАЖДЫЙ ПЛЕВОК ПОРОЖДАЕТ В ЕГО ТЕЛЕ НОВУЮ ВОЛНУ БОЛИ.

Она подошла к лаборанту, бросив мимолетный взгляд на показания электроэнцефалографа.

— Эй, ты только посмотри! С ним что-то происходит!

— БОЛЬНО ТЕБЕ, ПРИЯТЕЛЬ? ОН ПОМНИТ ИХ. ВСЕХ.

— БОЛЬНО?

На бумажной ленте вместо чуть подрагивающих кривых высились здоровые волны. Настоящие шпили.

— У него что-то невероятное с мозгом творится! На экране монитора Робокоп вздрогнул. Колебания волн участились, а их амплитуда еще больше возросла.

ЧЕЛОВЕК В ОЧКАХ ПОДХОДИТ К НЕМУ.

— НУ ЛАДНО, ХВАТИТ ВЕСЕЛИТЬСЯ! ЧЕРНЫЙ ЗРАЧОК СТВОЛА СМОТРИТ ПРЯМО ЕМУ В ЛИЦО.

— Что происходит, черт побери?

Газета полетела на пол. Лаборант, не обращая на это внимания, кинулся к стойкам с приборами и лихорадочно принялся вертеть ручки настройки.

— Я ничего не понимаю! Щелкнули тумблеры.

БАНГ! — ТЕМНОТА. ТОЛЬКО БОЛЬ В ГОЛОВЕ, НАД ПРАВОЙ БРСВЬЮ.

И ЧЕЙ-ТО ДАЛЕКИЙ-ДАЛЕКИЙ КРИК:

— МЕРФИИИИИИИИИИИИИИ………….

Робокоп встал.

ОН ВСПОМНИЛ. ОН БЫЛ ПОЛИЦЕЙСКИМ.

Лицо лаборанта вытянулось, когда он увидел надвигающуюся на него огромную сверкающую фигуру.

Железными пальцами Робокоп легко раздвинул клетку и вышел в коридор мимо напуганного лаборанта.

— Эй! Эй! — Закричал тот. — Куда? Ты куда? Остановись, я прошу тебя! Слышишь? Остановись!

— Что происходит? — Девушка кинулась к выходу.

— Я не знаю! Он ушел!

— Как это «ушел»?

— Да очень просто! Взял и ушел! Немедленно вызови Боба Мортона!

Боб Мортон вошел в полицейский участок через черный ход и теперь мрачно шагал по длинному гулкому коридору, направляясь к помещению, отведенному для его детища. Проходя мимо двери дежурного зала, он замешкался, толкнул ее и шагнул внутрь.

— Привет, сержант. Как обстановка в городе?