Ритуал
Шрифт:
По спине пробегает холодок, заставляя меня дрожать. Без разрешения его свободная рука задирает мою рубашку, а затем его теплая ладонь ложится мне на живот. Мое сердце бешено колотится, когда его рука начинает прокладывать путь вверх по моей грудной клетке к лифчику.
Я нервно сглатываю, и мои бедра напрягаются, когда он скользит рукой под материал и поднимается к моей чувствительной груди. Я должна смутиться по двум причинам. Во-первых, он незнакомец, а во-вторых, моя грудь мокрая от пролитого на нее алкоголя. Но это не так. Когда я откидываю голову назад на его грудь, с моих онемевших
— Я наблюдал за тобой раньше, — бесстыдно признается он мне на ухо. — Он забыл тебя. Позволь мне помочь тебе забыть его.
Его слова снова говорят мне, что это не Мэтт. Но он видел нас? Поэтому я чувствовала, что за мной наблюдают, пока не застала Мэтта с той девушкой? Это был он?
— Я…
— Шшш, — его рука, обнимающая меня за талию, опускается к моим джинсам. Его пальцы мягко пробегают взад-вперед по верхней части материала, заставляя мое тело покрываться мурашками. — Ты позволишь мне помочь тебе?
Моя голова кружится, комната кренится. Сердце бешено колотится, тело горит. Внезапно все вокруг стало горячим. Раздеться — отличная идея. Я киваю и вздыхаю:
— Да, — почему бы и нет? Я теперь одинока. У Мэтта кто-то есть. Почему я не могу? Дело не в том, что я любила его. Дело в том, что он, блядь, изменял мне, когда даже не трахал меня.
— Стой там, где стоишь, — приказывает он. — Понятно?
Проглотив затяжной привкус водки от последнего глотка, я отвечаю:
— Да.
Он отпускает меня, и я смотрю, как он выходит из-за моей спины и идет к двери. Запирает ее, затем поворачивается ко мне лицом.
Я смотрю на него снизу. На нем полностью белая маска. На ней черные линии в разных местах, чтобы казалось, что она потрескалась. Вокруг глаз — черные круги, губы накрашены тем же цветом. По какой-то причине это не так пугает, как должно быть. Может, это алкоголь говорит. Я никогда раньше не делала ничего такого смелого. Так безрассудно. Что-то, что на сто процентов является моим решением.
Моя мама впала бы в ярость, если бы узнала, что я была пьяна на этой вечеринке, не говоря уже о том, чтобы запереться в комнате с незнакомцем, который не показал мне своего лица.
Подойдя ко мне, незнакомец поднимает правую руку и снова проводит ею по моему лицу и шее, останавливаясь на пульсе. Он учащен. Мое дыхание стало прерывистым. Я чувствую, что скоро потеряю сознание. Опустив руку, парень снова заходит мне за спину, и я слышу, как открывается и закрывается ящик. Затем темнота застилает мне глаза.
Я поднимаю руки, чтобы убрать ее.
— Что?..
Материал падает к моим ногам, а мои руки хватают и дергают за спину. Затем я переваливаюсь через край кровати. Я бы закричала, но мое дыхание застряло в горле. Он держит мои запястья скрещенными одной рукой, пока я слышу звук металла, а затем что-то холодное затягивается вокруг каждого запястья.
— Замри, — рычит он, прежде чем я чувствую потерю его тела.
Я задыхаюсь, мое тело дрожит,
Он хватает меня за волосы, дергает, чтобы я встала, и я вскрикиваю, удивляясь, что он не сорвал повязку.
— Ты сможешь снять ее, когда я закончу с тобой, — его голос грубее, чем секунду назад. Почти злой.
Это заставляет мои ноги напрячься, а киску пульсировать. Я стону, соглашаясь на все, что незнакомец хочет со мной сделать. Мое тело годами безмолвно кричало о том, чтобы кто-то прикоснулся к нему. Чтобы добиться своего. Я не могу удовлетворить его. Не так, как я жажду. Представьте себе, что вам нужно почесать зуд, до которого вы не можете дотянуться, как бы вы ни старались. Или пытаешься кричать под водой о помощи, зная, что тебя никто не слышит.
Мэтт отказывал мне бесчисленное количество раз. Однажды я пыталась соблазнить его на поле для гольфа, и он накричал на меня, когда мы вернулись к его родителям, сказав, что это неловко, что я трусь об него задницей, в то время как его друзья были всего в нескольких футах от нас. Никто не обращал на нас внимания, и не то чтобы я была голой. На мне была юбка. Все, что ему нужно было сделать, это приподнять ее и коснуться меня.
Мужчина шлепает меня по заднице, заставив меня подпрыгнуть и вскрикнуть.
— Ответь мне, — требует он у меня на ухо.
Он задал мне вопрос? Я пытаюсь встряхнуть свой пьяный мозг, но ничего не могу придумать, поэтому просто говорю:
— Да.
Его руки пробираются к моим джинсам, и он расстегивает их.
— Да, — повторяю я снова на случай, если он не услышал меня в первый раз, когда песня переключается на «Guest Room» группы Echos. Я знаю, что соглашусь на все, чего бы ни хотел от меня этот незнакомец. Надеюсь, он покажет мне, для чего предназначено мое тело, потому что я чувствую, что мне чего-то не хватает.
РАЯТ
Я бросаю ее на кровать, она ложится на спину. Блейкли вскрикивает, когда приземляется на скованные запястья. Я срываю маску и бросаю ее на пол, затем снимаю с нее туфли на каблуках и стягиваю джинсы с ее ног.
— Да, — она стонет, выгибая спину.
Я снимаю с нее нижнее белье и кладу его в карман. Она не получит их обратно. Заползая на кровать, раздвигаю ее ноги, проводя руками по ее бедрам. Они дрожат, и девушка задыхается. Я представляю ее вот так с Мэттом, и мои пальцы впиваются в ее кожу. Надеюсь, этот ублюдок видел, как я следил за ней на танцполе.
Хныча, она привлекает мое внимание, и я отпускаю ее. Раздвинув ее ноги пошире, я наклоняюсь и смотрю на ее киску. Она чисто выбрита и уже блестит, отчего у меня мгновенно текут слюни. Проводя по ней большим пальцем, раздвигаю ее и опускаю свое лицо, облизывая ее красивую киску.
Ее бедра подпрыгивают, и я удерживаю их на месте.
— О, боже… — девушка замирает.
Она мокрая, и я легко ввожу в нее палец. Теплая и такая чертовски тугая. Я делаю паузу, когда слова Ганнера возвращаются ко мне с того дня.