Рикошет
Шрифт:
— Мне так спокойней.
— Ты мне по-прежнему не веришь?
Он заглянул в шкаф, достал сумку из грубой ткани, бросил ее на кровать и раскрыл «молнию».
— Кроме дождевика, с собой что-нибудь есть?
— Нет. Ты видел Като?
— Да. Видел.
— Где?
— В морге.
— И он опознал мой труп?
— Там были твои часы.
— Наполи заставил меня снять их и отдать ему.
— В машине их не было.
— Тогда, вероятно, их унес Савич.
— Вероятно. — Ему о многом надо
— В доме на Хилтон-Хэд. Я сняла его полгода назад, заплатила сразу за год вперед, но впервые воспользовалась им только на прошлой неделе.
— Как ты добралась до острова?
— Некоторое время назад я купила себе подержанный автомобиль и оставила на платной стоянке. Так я могла быстро уехать, если бы мне понадобилось. Той ночью я дошла туда пешком от моста.
Он замер и посмотрел на нее.
— А потом вернулась? — Один из маршрутов на остров проходил через мост Талмадж.
— Нет. Свернула на шоссе.
— Вернуться через мост было бы слишком большой наглостью, даже для тебя, — съязвил он. И продолжил сборы. — Как ты сумела раздобыть дом, машину и все остальное, если муж приставил Наполи за тобой следить?
— Наверное, постоянного наблюдения не было.
Или Наполи утаил часть информации, чтобы позже выложить судье как новую ставку в игре и еще обогатиться.
— Где теперь машина?
— На прежнем месте. Сегодня вечером я узнала из новостей, что поиски прекращены, и вернулась с Хилтон-Хэд. Оставила машину на платной стоянке и пешком пришла сюда.
— Аренда дома и машины. Да от этого останется целая кипа документов. Их даже слепой без труда отыщет.
— Почему же тогда никто не отыскал их, пока меня не было?
— Очко в твою пользу, — кисло согласился Дункан. — Но я не хочу рисковать. Ты должна оставаться в тени.
— Сколько?
— Пока я не придумаю, что делать.
— Со мной?
— Со всем. Твой муж предоставил труп, чтобы мы перестали тебя искать и закрыли дело. Мне нужно выяснить, почему.
— Пожалуйста, не называй его моим мужем.
— Вы с ним женаты.
— Я его презираю.
Несколько секунд он смотрел ей в глаза, потом ушел в ванную и собрал из шкафчика туалетные принадлежности.
— Как ты провернула эти сделки? Дом, машину?
— Под вымышленными именами. Я купила машину с рук в Южной Каролине. Там она и зарегистрирована. Като ничего про это не знает. Я уверена.
— А я нет, — сказал он, ссыпав туалетные принадлежности в сумку поверх одежды. — Мне это не нравится.
Он заглянул в шкаф, проверил, не оставил ли чего важного, потом забрал с верхней полки пистолет и коробку с пулями. Положил их в сумку и застегнул «молнию».
Затем огляделся, думая, увидит ли он эту комнату снова. Но времени на сентиментальные размышления не было. Он подобрал плащ Элизы и отдал ей в скованные
— Куда мы едем? — спросила она.
— Еще не знаю. Но здесь тебе оставаться нельзя. Ты мне пока нужна мертвая. Разувайся. — Она принялась молча развязывать шнурки кед. Он сунул их в карманы дождевика. Торопливо вытер полотенцем следы в ванной. — Если кто-нибудь придет тебя искать, я не хочу, чтобы он увидел твои следы.
— Кто придет меня искать?
— Может, твой дружок Савич.
— Мы не друзья с Савичем. Особенно если он узнает, что я видела, как он застрелил Наполи.
Дункан на это не ответил, перекинул через плечо ремень сумки и, взяв Элизу за руку, стал спускаться по лестнице, ведя ее за собой.
— Я оставил машину в переулке. — Он провел ее через темный дом в кухню, к черному ходу.
Приоткрыл дверь и осторожно выглянул в сад. Как и все сады города, этот изнемогал от дождя. Растения согнулись под тяжестью воды. Ничего особенного Дункан не заметил; никакого движения, только дождь льет по лужам.
Он достал ее кеды из карманов, всунул в них ее босые ноги.
— Так, двинулись. — Он потянул ее за руку, но она осталась стоять на месте. Он повернулся. — В чем дело?
— Теперь ты мне поверил?
Несколько секунд он смотрел на ее мрачное лицо, потом спросил:
— У тебя есть родинка на лобке, наполовину скрытая волосами?
Она выразительно посмотрела на него.
— Там было темно, — пояснил он. — Я мог ее не заметить.
— Нет у меня никакой родинки.
— Тогда я тебе почти поверил.
Сев в машину и включив двигатель, он проверил бензин. Почти полный бак. Хорошо. Он не хотел по пути останавливаться; надо было сразу помчаться во весь дух, выжав из «Доджа» все, что можно.
Оставалось еще одно дело. Он достал мобильный и набрал номер Диди. Она ответила с первого звонка. Даже не поздоровалась, а сразу спросила:
— Ну как там в морге?
— Холодно.
— Ты знаешь, про что я.
— Судья Лэрд все еще там.
Поскольку он был главным детективом, Жерар поручил ему освидетельствование тела в морге, а Диди отправил на пристань допросить людей, обнаруживших тело. Дункан вкратце пересказал разговор с судебным экспертом и судьей Лэрдом, помня, что Элиза тоже слышит его слова.
— Судья убит горем, — закончил он.
— Этого следовало ожидать, — сказала Диди. Она всегда отличалась практичностью. — Утром ты сказал, что дело будет закончено, когда найдут тело.
— Да, я так говорил. Она помолчала.
— Как ты сам ?
— Хорошо. Ты не прикроешь меня на пару дней? Хочу отдохнуть.
Диди сразу озаботилась его умственным и эмоциональным состоянием. По ее мнению, ему сейчас ни в коем случае не следует оставаться в одиночестве. Она даже предложила ему сходить к психотерапевту и обсудить внутренние конфликты, вызванные покойной миссис Лэрд.