Ритуал
Шрифт:
О, но я найду.
— Скоро увидимся, миссис Арчер.
— Нет. Не увидимся.
Щелчок.
— Черт побери! — кричу я, швыряя мобильник через всю комнату, и он ударяется о стену, экран разбивается на миллион осколков.
Моя грудь вздымается, и я тяну руки вверх, чтобы сжать волосы в кулак. Неважно, откуда она звонила; она принадлежит мне. Это ничего не меняет. Я верну ее, но ей не понравится, как я это сделаю.
ГЛАВА 37
РАЯТ
Я сижу на черном кожаном
На внутренней стороне кольца выгравировано «Пока смерть не разлучит нас» — точно такое же, как у моей жены.
Ее нет уже два дня. Ни единого слова, ни единой зацепки о том, куда она пропала. И нет ни малейшего представления, где ее искать. Она исчезла — пуф — как призрак.
Когда я найду ее — а я найду, — мне понадобится вся моя сила, чтобы не убить ее на хрен. Вот как я зол.
В кармане вибрирует мой новый телефон, я достаю его и вижу сообщение с неизвестного номера.
Отрицательно.
Убрав его, я скрежещу зубами. Что ж, это интересно. Но то, чему у меня сейчас нет времени посвящать свою жизнь. Одна проблема за раз.
— Что мы знаем? — спрашивает мой тесть, сидя за столом в своем кабинете с видом на центр Далласа. И снова посреди ночи.
— Ничего, — отвечает Прикетт, сидящий справа от меня.
Я ничего не говорил с тех пор, как узнал, что она решила сбежать. Это кажется бессмысленным, потому что говорить особо нечего.
— Блейк не вернулась в свою квартиру, ее машина стоит на том же месте, что и раньше, а свой сотовый она оставила в доме Лордов вместе с обручальным кольцом, — сообщает сидящий слева от меня Ганнер.
Мой отец вздыхает, стоя у окна от пола до потолка.
— Она просто исчезла.
— Люди просто так не исчезают, — ее отец хлопает руками по столу. Уверен, что Фил тоже хочет ее задушить. — Ей нужны деньги, чтобы выжить.
— Она найдет работу, — предлагает Прикетт.
— Она в жизни не работала ни одного дня. Какие у нее есть навыки? — рявкает он. — Но, если у нее она есть, значит, где-то там есть ее запись.
— Нет, если у нее черная зарплата, — заявляет Ганнер, откинувшись на спинку дивана. — На ум приходят Вегас и стриптизерша.
Я сжимаю руки от его слов, и за такие мысли мне хочется ему врезать.
— Мэтт играл с ней, — говорит мой отец, поворачиваясь к нам. — Он понял, что его шанс с ней упущен, и решил сорвать ее брак с Раятом.
Его взгляд встречается с моими.
— Вероятно, он планировал, что Блейк устроит большую сцену на глазах у всех, но получил нечто лучшее, когда вместо этого она сбежала.
Приехав сюда тридцать минут назад, мы посмотрели запись из моей спальни, на котором были Мэтт с моей женой. Я пересмотрел его уже бесчисленное количество раз. Я понял, что нет ничего такого, что явно указывало на то, куда пропала Блейк.
Но видео не изменило моего мнения о ситуации, в которой она нас оставила. Мне плевать, насколько расстроена
Фил проводит руками по лицу, делая глубокий вдох.
— Найди ее, — говорит он, взглянув на меня. — Найди ее и верни. Любой ценой, которую ты сочтешь необходимой.
Я киваю. Я все равно планировал так сделать, но спасибо за разрешение.
— Ее главная угроза — это те, кто хочет навредить Раяту, — продолжает он. — Жена Лорда — это та, кого можно использовать против нас. И об этом только что объявили всему проклятому миру.
Браки Лордов всегда заключаются ради власти. Жен похищали с целью получения выкупа. Некоторые были изнасилованы, другие убиты. Любой из наших врагов может увидеть, что у нас есть, и забрать это. Неважно, любит ли пара друг друга или нет. Это все равно влияет на наш мир. Жена — это наша игрушка и одновременно наша слабость.
— Она уязвима там одна.
Фил встает и спихивает со стола компьютер, тот падает на пол.
— БЛЯДЬ! — положив руки на поверхность, он тяжело дышит. — Мы не можем обратиться с этим к прессе. Мы ничего не можем сделать, чтобы общественность узнала, что Блейк пропала. Это навлечет на нас гребаную войну. Кто-то может увидеть Блейк и схватить еще до того, как мы ее найдем.
Его глаза бросают вызов. Я не спорю.
— К тому времени, когда мы найдем ее тело, будет слишком поздно.
Он прав. Мы не можем доверять никому за пределами этой комнаты.
— Я ее найду, — спокойно говорю я, нарушив, наконец, молчание. Но чего никто не знает, так это того, что сейчас самая большая угроза для нее — это я.
БЛЕЙКЛИ
— Вы можете поцеловать невесту.
Из всего, что я делала с тех пор, как столкнулась с Раятом в холле Баррингтона, это самые пугающие слова, которые я слышала.
Поцеловать? Эта мысль ударила меня как кирпич по лицу. Удар чуть не сбил меня с ног. Мы еще ни разу не целовались в губы. Честно говоря, я даже не думала об этом. Что это должно было случиться.
Раят делает шаг ко мне, его правая рука касается моей щеки, взгляд опускается к моим приоткрытым губам, и я делаю глубокий вдох, когда его грудь прижимается к моей.
Я поднимаю голову, чтобы посмотреть на него. Мое сердце колотится, а на шее выступают капельки пота. Почему я так нервничаю? Я уже целовалась с мальчиком. Черт, я даже целовалась с Сарой. Но Раят? Поцелуй с моим теперь уже мужем звучит слишком интимно… запретно.
Но я не могу остановиться. Это должно быть сделано — такова традиция, чтобы благословить брак. Раят прижимает свои губы к моим, и я закрываю глаза, как только мои губы приоткрываются. Его прикосновения нежны, губы почтит требовательны. Я открываюсь ему, отдавая последнее, что могу предложить, и когда он обхватывает меня за талию, крепко прижимая к себе, прислоняюсь к нему.