Рискнуть и выиграть
Шрифт:
Надо отдать должное Джеймсу, который ни на чем не настаивал. Он проявил заботу, отпустив ее пораньше, вел себя понимающе и тактично. Как будто на самом деле заботился о ней. Да еще его слова, что ему нравится ее общество, независимо от того, занимаются они сексом или нет… Может быть, все будет не так драматично, когда она признается ему в своей беременности?
Выехав за пределы Сиднея, Люси вернулась к своим невеселым думам, хотя дорога требовала внимания. Она едва не проскочила мимо поворота на Госфорд, и указатель вернул ее к
— Каким поездом ты приедешь? — спросила Рут накануне.
— Мама, не волнуйся. Я приеду на машине, — предупредила Люси.
— Хорошо, только пусть Джош не лихачит и доставит тебя в целости и сохранности в этом своем ужасном старом автомобиле. Он всегда с таким ревом въезжает на подъездную дорожку, хулиган.
— Мама, Джош никакой не хулиган, и он всегда ездит очень безопасно.
Безопасно… Кто и пренебрег всеми правилами безопасности, так это она, и последствия не заставили себя ждать. По сравнению с ее беременностью от босса, в планы которого женитьба на секретарше не входила, приезд на красном спортивном автомобиле — сущий пустяк.
Вся бравада Люси испарилась, стоило ей увидеть выражение лица матери, поливающей сад, при виде дочери за рулем приземистой красной машины с откинутым верхом. Люси выключила двигатель и несколько секунд посидела неподвижно, пытаясь унять биение сердца.
— Ради всего святого, что ты делаешь за рулем этой машины? — резко спросила Рут вместо приветствия.
Глубоко вздохнув, Люси вышла из машины, захлопнула дверцу, но руки не отняла. Этот жест был призван показать гордость от обладания таким автомобилем.
— Я сама вела эту машину, потому что она моя. Я выиграла ее в лотерею. — Люси широко и радостно улыбнулась. — Вот такой сюрприз!
Рут Уортингтон переводила изумленный взгляд с дочери на машину и обратно. В суматохе Люси совсем забыла о том, что радикально сменила имидж. По правде говоря, за прошедшие недели она уже привыкла к своему новому облику, и он ей нравился.
— В лотерею, значит… — растерянно произнесла Рут.
— Разве не отличная машина? Это же «альфа-спайдер»! Я назвала ее Орландо, — быстро и восторженно говорила Люси, демонстрируя радость и энтузиазм. — Ты же знаешь, мам, мне никогда не удавалось ничего выиграть, и вдруг такая удача… Я до сих пор не привыкну, что она моя.
А уж Рут потребуется намного больше времени, чтобы привыкнуть. Если ей вообще удастся это сделать. И вдруг Люси поймала себя на мысли, что ее это совсем не волнует. Не привыкнет — ну и не надо. Джош прав — это ее жизнь, и ей ее проживать.
Завтра Рут Уортингтон должно было исполниться только сорок семь, но она уже много лет назад сделалась какой-то бесполой: седые волосы коротко подстрижены — ровно настолько, чтобы ими не нужно было заниматься, причесать расческой, и все; одежда серая и практичная — серые туфли на низком каблуке, серая юбка,
Решительно вскинув подбородок, готовая отстаивать свое право на собственную жизнь, Люси ждала, что же скажет Рут. Она не сомневалась, что сейчас на нее обрушится град упреков и нравоучений, и заранее жалела о безнадежно испорченном уикенде.
— Знаешь, ведь ты носила очки с самого детства, — задумчиво произнесла Рут, качая головой. — Я даже не представляла, как же хорошо ты выглядишь без них, дочка.
Это замечание, это мягкое «дочка» было таким неожиданным, что Люси растерялась.
— Я решила попробовать носить линзы.
— И очень хорошо, ты стала выглядеть совсем по-другому. А это красное платье… Я вдруг подумала, что никогда не наряжала тебя в красное, а тебе очень идет. Особенно с распущенными волосами, взъерошенными ветром.
Люси почувствовала, как к ее горлу подкатил ком. Комплименты вместо порицания… Это было так же невероятно, как и выигрыш в лотерею.
— Может, ты наконец выпустишь из рук этот шланг, и я смогу тебя обнять?
Рут неожиданно засмеялась.
— Да уж, преподнесла ты мне сюрприз.
Многолетняя привычка все делать правильно и последовательно не позволила Рут просто бросить шланг на землю. Сначала она перекрыла воду, но сделала это с несвойственной ей поспешностью, а затем раскрыла объятия для дочери. Они сошлись ровно посередине между Орландо и водопроводным краном.
— Я так рада, что ты приехала, дорогая, — прошептала Рут. Затем, отстранившись, посмотрела дочери в лицо и виновато улыбнулась. — Извини, что была такой настойчивой вчера по телефону, но ты так давно не звонила. Мне вдруг показалось, что я тебя теряю. И эта глупая паника…
— Ты всегда будешь моей мамой, мам, — заверила ее Люси. Чувство вины накатило на нее с новой силой. — Я просто закрутилась, столько дел сразу навалилось.
— Я так и поняла. — Последовало несколько понимающих кивков. — Что ж, давай повнимательнее рассмотрим твой приз. Итак, Орландо… — Рут выглядела несколько смущенной, называя автомобиль по имени.
— Знаешь что, мам? Садись-ка ты в машину, и я тебя прокачу. Лучший способ поближе познакомиться с Орландо.
Рут заколебалась.
— Дом не заперт…
— Мам, мы за несколько минут объедем квартал и вернемся.
— Но…
— Рискни, — безрассудно попросила Люси.
И к ее огромному удивлению, Рут Уортингтон несмело подошла к машине и уселась на пассажирское место.
Поездка была короткой, но матери, казалось, понравилось. Ветер трепал ее седые короткие волосы, и она счастливо улыбалась дочери. Выходя из машины, когда та уже снова стояла перед домом, Рут задумчиво спросила:
— Она дарит тебе ощущение свободы, да?