Риск
Шрифт:
— Ты не слышала ни слова из того, что я только что сказала?
— Я слышала все, что ты сказала. Просто я тебе не верю.
— А как же вечеринка Зевса?
— А что с ней? Ты ревновал, и твоё самолюбие было уязвлено, потому что ты думал, что Аарон был моим кавалером. Это классический случай, когда не хочешь кого-то, но не хочешь, чтобы кто-то другой получил его.
— Не надо на меня тут психологией совать.
— Отвали. Это не психология. Так и было.
— Продолжай себе это повторять, красавица.
Он идет — нет, крадется — через комнату ко мне, останавливаясь всего в нескольких сантиметрах от меня.
— Я сказал тебе, почему держался на расстоянии. Почему ушел в ту ночь. Ты заслуживаешь лучшего, чем я. Ты по-прежнему заслуживаешь.
Его глаза приковывают меня к месту. Я не могу пошевелиться, даже если бы хотела.
— Быть внутри тебя той ночью... чувствовать тебя, пробовать тебя впервые... это сделало для меня еще труднее найти в себе силы держаться от тебя подальше, не быть эгоистом и не забрать тебя себе. Но теперь все по-другому. Да, ты беременна от меня, но я говорю это не потому. Я говорю это, потому что это правда. Это всегда было правдой, и быть здесь с тобой, проводить время рядом с тобой, делает невозможным для меня держаться подальше по тем причинам, по которым я делал это раньше.
Он наклоняется, и я отскакиваю назад, ударяясь о столешницу, сердце колотится в груди. Между нами нет ни сантиметра. Он так близко, что я чувствую тепло его тела, и от этого мои соски напрягаются, а клитор пульсирует.
Глупое, гормональное, беременное тело.
В последнее время меня легко возбудить, и когда Кейден так близко, я не могу не желать его.
Мои трусики уже влажные.
Его взгляд опускается на мои губы, и они высыхают. Я с трудом сдерживаюсь, чтобы не облизнуть губы. Потому что я не пойду с ним на это.
Я не могу.
Он медленно поднимает глаза на мое лицо и смотрит в глаза.
— Ты хочешь меня, красавица. И я, черт возьми, хочу тебя. В моей постели и в моей жизни. Навсегда. Я никогда не буду достаточно хорош для тебя — это правда. Но я буду работать над собой, чтобы стать лучшим мужчиной для тебя. И я докажу, что хочу тебя, красавица. Только тебя, исключительно тебя.
Его взгляд хватает меня за руку и тянет под воду. Я чувствую, как тону в чувствах и эмоциях.
Он наклоняется и касается губами моей щеки.
— Увидимся завтра.
Я все еще стою, когда за ним закрывается дверь. Мое сердце больше не бьется в груди. Оно последовало за ним за дверь.
Глава 24
— Прости. — На следующее утро Кейден стоит у моей двери с двумя чашками кофе в руках и раскаявшимся выражением лица. — Я вчера вечером на тебя наехал, а не должен был.
Я отступаю, позволяя ему войти, и закрываю за ним дверь.
Он протягивает мне одну из чашек кофе.
— Без кофеина? — спрашиваю я.
— Без кофеина.
— Спасибо. — Я дую на пар, поднимающийся из отверстия для питья, прежде чем сделать глоток, а затем подхожу и сажусь на диван.
Кейден садится рядом со мной.
— Вчера вечером я поступил неправильно, — говорит он. — Я не думаю, что я был неправ в том, что сказал... — Он поднимает руку, останавливая
Я на мгновение обдумываю его слова, прежде чем избавить его от мучений.
— Спасибо, что извинился.
— Итак... — Он проводит рукой по волосам, растрепав их. — Можем поговорить о том, как мы будем жить и как будет выглядеть будущее нас четверых? Или еще слишком рано после того, как я вел себя как пещерный человек?
Нас четверых.
Мне это нравится больше, чем должно.
Несмотря на то, что его слова меня разозлили, я провела всю прошлую ночь, обдумывая все, и с практической точки зрения, мне и близнецам действительно имеет смысл жить с ним. В этой студии едва хватает места для меня, не говоря уже о двух младенцах, а финансово я не в состоянии снимать другое жилье — квартира за пределами университетского городка, которая подошла бы нам троим, была бы для меня непомерно дорогой.
Дети сначала маленькие, но количество вещей, которые им нужны в первое время, просто ошеломляет, а мне понадобится всего в два раза больше.
От одной только мысли о том, во сколько мне все это обойдется, у меня начинает потеть лоб.
Поставив кофе, я поворачиваюсь к нему.
— Давай поговорим об этом.
Он выдыхает.
— Хорошо. Ладно. Так, ты хочешь начать или я?
— Ты. — Я хочу услышать, как он это скажет — надеюсь, намного лучше, чем вчера вечером.
— Хорошо. — Он держит кофе в руках между раздвинутыми бедрами и смотрит на меня. — Ладно, вот что я думаю: с практической точки зрения, тебе переехать ко мне было бы хорошо, потому что я смогу быть рядом и помогать тебе во всем, что понадобится во время беременности, а когда появятся близнецы, нам не придется перевозить их между нашими квартирами. Кроме того, если ты переедешь ко мне, у близнецов будет своя комната, и у тебя тоже, конечно.
— Конечно.
Наступает пауза, а потом он говорит:
— Ну, что ты думаешь?
Я делаю глоток кофе, чтобы затянуть разговор.
— Я думаю, ты прав. Но у меня есть опасения.
— Скажи мне, чтобы мы могли их устранить.
— Ну, это не моя квартира. Это твоя, и ты можешь меня выгнать.
— Этого никогда не случится.
— Может случиться. Ты можешь обнаружить, что тебе не нравится жить со мной. Что мы несовместимы как... соседи.
Он поднял брови.
— Я не вижу проблем с нашей совместимостью.
От его слов мои щеки покраснели.
— Жить с кем-то — это совсем не то же самое, что однажды переспать с ним.
— Я знаю. Но мы оба взрослые и сможем ужиться ради наших детей.
— Хорошо. Но я все равно буду чувствовать себя... — Я ищу подходящее слово. — Небезопасно.
Он хмурится.
— Ты не будешь чувствовать себя в безопасности, живя со мной?
— Я бы чувствовала себя в безопасности, живя с тобой. Я не чувствовала бы себя в безопасности, живя в месте, где моего имени нет в договоре аренды, и я почти уверена, что не смогла бы оплатить даже половину той суммы, которую ты платишь за свою квартиру.