Робинзоны
Шрифт:
Куча тлела два дня, просев и уменьшившись в размерах. По прошествии этого времени, они сняли верхний слой и перед их взором предстал готовый уголь. Дмитрий взял два черных полена и постукал их друг о друга, в ответ раздался приглушенный звон. Вроде все получилось, хотя процесс он наблюдал только в инете, нарвался как-то на видеоролик. Не сказать, что все было так уж гладко. Уголь в основном получился мелкий и рассыпчатый, только треть представляла собой крупные куски. Но все же это был уголь с которым не сравнится жар от дров, а что еще нужно. Постепенно раз от раза, у них будет нарабатываться опыт, они поймут что делают не так и
Все это время мальчишки постарше вертелись поблизости. Табук и Гарун пытались было их нагнать, но Соловьев остудил их пыл. Пусть вертятся, помогают по малости, это нормально. Даже если не приобщатся к труду, что вряд ли, то уж поселок все это время точно находится в безопасности. Тоже немало, если подумать.
После того, как их продукция оказалась сложенной под навесом, закрытым камышовыми матами со всех сторон, чтобы никакая влага не попала, Дмитрий решил преподнести своим помощникам некий бонус. Пусть они и дальше работают без энтузиазма и большого усердия, но они должны видеть, что их труд не останется без вознаграждения. Он помнил, насколько сильно хотели владеть железными ножами его первые соратники, а потому решил, что не помешает немного предоплаты.
Мужчины были вынуждены вести образ жизни отличный от того, к которому привыкли и явно по нему уже начали скучать. Хотя поползновения на их вольную жизнь были в самом зачаточном состоянии, они безошибочно определили, что это только начало. Так что нужен был бонус, который бы явно указывал, что утратив одно, они получают другое — то, чего ни у кого нет. Он пообещал выковать им ножи.
Изготовить меха и довести до ума горн удалось всего лишь за день, тут в общем-то ничего сложного, если иметь готовую кожу и инструмент. Куда сложнее оказалось выковать обещанные ножички.
Во-первых, качество угля оставляло желать лучшего, с твердыми породами было не так чтобы хорошо, акации хватило только на половину дровницы, до березовой рощи было слишком далеко.
Во-вторых, познания Дмитрия в кузнечном деле были, мягко говоря, поверхностными. Это не перековать болты в гвозди, не сделать стамеску из того же болта и не смастерить сапожный нож, опять же, из практически готовой заготовки. Нет, под ножи тоже имелась железная полоса, но ведь ему необходимо было придать определенную форму и хотелось, чтобы получилось что-то симпатичное и удобное, а главное похожее хоть на что-нибудь. Так что с первым ножом они промучились он целый день, под бдительным оком своих соратников и мальчишек. Соловьев и не думал запрещать им вертеться поблизости и щупать все своими руками. Мало того, даже иногда давал мелкие поручения, типа принеси, подай, отойди не мешай.
Над первым своим изделием, ну не называть же таковыми прежние, он проработал весь день, а так же захватил и темное время суток, заканчивать пришлось под лучинами. Сжег целую кучу угля, но все же не без результата. Форму более или менее он придал, клинок получился односторонней заточки с легким изгибом, с толщиной в верхней части порядка трех миллиметров, наконечник сделал скругленным к верху. Как сумел, сделал долы с обоих сторон. Хвостовик под рукоять выковал таким образом, чтобы та насаживалась на него. Потом можно будет залить местным клеем из рыбьих пузырей и расклинить клинышками. Будет держаться как миленькая, никуда не денется.
Памятуя, что закаливать нужно сначала в масле, он решил использовать растопленный жир мамонта. Вроде как
Заточил напильником и вручил Табуку, заявив, что вышло так себе, но когда они наберутся опыта, то смогут сделать куда как лучше. А ручку, уж он сам должен будет приделать. Однако, даже видя, что изделие сильно уступает тому, с которым никогда не расставался Дмитрий, Табук был на седьмом небе от счастья. Да корявый, да другой формы, но зато он спокойно режет дерево, как и тот, что лучшего качества, а уж о том, что он не идет ни в какое сравнение с тем костяным, что был у него, и говорить нечего. Он даже позабыл дуться, на того, кто еще вчера его изрядно взгрел. Одним словом никакого фиаско, прямо триумф, йошки матрешки!
Со вторым ножом, уже для Гаруна, управились всего за пол дня. Не сказать, что изделие вышло лучше, но прогресс на лицо. Дмитрий чувствовал, что действует уже куда как увереннее, да и помощники его орудовали кувалдой и управлялись с мехами получше. А главное и угля было сожжено меньше. Одним словом началась кузнечная эра. За зиму им предстояло переделать в изделия немалую часть УАЗа. Нужны были, топоры, пилы, лопаты, тяпки и многое другое, чтобы на новом месте чувствовать себя более уверенными. Одно только наличие нескольких лопат и топоров вместо одной единицы, должно было оказаться большим подспорьем.
Не забыл Дмитрий и о куске руды, который остался у него от шамана. Примерно через неделю, он решил дать охотникам роздых. К этому времени они сумели изготовить несколько клещей, управляться с пассатижами у которых были удлинены ручки при помощи примотанных палок, не так уж и легко. Ну, какой отдых для них он мог придумать. Когда выпал первый снег, он отправил Табука и Гаруна на охоту. Нет, запасов им хватило бы с лихвой, просто не надо так уж сильно наседать на парней, пусть развеются, опять же свежатина никак не помешала бы. Но главное они не должны были видеть то, что делает Дмитрий, а ну как ошибся и это не руда.
Управиться в одиночку не составило труда. Мехи он изготовил если можно так выразиться, полуавтомат. Приладил сверху груз, так что остается только потянуть за шест, чтобы их вздуть, а затем под весом груза они сдуваются, гоня воздух в горн. Тут главное варежку не ловить. На слой раскаленных углей он возложил куски руды, засыпал их еще одним слоем и пока он прогорал, все время качал меха.
Когда топливо прогрело он полез во внутрь клещами и вскоре извлек на свет божий бесформенный кусок не пойми чего. Но эта бесформенная раскаленная масса его порадовала. По виду она очень сильно напоминала окалину, получающуюся при электросварке, но это ерунда, главное, что он не ошибся и это все же руда, остальное не существенно.
Спекшийся кусок он выбросил в озеро, не время обнародовать результат. Вот пусть шаман озвучит снизошедшее на него откровение, объявит волю Великого духа, указавшего возлюбленным детям своим, путь по которому им следует двигаться, а тогда уж со всем уважением, Дмитрий возьмется проводить политику высших сил, в среде смертных.
— Дима, а у нас для тебя сюрприз, — когда он вечером вошел в дом, тут же подлетела к нему Лариса, держа в руках стопку серо-коричневой бумаги.
— Неужели получилось!?