Робин
Шрифт:
— Нет, не он! быстро прервала его Энн. — Не он! Часы, наверное, украл он, он и Поля столкнул с лестницы без всякой жалости, но одежду — нет. Я сама это сделала.
— Энн, девочка, а где подарок мистера Эдварда? — робко заговорила мисс Кларк. — Я не видела этого чудесного набора в твоей комнате.
— Он у меня. Я убрала его подальше, чтобы… не изломать, как куклу. С ним ничего не случилось, и когда-нибудь я буду им пользоваться.
— До этого ещё далеко, дорогая, — возразил мистер Белл. — Ты ещё совсем дитя. Не понимаю, зачем ты подарил такой крошке все
Кажется, отец всё ещё видел в своей дочери четырёхлетнее существо, которое приятно наряжать, как куклу. Энн быстро оглянулась на него, но сейчас же отвернулась, и взгляд её выразил муку. Зато отец Уинкл стоял, опустив голову, и пытался понять нечто, судя по его отрешённому виду, недоступное пониманию.
— Обыщите его комнату! — потребовал Поль. — Он не успел их спрятать во дворе. Часы где-то в доме. Или у него в комнате или на нём.
— Нет, так делать нельзя, — отказался мистер Эдвард.
— Поль, мы не полицейские, чтобы заниматься обыском, — поддержал его мистер Белл. — Это было бы унизительно.
— А я так скажу, — заявила леди Кэтрин. — Пусть мальчик возьмёт часы и уходит. Пусть он возьмёт что-нибудь ещё, любую вещь, которая ему понравится, но только не задерживается здесь долее. Эдвард, я требую, чтобы он ушёл. Не желаю и минуты оставаться с ним под одной крышей. Мало того, что он портит вещи и ворует, но с ним опасно оставлять детей. Сейчас он чуть не изувечил Поля. Подумайте, что было бы, если бы Поль повредил позвоночник или ушиб голову. Отныне я места себе не найду от беспокойства за Энн. Эдвард, я не понимаю твоих убеждений и не разделяю их, а просто ради всеобщего спокойствия требую удалить этого мальчика из дома.
Мне очень хотелось посмотреть, какие лица будут у этих людей, когда откроется, что всеми проделками занимался Сэм, но у меня ведь была гордость, и немалая, поэтому я усмехнулся, засунул руки в карманы и вызывающе сказал:
— А мне и самому не хочется оставаться в этом притоне. (Краем уха я уловил, как ахнула Фанни.) У нас нет таких домов и таких вещей, и едим мы, как свиньи, но у нас не воруют в собственном доме. Поищите часы в другом месте, а не в моей комнате, потому что я их не брал.
Я повернулся, чтобы уйти, но… Не понимаю и не могу даже предположить, что нужно было от меня мистеру Эдварду, но он меня остановил, крепко схватив за руку около локтя.
Отец Уинкл, кажется, сам бы меня остановил, если бы это не сделал мистер Эдвард, а теперь лишь согласно кивнул.
— Подождите, мама. Мне дело не кажется ясным, — сказал мистер Эдвард. — Может, Поль забыл, куда положил часы, и они окажутся где-нибудь в ящике стола или в чемодане. Ты ведь уже начал укладывать свой чемодан, Поль?
— Я точно помню, куда их клал, — упрямо твердил Поль.
— Всё равно я убеждён, что Робин не брал часы. Я верю в его честность. Подождите ещё немного.
Я ощутил прилив жгучей ненависти к этому человеку.
— Но я-то не хочу ждать, — сказал я. — Дайте мне уйти.
— Во-первых, тебе нельзя уходить отсюда, потому что грабителя, который за тобой охотится, ещё не поймали, —
— Мне не в чем оправдываться.
— Какой нахал! — услужливо выразила мисс Агнес мнение своей хозяйки.
— Тем более, тебе надо подождать, пока правда не выйдет наружу.
— Долго придётся ждать, — пробурчал я, сдаваясь.
Я бы всё-таки ушёл, если бы не любопытство. Кроме того, я придумал хороший план.
— Дай слово, что ты не уйдёшь до тех пор, пока я тебя не отпущу.
— Ладно уж, — снизошёл я до его просьбы.
На том дело пока и закончилось, к всеобщему неудовольствию. Леди Кэтрин пылала негодованием, а мистер Белл и мистер Чарльз молчаливо, но явно осуждали моего защитника. Первого я понять могу, ведь его сын чуть не сломал себе шею, да и вещи исчезали или портились у его детей, а не у кого-то ещё, но мистеру Чарльзу стыдно восставать против меня, ведь я всё-таки спас ему жизнь и по его вине, из-за его уговоров поднять тревогу вынужден скрываться от Громилы.
А я? Я отстоял своё право на независимость. Сэма придётся взгреть, чтобы не работал "под вора", это ясно, но в остальном я не поступился ничем. Я хотел уйти, а меня не пустили, значит, я живу здесь не на правах нищего попрошайки, а по хозяйской просьбе. Эта мысль помогла мне гордо перенести остаток сегодняшнего мучительного дня, потому что даже Фанни была непривычно молчалива и смотрела на меня с плохо скрываемой подозрительностью. Впрочем, Рваный меня ни в чём не укорял и даже не подозревал в дурных инстинктах, поэтому я предпочёл его общество. Да и караулить Сэма здесь было легче, чем в доме. А подметив, что эта бледная рыба выглянула из двери и сейчас же скрылась, я, к величайшему недоумению и даже беспокойству собаки, кинулся за своим врагом и настиг его в коридоре.
— Ты что?! — сразу поджал он хвост.
— Послушай, я терпел долго, но даже моему терпению пришёл конец. Ты сказал, что будешь мне мстить, но не всякая месть бывает безнаказанной.
Сэм в ужасе озирался, рассчитывая, должно быть, на появление кухарки, но спасительницы поблизости не было.
— Да я ничего плохого не хотел, — заныл он.
Я понял, что сейчас он закричит, поэтому поднёс кулак к самому его носу и пообещал:
— Бить тебя сейчас не буду, но, если не выполнишь моё требование, я вытряхну подлую душу из твоего мерзкого тела. Положи назад то, что взял, но так, чтобы они не бросились в глаза сразу. Понял?
— Понял, — всхлипнул Сэм. — Я их так положу, что он не подумает, что их брали, а как будто он их случайно туда положил.
— Вот именно.
— Но я не хотел ничего плохого. Я бы просто посмотрел и вернул назад. Все так много об этом говорят, что я не удержался. Я верну, сегодня же верну. А хочешь, сначала посмотрим вместе?
— Мне с таким слизняком, как ты, не по пути, так что свои гнусности оставь себе. Ну, а про другие твои гадости поговорим в другой раз, — сказал я, видя, что из кухни вышла миссис Джонсон.