Риджар
Шрифт:
— Что это за процедуры, — безропотно спросил он у доктора.
— Ну, во-первых, мы пустим ей кровь, а потом…
— Что, значит, пустим кровь? — у Риджара расширились глаза.
— Ну, как же!? Болезнь должна вытечь из тела вместе с дурной кровью. Я должен скальпелем вскрыть ей вены, — и он в подтверждении свои слов достал из сумки грязный нож. — Затем пиявки, — он поднял банку с отвратительными созданиями, — я посажу их на рану, чтобы они способствовали выздоровлению. Риджара покачнуло, и он рухнул в кресло. — Если же это не поможет, то можно попробовать ожоги. Я полью
— Убирайтесь, — прошептал Риджар.
— Простите?!
— Полагаю, мой брат поможет вам найти дорогу из моего дома.
Трэд схватил доктора за воротник, и толкнул к двери.
— Глотните ваше Высокоподобие, — потрясенный Риджар почувствовал, как Джеки тянет его за рукав.
Взяв предложенный бокал бренди, он с благодарностью выпил его залпом.
— Мое сердце не выдержит, если вы позволите этому докторишке провести все эти процедуры, — шмыгнула носом Агата.
— Моё тоже, — оборотень подвинул кресло ближе к кровати, приготовившись к бессонным ночам.
Взглянув на прикроватную тумбочку, он заметил на ней книги. Выбрав наугад одну, он прочитал название: — Вильям Блэйк, “Песни невинности и опыта”. Лайлек так любила читать Блэйка. Очень осторожно он открыл книгу, вспоминая, как она читала ему вслух, и какой покой приносил ему её голос. Возможно, именно сейчас он должен сделать для неё то же самое. Запинаясь, оборотень начал читать:
— Тигр, тигр, свет и стать,
Смел в лесах ночных блистать.
В чьих руках бессмертных ты —
Символ мрачной красоты?
— Риджар перевел дух от нахлынувших эмоций, —
Сквозь погоды круговерть,
Создавая жизнь и смерть,
Тот смотрел с улыбкой вниз
Кто исполнил свой каприз?
Риджар откинул книгу и зарыдал. Он оплакивал болезнь Лайлек; оплакивал её страх принять его таким, какой он есть; свою неразделенную любовь и то, что у них нет будущего. Трэд положил руку ему на плечо.
— Я сочувствую тебе, брат. — Трэд уже испытывал на себе эту боль.
Он все понял. (Что же это за мир такой АНГЛИЯВЭПОХУРЕГЕНТВА? Трэд? Клянусь, я не понимаю! Ужас и красота… человек может прекрасными словами осветить душу, а неизвестная болезнь лишить его жизни!)
— Я не знаю, — тихо ответил Трэд. — Уверен, что это яд.
Риджар поднял на брата заплаканное лицо.
— Яд? — прошептал оборотень. Агата сказала ему тоже самое: эта болезнь — яд. Он моргнул и неожиданно вспомнил. — Трэд! Когда мы были на Рике 12 по дороге к Заррейну, Лорджин был отравлен ядом Ксату.
Для Трэда это стало новостью.
— Но это невозможно. Яд Ксату смертелен. Как он смог выжить?
— У Яниффа возникла идея. Он сказал, что, если в процессе трансформации я пройду сквозь Лорджина, то весь яд выйдет вместе со мной.
Трэд почесал затылок.
— Это очень рискованно. Ты можешь отравиться.
— Все обошлось, я сумел рассеять яд до того, как полностью перекинулся.
— Это не опасно для тебя?
— Нет, — Риджар опустил глаза, стараясь
Он не рассказал брату о пророчестве Яниффа. Маг предупреждал его о таком исходе. Тогда Риджар даже посмеялся над словами мудреца, говоря, что никто его больше не заставит проделать такое. Как он тогда мало понимал!
— Ты хочешь попробовать сделать это с Лайлек?
— Да, — он повернулся к тетушке. — Леди Агата… Агата. Вы сейчас увидите то, что может вас напугать. Но я надеюсь, что вы сможете все принять и найти объяснения. То, что я сейчас сделаю, — я делаю только ради спасения жизни Лайлек.
Оборотень начал трансформацию: он начал светиться изнутри, вспышки света заструились и закрутились вокруг него. Оборотень засиял, и его тело растаяло в переливающееся свечение.
— Мой Бог! — задохнулась Агата.
— Да, чтоб я сдох! — выпучил Джеки глаза, чуть не перекусив трубку.
Трэд стоял рядом с братом, чувствуя, как в животе скручивается неприятный комок. В голове у него билась какая-то мысль о способностях Риджара, о которых когда-то рассказывал Лорджин. Неожиданно Трэд вспомнил предостережение Яниффа… “Его добрая душа погубит его”. Именно сейчас он осознал, от чего предостерегал его Янифф, и какая угроза висела над оборотнем. Роутвик не представлял для него опасности! Никогда!
— Риджар, остановись!
Но было уже слишком поздно. Кот-оборотень уже полностью трансформировался в сгусток энергии: перевоплощаясь, оборотни пребывали в таком состоянии не больше мгновения.
Трэд с ужасом наблюдал, как яркое свечение проходит сквозь тело молодой женщины, лишь на мгновение задержавшись, чтобы полностью впитать в себя яд. Эта задержка может стоить коту жизни. Как только Риджар прошел сквозь тело жены, её дыхание сразу выровнялось. Открыв глаза, Лайлек увидела парящий рядом с кроватью сгусток мерцающего света. Она знала, что случилось, почувствовала, как эта энергия проходит сквозь неё. Трэд смотрел на светящийся сгусток и заметил, что сияние стало меркнуть. Он понял, что Риджар не может принять свою телесную форму — у него нет сил, чтобы сконцентрировать достаточно энергии для этого. Скоро сила брата окончательно иссякнет и его жизнь оборвется. Оборотень умрет. А если…
Есть единственный способ помочь коту. Но для этого ему придется нарушить свой обет. Как-то он пообещал себе, что никогда больше не будет использовать ужасающую магию, которая до сих пор дремлет где-то внутри него. Всю жизнь эта мощь приносила ему только несчастья и разрушение. Его отец — Тирдар, погубил себя и множество жизней, только потому, что не смог обуздать бушующую силу внутри себя. Эта же магия, дремлющая до сегодняшнего момента, текла и в жилах его сына. Сгусток энергии едва светился — его брат, Риджар, все еще цеплялся за жизнь. Риджар. Выбора нет. Его никогда и не было. Закрыв глаза и выйдя в центр комнаты, Трэд призвал дремавшую доселе магию. Маленькие искорки побежали с кончиков пальцев по всему телу. Вскоре, вихрь силы полностью окутал его, становясь, все сильнее и сильнее. Освобожденная магия, с жадностью расправляла могучие крылья внутри Трэда.