Рихард Зорге

Кондрашов Вячеслав Викторович

Обе статьи обратили на себя внимание в Германии и журналистских кругах Японии. Автор показал себя как профессионал своего дела и хороший аналитик. Его имя, как и ранее в Китае, знали многие. Прочитали статьи и в Москве. Когда Берзину доложили о их появлении, он понял, что процесс легализации Рамзая проходит успешно. Ян Карлович дал указание резидентуре в Берлине взять под контроль возможную реакцию на статьи со стороны контрразведывательных служб. Вскоре в Центр пришел ответ о спокойной обстановке вокруг автора публикаций. В Германии продолжалась реорганизация полиции, а только недавно созданное гестапо находилось в стадии формирования. Имя автора статей в берлинской газете не вызвало у их сотрудников настороженности.

Начав работать в Японии, Рихард очень скоро

понял, что его знаний о стране явно недостаточно. Чтобы утвердить положение высококлассного журналиста и укрепить свои позиции в германском посольстве, необходимо было приступить к детальному изучению Страны восходящего солнца.

После нескольких недель проживания в гостинице, где Рихарда утомляло назойливое поведение шпиков, многократно перетряхнувших и простучавших весь его номер, он решил поселиться в городе и через местную фирму подыскал себе подходящее жилье. В одном из центральных районов города в квартале Адзабу на улице Нагадзака он снял небольшой деревянный двухэтажный дом, построенный в японском стиле. На первом этаже находились большая гостиная, столовая, кухня, деревянная японская ванна и туалет, на втором — просторный кабинете большим рабочим столом и книжными шкафами. Там же был установлен городской телефон. Напротив кабинета находилась спальня, в которой кровать заменяла стопка японских тюфяков — футонов. В доме полиция его почти не беспокоила, хотя Рамзай знал, что его жизнь контролируют завербованные ею соседи, а также горничная, убиравшая дом и готовившая ему завтраки и обеды.

Дом окружал небольшой садик, в квартале было тихо, что создавало идеальные условия для работы. Рихард с большим интересом приступил к новой исследовательской деятельности — детальному изучению Японии. Он заказал переводы различных работ по истории страны, в том числе старинных рукописей. Для него готовились выдержки из ряда японских исторических журналов. Зорге посетил все книжные магазины и букинистические лавки в Токио, скупая все имевшиеся издания японских книг на английском и немецком языках, работы, написанные иностранцами о Стране восходящего солнца, лучшие переводы наиболее известных японских художественных произведений. Через несколько лет Рихард полностью заполнил все книжные шкафы и полки в своем кабинете, собрав около тысячи изданий, посвященных Японии.

Помимо личных книг Зорге пользовался библиотекой германского посольства в Токио, личной библиотекой посла в его резиденции и библиотекой Восточноазиатского общества, располагавшей обширной научной литературой. Он собирал географические карты, вел картотеки на ведущих японских политиков, военных, промышленников и бизнесменов прошлого и настоящего времени. Постепенно перед ним разворачивалась картина исторического развития великой азиатской страны.

Более шести веков идеология самурайства определяла менталитет японской нации, а сама история самураев насчитывала около тысячи лет. Они были схожи с западноевропейскими феодальными воинами, но их отличали большая воинственность и наличие специфического мировоззрения — кодекса Бусидо, предполагавшего верность вассала своему феодалу, презрение к смерти и стойкость в бою. Зорге понял, что роль и влияние военных в современном японском обществе определяются именно этими историческими периодами, которых не было у других стран мира.

В начале XVII века во времена правления сёгуна Токугава Япония объявила о самоизоляции от остального мира, которая продолжалась 200 лет. Определенные отношения поддерживались только с соседним Китаем и Голландией. В это время страна прошла период относительной стабильности и роста культуры, но этот же период способствовал еще большему ее отставанию от других стран мира в экономическом и промышленном развитии. В конце XIX века последний сёгун передал власть императору Мэйдзи, который взял курс на ускоренную модернизацию страны.

В качестве образцов для подражания были взяты страны Запада, куда была направлена специальная японская миссия, побывавшая в пятнадцати государствах. На основе привезенной оттуда информации начались реформы под девизом «Богатая страна, сильная армия».

Была проведена индустриализация, позволившая создать мощную военную промышленность. С опорой на нее и при помощи западных держав Япония создала сильную армию и флот, что позволило ей в ходе нескольких войн присоединить Корею и Тайвань, нанеся поражение Китаю. Японцы также выиграли войну у царской России и получили под свой контроль Южный Сахалин.

Рихард стал искать причины агрессивности у находившегося в изоляции островного государства, изучал развитие экономики Японии того времени. Статистические данные показали недостаточное наличие в стране минеральных ресурсов, необходимых для подъема и развития промышленности. Начавшееся в широких масштабах производство различных товаров требовало новых рынков сбыта. Данные факторы, конечно, имели значение, но все же не были главными, так как могли решаться финансовыми и политико-дипломатическими методами. В конце XIX века Японию захватила волна национализма, основные идеи которого разделяли как руководство, так и практически все население страны. Националисты всячески превозносили японскую нацию, безусловное превосходство японцев над другими народами. Даже школьникам прививали чувство убежденности в «священном праве» Японии господствовать над Азией, воспитывали их в духе национальной исключительности и безграничной преданности императору. В стране возрождался воинственный самурайский дух. Это и явилось, как понял Рихард, основной причиной агрессивной политики Японии на Дальнем Востоке, в Северной и Юго-Восточной Азии.

Изучая различные исторические периоды развития страны, Зорге пришел к выводу, что в Японии всегда был культ военной силы и она практически всегда была милитаристской державой. Военное руководство обладало большой властью и влиянием. Еще в эпоху Мэйдзи созданный генеральный штаб был подчинен непосредственно императору, а министры армии и флота назначались только из числа военных. С 1900 года Императорская армия и Императорский военно-морской флот получили право вето при формировании правительства. Во главе кабинета министров нередко ставили действующих генералов. В XX веке на политической арене страны появилось так называемое «молодое офицерство» — офицерские кадры младшего и среднего звена. Они выступали против гражданского парламента, финансовой плутократии, устраивали заговоры, во внешней политике поддерживали решительные экспансионистские действия в Китае и регионе в целом.

Знание истории страны позволило Рихарду разобраться в сложной политической системе Японии. Она создавалась в период Мэйдзи и была скопирована с европейских государств. В стране существовала конституционная монархия, была законодательная власть — парламент, органы исполнительной власти — правительство и министерства, а также политические партии — консервативная и либеральная. Однако политическая реальность страны была более сложной. По конституции император являлся главой исполнительной власти, заслушивал и утверждал отчеты всех министров, но в действительности играл внешне неприметную роль в политической жизни. Император не покидал пределы столицы, постоянно находясь в своем дворце, не путешествовал по стране, тем более не посещал зарубежные страны. Правящая династия считала себя связанной с божеством солнца, поэтому все указы императора начинались словами «Являясь божеством…». Никто не мог претендовать на императорскую власть, в связи с чем начиная со Средних веков попыток свержения императора в Японии не отмечалось.

При императоре действовала коллегиальная группа гэнро, в которую входили девять видных японских государственных деятелей. Ее статус не был официально определен ни в конституции страны, ни в действующем законодательстве. Однако члены группы определяли кандидатуру премьер-министра, которую всегда утверждал император, принимали другие важные решения, подлежащие исполнению правительством и бюрократическим аппаратом Японии. При императоре существовал другой влиятельный совещательный орган — Тайный совет, который был упомянут в конституции, но без описания его полномочий. В него входили особо приближенные советники и все члены правительства.