Риск, борьба, любовь
Шрифт:
Утром выяснилось, что разродилась тигрица Рада. Она уже не раз приносила потомство, но никогда не выкармливала своих детенышей.
— Уже несколько пометов погибло! — почему-то с гордостью сказал Полосатов.
Когда в цирке появилась Марианна, я бросился к ней:
— У вас малыши пищат голодные! Чего же вы ждете?!
— Ждем, когда они погибнут, — спокойно отвечала дрессировщица.
— Но вы же обязаны выкормить их! — возмутился я, чувствуя, как кровь стучит у меня в висках.
Рейс улыбнулась мне, как несмышленышу. Видно было, что мой запальчивый тон ее нисколько
— Милый Вальтер, — все так же спокойно объяснила она, — когда ты станешь дрессировщиком и твои тигрицы, дай Бог, начнут рожать, ты поймешь, что это такое. Мы с Костей тоже вначале жалели сосунков. Выкормили не один десяток тигрят. Подкладывали их и под кошек, и под собак… Сутками не спали, буквально с ног валились. Дело непростое. Домашние животные боятся звериного запаха — не принимают. Пока найдешь кормящую суку, полгорода обегаешь. А результат? Тигрята доживают до семидесяти месяцев. Но только к ним привыкнешь, как они подцепят какой-нибудь кошачий энтерит и погибают. И получается, что ты выкормишь, выходишь, измотаешься вконец, а тебе никто за это спасибо не скажет. А вот когда погибнут, тебе же дадут выговор, а то и присвоение звания задержат! Мне это надо?! Да будь они неладны! А Радка молодец, что не кормит, — заключила Марианна, самодовольно улыбаясь, — сразу идет в работу. Не подводит.
Я терпеливо выслушал эту тираду, но согласиться с доводами дрессировщицы все же никак не мог своими мыслями я поделился с Ионисом.
— Это можно расценить как преступную халатность, — подумав, рассудил мой помощник. — Каждый тигренок стоит тысяч сорок. А если в валюте?
— Ладно! — сказал я и снова пошел к Марианне.
Она встретила меня все той же невозмутимой улыбкой.
— Отдайте тигрят мне! — бухнул я прямо с порога.
— Кому, кому? — Лукаво улыбнувшись, укротительница приподняла свою тонкую; словно ниточка, бровь. — За какие такие грехи я должна отдать тигрят тебе?
Я смутился:
— Хорошо, пусть не мне! Отдайте их в зоопарк, в Уголок Дурова, в детский сад, наконец!
Рейс рассмеялась мне прямо в лицо:
— Да ни за какие деньги я не соглашусь отдать Радкиных тигрят!
Дверь распахнулась, на пороге стоял Полосатов. В его сложенных ладонях еле-еле копошились три беспомощных слепых существа. Младенцы широко разевали свои крошечные квадратные пасти и пищали хриплыми, словно потрескивающими, голосами.
— Им осталось жить считанные часы, — сказал Константин и посмотрел на меня.
— Зоопарки мы обеспечили молодняком, в детсад нельзя, а вот тебе… — Марианна рассмеялась и, обращаясь к мужу, кокетливо спросила: — Костик, отдадим Вальтеру на воспитание? Пусть попробует — выкормит, вырастит, а заодно и нас научит, как это делать!
— А что, получай новогодний подарок! — Полосатов театрально рассмеялся и, словно яблоки, высыпал тигрят мне на колени.
Я смотрел на них, не веря своим глазам. Три будущих хищника лежали у меня на коленях, слабо шевеля полупрозрачными лапками с растопыренными мягкими коготками.
— Да-да, — защебетала Марианна, — это наш подарок к Новому году!
Я искренне поблагодарил чету дрессировщиков и бросился к себе.
Но, если
Первое: тигрята не ели уже двадцать часов.
Второе: надышались холодного воздуха.
Третье: я уезжаю, а на дворе сорокаградусный мороз.
Четвертое: необходимо срочно достать молоко — и не простое, а молозиво только что родившей самки, иначе у малышей не наладится нормальная работа желудка.
И я начал действовать. Телефонный звонок — и через четверть часа трое братьев с сестрой уже у меня. Я отдавал распоряжения, словно полководец:
— Славик, бегом в поликлинику. Назовешься моим именем и возьмешь бюллетень — я никуда не уезжаю. Игорь, ты в питомник ДОСААФ, найди проводника с кормящей сукой и вези его сюда. Да не забудь, сука должна быть только что родившей! Сережа, а ты дай объявления о том, что цирку срочно нужна кормящая сука, — на радио, в газеты и на телевидение!
— Как «кормящая сука»?! — смутился Сергей. — Такое объявление не примут.
— Примут, Сережа, примут. Ты только объясни, что имеется в виду собака. Кстати, ты подал мне блестящую идею. Аннушка, — обратился я к сестре, — у тебя такое отличное плаксивое выражение лица. Беги, голубушка, в ближайший роддом и узнай там, нельзя ли достать молозиво!
Ошеломленная сестра, пробормотав что-то маловразумительное, неуверенно двинулась следом за братьями. Я же разделся догола и лёг под пуховое одеяло. Три обессиленных крошечных существа, пригревшись у меня на животе, сладко заснули.
Без стука распахнулась дверь, и ко мне в комнатувлетел экспедитор цирка:
— Вагон подан, надо грузить, а ты в постели валяешься! А за простой кто платить будет?!
— У меня грипп, — слабым голосом отвечал я. — Уходи, а то заражу. Не веришь — завтра покажу бюллетень. А с бюллетенем, сам знаешь, никуда отправлять меня права не имеете!
— Это просто саботаж какой-то! — хлопнул дверью экспедитор.
А уже через час начались звонки: люди из самых разных уголков Москвы предлагали привезти своих кормящих собак и вызывались безвозмездно помогать всем, что только понадобится. Из роддома на «скорой помощи» приехала медсестра с бутылочкой и соской. Заверив меня, что взяла отгулы на все новогодние праздники, она изъявила желание кормить тигрят целых три дня.
Не отрываясь от телефонной трубки, я предложил медсестре немедленно раздеться и лечь в постель.
— Как раздеться?! — не поняла она.
— Догола, — ответил я, приподнимая одеяло и показывая ей малышей: — Тигрята любят нас голыми.
Пока медсестра отогревала и поила тигрят из бутылочки, из питомника на растяжках и в наморднике привезли немецкую овчарку с отвисшими сосцами. Но подложить под нее тигрят оказалось непросто. Проводник натирал их собачьей шерстью, обмазывал молоком, закрывал собаке глаза… Ничего не помогало: едва заслышав хриплый писк новорожденных, овчарка вскакивала и пыталась удрать. Пришлось спешно ехать за ее щенками, и только когда у ее брюха закопошились сразу шестеро малышей, собака согласилась лежать спокойно. Она недоуменно поглядывала на полосатых сосунков, но, слыша повизгивание собственных щенков, успокаивалась.