Робби
Шрифт:
— У автобуса лопнула шина, — тихо сказала девушка, наконец, бросив на Роберта взгляд исподлобья. — Я не стала ждать следующего.
— Тот, что стоит на обочине недалеко от Портбери? — вскинул брови он.
Она робко вытянула руки к вентилятору, выпускающему тёплый воздух, и повертела перед ним ладонями.
— Очевидно, он всё еще там.
— Ага.
И снова молчание. Робби постучал пальцами по рулю, снова взял кофейный стаканчик, сделал глоток, и вернул на место. В динамиках мужской голос бойко выгонял девушку «из головы и из постели».
— Ты правда отправила фотографию номеров подружке? — вдруг спросил Роб.
Зря. Девушка с пепельно-розовыми волосами уже начала расслабляться, но в этот момент снова застыла камнем, повернув голову и вытаращившись на Роберта.
— Отправила, — обронила она вдруг охрипшим голосом, бросая быстрый взгляд на болтающийся под зеркалом освежитель воздуха.
Роб увидел эту смешную вещицу на кассе супермаркета. Схватил в последний момент. Решил, что она весело разнообразит беспорядок в салоне. Сейчас, проследив за взглядом девушки, Роберт мысленно хохотнул, но тут же себя отругал. Тоже мысленно. Более тупой вопрос он не смог бы придумать, даже если бы захотел.
— Я обещал тебя не насиловать, — напомнил он, глядя на дорогу и стараясь сохранить серьезность. — Просто спросил. Еще ни разу никого не подвозил вот так, не думал, что кто-то действительно фотографирует номера.
Если это и успокоило девушку, то только немного. Она чуть слышно вздохнула и снова откинулась на спинку кресла. Затихла.
— Я тоже ни разу не ездила автостопом, — примерно через полминуты выдавила она. — Сегодня просто не мой день.
— Да брось, — отмахнулся Роб. — Ты вообще-то оказалась в автобусе, у которого на полном ходу лопнула шина. И выжила. Так что сегодняшний день полностью твой.
— Если бы он был моим, я бы успела на предыдущий автобус.
Роберт оторвал руку от руля и почесал лоб.
— Ну если ты так на это смотришь…
Впереди показались мосты дорожной развязки и поворот на Кливдон. Роб включил поворот и медленно крутанул рулевое колесо, уводя машину с трассы.
— Куда тебя отвезти? — спросил он, полностью сосредоточившись на дороге.
— Ты уже везешь, — отозвалась девушка.
— Я про улицу.
— А-а… На Олд-Стрит. Где останавливаются все автобусы.
— Я могу подбросить до дома.
— Не нужно.
— Боишься, что приду ночью?
Она не ответила, а только осторожно покосилась на Роба. Он снова сдержал смешок. Так к нему еще не относились. В школе смеялись и иногда задирали, причин на то хватало. Возглавляли список рыжие волосы, тощая фигура и громкая фамилия. А продолжать перечислять можно было до бесконечности. Потом Роберт закончил школу, поступил в университет, записался в тренажерный зал, оброс… Через некоторое время девушки стали его хотеть, а парни — побаиваться.
А вот в маньяки записали впервые в жизни. Поэтому сейчас ему было смешно. У Роберта давно не наблюдалось проблем с девушками, поэтому, даже если бы он и оказался маньяком,
В молчании они въехали в прибрежный городок, Тойота стала петлять по узким улочкам с застройкой в георгианском стиле. Ряды одинаковых домов из серого плоского камня, с дверями, выкрашенными в яркие цвета, сменились такими же старыми, но приспособленными под торговые лавки. Проехав немного вдоль улицы, Роб выкрутил руль влево и затормозил в «кармане», предназначенном для общественного транспорта.
Колеса рассекли лужу, разбросали брызги. Несколько человек у края тротуара отскочили назад. Девушка потянулась к дверной ручке,
— Ну пока, — проговорил Роберт, развернувшись всем корпусом и ухмыльнувшись.
Она вдруг замерла и обернулась. В светло-карих глазах застыл вопрос.
— Сколько я должна? — пробормотала девчонка, отфыркнувшись от пепельно-розовой пряди.
Роб вздернул одну бровь.
— Забудь, Ягодка. Я просто добрый.
— Это неправильно.
— Быть добрым?
— Бесплатно работать таксистом.
— Топай уже!
Несколько секунд они беззвучно сражались взглядами, но вот, девчонка тихо вздохнула, прижала к груди рюкзак и все-таки дернуло за ручку.
— Спасибо, — бросила она, ступив на тротуар и захлопывая дверь.
— Ага, — пробормотал Роберт, махнув ей двумя пальцами.
Он переключил передачу и резко тронулся с места. Взглянув в зеркало заднего вида, Роберт увидел, как розовые волосы спрятались под капюшоном, а их обладательница убрала руки в глубокие карманы и быстро свернула в переулок.
В доме царила суматоха. Марго исполнилось четырнадцать. На втором этаже играла быстрая музыка, звучали девичий писк, смех, и целая гамма голосов. Из кухни тянуло запахом черничного пирога, маминого фирменного. Элизабет сбросила с плеч рюкзак, приставила его к стене и расстегнула мокрую парку. Ей не хотелось выдавать свое присутствие, но ее и так заждались. Наверно. Не важно.
— Мам? — окликнула Лиззи, вытягивая руки из рукавов.
Джемпер отсырел не сильно, но желание стянуть с себя прилипшую к коже тряпку кололо пальцы. Топот возвестил, что мама бросила дела и летит навстречу.
— Ну наконец-то! — воскликнула она, появившись в коридоре.
Сара Хэйл выглядела уставшей. Еще бы. Детский день рождения — это серьезное испытание. Она ведь просила Лиззи приехать пораньше. Чтобы помочь. И Лиззи честно пыталась, но обстоятельства оказались сильнее.
— У автобуса лопнуло колесо, — сразу сообщила Элизабет, вешая куртку на крючок и сгибаясь, чтобы расстегнуть грязные ботинки.
— Боже! — воскликнула мама, прижав ладошку ко рту. — Какой кошмар! Все живы? И как ты доехала? Лиззи! Что с твоими волосами? Разве тебе можно краситься в розовый?