Риверстейн

Суржевская Марина

Селении не видно. Там, где она стояла, сейчас без сознания уткнулись лицами в грязь Данила и Ксеня.

Черная громада Риверстейна возвышается надо мной безмолвно, но в его глубине мне чудятся мольбы о помощи запертых в нем людей. Но прежде надо сделать кое-что другое.

Я стараюсь ни о чем не думать. Это так сложно… не смотреть на сожженные крылья умирающего Арх'арриона,

не вспоминать его меч, занесенный над русоволосым схитом. Был ли убитый демоном мужчина моим отцом? Или это был тот, другой, темноволосый, за спиной которого стояла женщина с сапфировыми глазами? Или он был в другой стороне деревни, защищая своих людей от демонов- убийц и я его даже не увидела?

Теперь уже не узнать…

Да и надо ли? Как примириться с этим чудовищным знанием, как соотнести демона, отдающего мне свою жизнь, с ним же, убивающим моих родителей?

А ведь Арх'аррион видел меня там, в поселении схитов. Узнал ли, встретив в Черных Землях? Осознал ли он, что произошло там в прошлом и что должно произойти в настоящем? Понял ли он сам, кто я, или русалочье озеро Им, дало ему ответ? Странная петля событий затянулась вокруг нас, словно удавка…

Только высший демон с его невероятной способностью к исцелению способен разорвать линии пентаграммы, только его жизненная Сила могла удержать меня на грани с миром теней.

Я не должна об этом думать. Не сейчас. Надо сделать то, ради чего «Ночной Гость» создал самую невероятную из возможных вероятностей.

Босые ноги ступили на покрытую снегом землю за пределами пентаграммы, но я не почувствовала холода. То, что бурлило во мне, требовало выхода, неслось потоком, сметая все на своем пути. Снег шипел подо мной, становясь водой, а потом паром вырываясь из-под ступней. Темный, безжизненный двор, каменное здание приюта. Ни звука не доносится из-за каменных стен, ни огонька не дрогнуло в темных окнах. Во всем мире осталась только я.

Я иду вдоль стены, чуть касаясь рукой обледеневшей кладки. Вот и святилище.

Удивительно, здесь все по-прежнему. Только непривычно без пений Аристарха и склоненных спин послушниц. Слишком тихо, слишком пустынно. Одиноко.

Темная вода Ока Матери чуть поддернута

ледком, я смотрюсь в него как в зеркало. Чуть улыбаюсь и опускаю ладонь в Источник. Кончики пальцев закололо, то ли от холода, то ли от бурлящей во мне Силы. От моей руки образуется полынья, медленно расползаясь до самых краев.

Арх'аррион и лорд Даррелл ошиблись. Источник нельзя пробудить кровавыми жертвами. Разве может сила смерти пробудить силу жизни? Он начал просыпаться, потому что проснулась кровь схитов, потому что он — мое наследие, а я его хранительница. Потому что он всегда был здесь, много лет ждал меня. Он был озерцом, колодцем, подземным ключом… или купелью, называемой Оком Матери. Он всегда был здесь. Потому что из всех случайных вероятностей, чаще всего случается та, что предначертана Судьбой.

Кровь… я подняла зажатый в правый руке клинок и провела по левой ладони. Разбудить легче, чем запечатать, для этого мне не нужно умирать… наоборот, нужно жить. Холодная вода приятно охладила чуть саднящий порез, потом я выпрямилась и запела.

Слова впечатались в память, словно выжженные каленым железом, а может, они всегда были там, нужно было просто вспомнить. Песня разносится по округе, сливается в шумом ветра, врастает в голос замерзшей земли, вплетается в звон грядущего дождя. Круг огня вспыхивает вокруг меня кольцом и опадает.

Источник слышит меня. Источник откликается. Источник пробуждается.

Я уже не пою, мое тело растворяется, становится невесомым. Оно легкий осенний лист клена, его подхватывает полноводная река и несет… несет к огромному восходящему водопаду, но не вниз, а вверх, в вечный океан мироздания.

И я уже не я…

Я- свет солнца, пробуждающий землю.

Я- свет луны, ласкающий тела влюбленных.

Я- вода, зарождающая новое.

Я- тьма, приносящая покой.

Я- воздух дыхания, я- огонь сердца.

Я- смерть, избавляющая от страданий.

Я- жизнь бесконечная…

Потом река схлынула, я вернулась.

Источник пробудился. И в мой мир пришла Сила.

Конец первой книги.