Рискованное пари

Весна 1821 года

— Признаться, я горько разочарована. — Герцогиня Роксборо обвела взглядом дам, собравшихся в гостиной Эффингтон-Хауса, и тяжело вздохнула. — Мы не справляемся со своими обязанностями,

дамы, а это просто недопустимо. За год существования «Дамского общества по улучшению будущего Великобритании» с нашей помощью было заключено всего-навсего три брачных союза…

Мэриан, виконтесса Беркли, переглянулась со своей ближайшей подругой Хеленой, графиней Пеннингтон, точнее, вдовой графиней, сын которой недавно женился.

— Узами брака сочетались лорд Пеннингтон…

Хелена улыбнулась так мило, что оттенок самодовольного торжества не уловил бы в этой улыбке никто, кроме, разумеется, близких подруг. Но Мэриан прекрасно знала, как безмерно Хелена гордится плодами своих интриг, которые в прошлом году наконец-то подвигла. ее сына предстать перед алтарем. Да, Хелена прибегла к обману, притом чудовищному, но свято верила — а лучшей подруге Мэриан вменялось в обязанность разделять эту веру, — что всего лишь направила события в нужное русло. Хелена утверждала, что дальше в дело вмешалась судьба.

— …мисс Хитон…

Леди Хитон, матушка вышеупомянутой мисс Хитон, засияла от гордости и удовольствия.

— Благодаря внушительному приданому и угрозе скандала, — почти беззвучно напомнила Хелена Мэриан.

— По-моему, скандал, как средство ускорить вступление в брак, никто еще не оценил по достоинству, — шепнула Мэриан. — Надо бы почаще прибегать к нему.

— …и мисс Патнем.

Леди Патнем слабо улыбнулась. Если кто из присутствующих и знал, что от скандала до супружеского блаженства — один шаг, так это леди Патнем, чья дочь Алтея вступила в сомнительную связь с одним молодым лордом. Череда злоключений завершилась побегом в Гретна-Грин и поспешным бракосочетанием.

— Уж не знаю, чего добилась леди Патнем этим союзом — упреков или хвалы, — еле слышно заметила Мэриан.

Хелена подавила улыбку, а Мэриан украдкой усмехнулась. Впрочем, Мэриан не колебалась бы ни секунды, представься ей шанс с помощью скандала женить сына на достойной юной леди. Беда заключалась в том, что таковой леди пока не нашлось.

— Вероятно, дамы, мы забыли, ради чего собираемся здесь. — Герцогиня укоризненно нахмурилась. — Наша общая цель — помочь детям, достигшим брачного возраста, подыскать себе партию — разумеется, не ставя детей об этом в известность. Увы, все мы знаем: нынешняя молодежь отнюдь не торопится связать себя узами брака. Напротив, — герцогиня перевела взгляд на свою невестку Джорджину Эффингтон, леди Уильям, — кое-кто стремится к чему угодно, но только не к женитьбе.

Леди Уильям поднялась и смущенно улыбнулась собранию:

— Как известно некоторым из вас, моя дочь Кассандра открыла в себе талант архитектора и декоратора.

— Она бесподобна! — прошептал кто-то за спиной Мэриан.

— В том, что Кассандра хочет замуж, я ничуть не сомневаюсь, но боюсь, излюбленное

развлечение…

— Едва ли развлечение, если учесть, сколько ей платят, — продолжал тот же голос. — Зато в любом обществе не стыдно признаться, что твой дом обставляла сама Эффингтон!

— …слишком отвлекает ее, а ведь удачные партии представляются не каждый день. Я всегда поощряла в дочерях независимость, но будущее Кассандры внушает мне тревогу. Можно подумать, она умышленно противится своему счастью! Словом, — леди Уильям горестно вздохнула, — я охотно выслушаю любые предложения и советы.

— Превосходно, Джорджина! — Ее светлость одарила невестку ослепительной улыбкой. — Кассандра достойна блестящей партии, а мне известно, что здесь, в этой самой комнате, таковых найдется немало.

По гостиной прокатилась волна воодушевленного шепота.

— Знаешь, Мэриан… — Хелена задумчиво взглянула на подругу. — Несмотря на это свое увлечение, Кассандра Эффингтон — лакомый кусочек для любого холостяка.

— Несомненно, — подтвердила Мэриан. — С такой родословной она была бы безупречной виконтессой.

Конечно, поручиться за успех предприятия Мэриан и ее подруга не могли. Как известно, сердцу не прикажешь. Но никому не будет вреда, если слегка поторопить события, подтолкнуть их в верном направлении, а там, глядишь, в дело вмешается и сама судьба.

— Леди Уильям! — Мэриан решительно поднялась. — У меня есть особняк, в котором пора сменить обстановку. Мало того… — Она сверкнула широчайшей из своих улыбок. — У меня есть сын.

Весна 1821 года

— Ну что? Едут? — Приставив ладонь козырьком колбу, чтобы прикрыть глаза от утреннего солнца, мисс Кассандра Эффингтон вглядывалась вдаль.

— Еще нет, — покачал головой Энтони, виконт Сент-Стивенс. — Но думаю, появятся с минуты на минуту. Насколько мне известно, путь не такой уж долгий.

— И ты, конечно, не преминул заключить пари? — холодно осведомилась его супруга, урожденная мисс Филадельфия Эффингтон, а для близких друзей — просто Делия.

— Поставил сущие пустяки. — Энтони усмехнулся и прищурил глаза. — А ты?

— Не стоит и упоминания. — Делия улыбнулась. — Тем более что спорила я с Кэсси, а это не считается.

— Еще как считается! — твердо возразила Кэсси. — Увильнуть от уплаты проигрыша тебе не удастся, и не надейся.

Сент-Стивенс рассмеялся:

— Можно узнать, кто из вас ставил на брата, а кто — на лорда Беркли?

— Лично я всегда ставлю на родственников, — решительно заявила Делия. — И кроме того, Кристиан не только прекрасный наездник, но и большой знаток лошадей.

— Кристиан — отъявленный гордец, но, сказать по правде, Лео и Дрю ему не уступают. — Кэсси закатила глаза. — Высокомерие — фамильная черта мужчин из семьи Эффингтон в целом и наших братьев в частности.