Риск
Шрифт:
Он мрачно кивнул.
— Да, вы не ошиблись в своих предположениях, мисс Ньюбери.
Да как он смеет заставлять меня стоять перед ним, словно какую-нибудь служанку! Я не на шутку разозлилась и ядовито заметила:
— Вряд ли леди Уинтердейл или леди Кэтрин обрадуются, если в свете узнают, что отец Кэтрин был карточным мошенником, особенно теперь, когда леди Уинтердейл пытается выдать ее замуж.
Его глаза сузились, и я вдруг заметила, как плотно сжаты его твердые губы.
— Если я вас правильно понял, вы
Я вспомнила об Анне и заставила себя встретить опасный блеск холодных голубых глаз.
— Да, — ответила я, вскинув подбородок, — именно так.
Между нами воцарилось тяжелое молчание. Я переступила с ноги на ногу, стараясь сохранить надменный и бесстрашный вид.
Наконец он вкрадчиво промолвил:
— Могу я полюбопытствовать, вы намерены шантажировать всех, кто стал жертвой вашего отца, или же я единственный, кто имел несчастье привлечь ваше внимание?
Я почувствовала, как вспыхнули мои щеки.
— Я никого больше не собираюсь шантажировать. Я выбрала вас только потому, что прочла в газете, что вы вывозите в свет свою дочь, — по крайней мере я думала, что это ваша дочь, — и решила убедить вас представить заодно и меня.
Он смотрел на меня в немом изумлении.
— Представить вас? Но я не могу представить обществу молодую леди, мисс Ньюбери.
— Мне это прекрасно известно, — раздраженно перебила его я. — Я надеялась, что вы уговорите вашу супругу, то есть вашу тетушку, представить меня вместе с вашей кузиной. Это ее не очень затруднит, поверьте. Ей придется всего лишь включить меня в свой заранее продуманный план относительно Кэтрин.
Вновь наступило молчание. Граф задумчиво барабанил пальцами по столу, потом поднял на меня глаза. Луч солнца скользнул в комнату через окно и запутался в его волосах, черных словно вороново крыло.
— А зачем вам понадобился сезон, мисс Ньюбери? — спросил он наконец.
— Известно зачем, милорд, — с достоинством ответствовала я. — Чтобы подыскать подходящего жениха.
Он откинулся на спинку кресла.
— И у вас нет родственниц, которые согласились бы взять на себя эту задачу?
— Те Ньюбери, которых я знаю, очень бедны, — с сожалением промолвила я, — а сезон в Лондоне стоит немалых денег. Видите ли, Уэлдон-Холл — майоратное владение, а нас у папы всего две дочери, поэтому мы с Анной вскоре окажемся без крова. Следовательно, мне необходимо выйти замуж, и, полагаю, проще всего это сделать в Лондоне во время сезона.
— Короче говоря, мисс Ньюбери, вы охотитесь за толстым кошельком.
— Я охочусь за женихом, милорд, — поправила его я. — Богатство меня не интересует. Мне вполне подошел бы порядочный человек из порядочной семьи — большего и не нужно.
— Порядочный человек никогда не женится на шантажистке, — отрезал он.
Я вздрогнула.
А он безжалостно
— А кроме того, как я уже сказал, я не собираюсь вывозить в свет свою кузину — этим займется ее мать. И я сомневаюсь, что моя тетушка согласится представлять вас вместе со своей дочерью. Сравнение будет явно не в пользу Кэтрин, Я прикусила губу: а что, если попытаться шантажировать леди Уинтердейл? Уж ей-то наверняка не придется по вкусу, если правда о ее покойном супруге выплывет наружу в такой ответственный момент.
Когда я вновь подняла глаза на лорда Уинтердейла, то с удивлением заметила, что выражение его лица совершенно переменилось. Исчезли суровость и жесткость, изогнутые брови сошлись к переносице. Он поднялся из-за стола и подошел ко мне. Я усилием воли заставила себя не попятиться. Граф не казался таким уж высоким, но в его фигуре все же чувствовалось нечто устрашающее.
— Снимите-ка шляпку, — приказал он.
Я ошеломленно вытаращила на него глаза.
Тогда он поднял руки, собираясь сделать это сам, и я поспешно развязала ленты и сняла шляпку.
Он приподнял пальцем мой подбородок и внимательно посмотрел мне в лицо.
Я неохотно подняла на него глаза, завороженная пристальным взглядом голубых глаз.
— Хм-м, — промолвил он. Затем усмехнулся. Усмешка эта мне совсем не понравилась. Он повернул мое лицо сначала влево, потом вправо, изучая мой профиль. Граф явно что-то обдумывал.
Меня всегда считали хорошенькой, но, поверьте, мое лицо не из тех, что способны свести с ума и зажечь костер страсти в первом встречном. Да и что в нем особенно примечательного — формой напоминает сердечко, волосы каштановые, глаза карие. Вот моя сестра — та настоящая красавица.
Тут лорд Уинтердейл нахмурился и сказал:
— Клянусь Георгом, я это сделаю.
— Что вы сделаете? — в замешательстве спросила я. — Вышвырнете меня вон?
— Любой ценой заставлю тетушку вывезти вас в свет, — ответил он.
Я подозрительно уставилась на него.
— С какой это стати вы вдруг изменили свое решение? Всего несколько минут назад вы отпускали на мой счет едкие замечания и называли шантажисткой. Вы заставили меня стоять, а сами расселись передо мной, словно султан, осматривающий очередную кандидатку в гарем.
— Бог ты мой, — пробормотал он. — Шантажистка, требующая к себе почтительного отношения. Это что-то новенькое.
— А у вас большой опыт общения с вымогателями? — ядовито осведомилась я.
— Не будьте злюкой, мисс Ньюбери, — сказал он и провел пальцем по моей щеке. — Вам это не идет.
Я открыла было рот, намереваясь ответить, но в этот момент в дверь библиотеки постучали, и на пороге появился дворецкий.
— Приехала леди Уинтердейл и желает говорить с вами, милорд. Я решил предупредить вас о ее визите на случай, если молодая особа все еще здесь.