Ритуал
Шрифт:
– Уведите юного еретика!
– пронзительно взвизгнул Старейший Песнопевец.
– Давайте сюда навес!
Плясуны оттащили Глата в сторонку и принялись сооружать над богами
Под внезапно хлынувшим ливнем боги не шевелились - они лежали, широко раскрыв рты. Когда же они увидели, что Старейший Песнопевец возводит над ними крышу, то попытались встать.
Старейший Песнопевец торопился: он знал, что своим недостойным присутствием оскверняет заповедный курган.
Боги переглянулись. Один из них медленно встал на колени. Другой протянул ему обе руки и помог подняться на ноги.
Бог стоял, раскачиваясь как пьяный, сжимая руку возлежащего бога. И вдруг обеими руками с яростью толкнул Старейшего Песнопевца в грудь. Старейший Песнопевец потерял равновесие и закувыркался по священному кургану, нелепо дрыгая ногами в воздухе. Бог сорвал
– Знамение!
– вскричал Младший Песнопевец, вырываясь из удерживающих его рук.
– Знамение!
Никто не мог этого отрицать. Теперь оба бога стояли, запрокинув головы, подставив рты под струи дождя.
– Начинайте пиршество!
– рявкнул Глат.
– Такова воля богов!
Плясуны колебались. Впасть в ересь Альгоны - это серьезный шаг, который стоило бы хорошенько обдумать.
Однако теперь, когда всем стал распоряжаться Младший Песнопевец, пришлось рискнуть.
Оказалось, Альгона был прав. Боги выражали свое одобрение воистину по-божески: запихивали яства в рот огромными кусками - какое изумительное подражание смертным!
– и поглощали напитки с таким усердием, будто и впрямь умирали от жажды.
Глат сожалел лишь о том, что не знает божьего языка, ибо больше всего на свете ему хотелось узнать, каковы же были истинные причины Забвения.