Ридер
Шрифт:
– Варн, – остановил парня, когда он уже хотел идти.
– Варн… Спасибо!!! Я жив… Не забуду, – слова шли из сердца, затапливая благодарностью весь этот мир, что позволил мне жить.
– Что ты. Все нормально, – засмеялся мой спаситель.
Во второй половине дня, наконец, выдвинулись в путь. Даже не спросил куда и не заметил в какую сторону едем. Никто из отряда не заговаривал со мною, понимая такое состояние. Я же пытался активно думать своим вялым мозгом. Я так не смогу! Это не мое – бить и тем более убивать. Очень и очень зауважал воинов после испытанного. Но как можно таким образом ходить по
Мне надо срочно к магам! Как только вернемся в крепость, начну расспрашивать местных как к ним попасть.
Да не тут то было. Шли мы не в Хаш, дабы насладиться плодами победы. Маршировали мы дальше в чужие земли, чтобы покрыть славою нашего Ноа Това. Вместо этого хотелось покрыть его исключительно матом! Как я там, в прошлой жизни, жаловался на начальника? Не оценил мои усилия, дал мало работы, дал много работы, дал не ту работу… Ууууу… Вернитееее.
Входить в депрессию и панику надо уметь. Это я умел и практиковал. Выходить из них это искусство, не освоенное мной. Поэтому вспомнился почерпнутый на просторах интернета совет. Подумать о тех, кому хуже, чем мне. Все одноотрядовцы в относительном порядке. Меер Кысь весело трусил помахивая хвостиком куда хотел. Тут взгляд зацепился за телеги. Я отстал от своих и плелся теперь в конце колонны. Весь провиант и немногие раненые располагались на телегах.
Пришла мысль о первом моем противнике. Детине недоучке, которого Варн вырубил. Совесть и оставшаяся цивилизованность всколыхнулись в душе. Начал присматриваться, выискивая того взглядом. Среди нескольких угрюмых связанных пленных его не было. Неужели просто добили? Но до того как я накрутил себя, парень нашелся в телеге. Он меланхолично смотрел в небо. Голова его была замотана грязной тряпкой.
– Ты как? – подъехал ближе.
Он на минуту переместил взгляд на меня и скривился. Ответа не последовало.
Моя внутренняя сестра милосердия не сдавалась:
– Может надо что?
После нескольких минут молчания тот откликнулся:
– Вода есть?
Я обрадовался пожалуй больше него этой возможности помочь. Только протянув флягу, заметил что его руки привязаны к бортику. Пришлось самому поить его, не развязывая. Краски возвращались на лицо бедняги. Про себя его называл детиной. Но должно же быть имя.
– Кирк, – представился он хриплым голосом, не глядя в глаза.
– Ридер.
Между нами повисло неловкое молчание. Что общего у нас? Желание выжить? Нехотя направил коня к своим, оставляя парня своей судьбе.
День выдался не просто длинным, а изматывающе бесконечным. На привале было разрешено развести костры. И это несмотря на то, что мы заходили дальше на территорию неприятеля.
Варн объяснил сей факт: «Первую ударную силу перебили. Дальше, до замка никого не будет. Отдыхай пока есть возможность».
Но моя возможность хотела есть. Поэтому снова развил бурную деятельность по сбору всего съестного. Ребятки, видя это, приободрившись, тоже включились. Валио сбегал к обозам за солью и овощами. Была там на хозяйстве дородная дама. Эдакий обозный интендант. В силу ее слабости к
Остога ходил в недоступных простым смертным кулуарах власти. Он направился в сторону шатра Ноа, сразу как позаботился о своем меер. Тан не пришел, даже когда костер стал прогорать, а мы все наелись. Сотоварищи блаженствовали после обильной еды.
– Варн. Здесь тану еда осталась. Покажешь ему. Пойду одного чундрика проведаю.
– Ох. Не привязывался бы ты к нему. Ни к чему это, – ответил он.
– Кстати. А что с ним будет? – резко развернулся, чтобы видеть лицо собеседника в неверных отблесках догорающего пламени.
– А что с ним будет? – лениво протянул воин.
– Почему ты его не убил? Это было бы легко, – задал мучивший вопрос.
– Зачем? – видимо товарищ не был настроен на разговор.
– Зачем? – покорно повторил.
– Послушай, Ридер, – воин выпрямился и уставился на меня, – Как ты думаешь люди попадают в отряды?
Не дождавшись ответа, продолжил:
– Он ученик. Еще зеленый и неумелый. Отныне будет сражаться на нашей стороне. Только и всего. Или думаешь он верен своему ноа? Дальше его будут обучать. Пожестче чем тебя.
– Привязываться-то почему нельзя? Ведь он теперь на нашей стороне. Так? – уточнил.
– Нууу… Так, – немного растерялся собеседник.
– Тогда пойду, схожу, – развернулся и потопал с собранной едой в сторону обозов.
Еще издалека рассмотрел поникшую фигуру своего знакомого. Он сидел оперевшись о колесо. Руки были по-прежнему связаны впереди.
– Кирк, вам давали есть? – спросил, присаживаясь рядом.
Тот вылупил на меня свои глазища, словно священник впервые увидевший привидение. Они казались прозрачно болотными. И вмещали вселенское изумление. Будто само зло заговорило с ним голосом любимой бабушки.
– Еды тебе принес, – проворковал я, выкладывая перед ним рыбку с запахом костра и свою гордость оладушки. Блин, а ведь реально, как бабушка к внучку отношусь. Похоже я нашел своего подопечного в этом мире.
– Я… Эта… Как бы кормили… Но не меня, – отвел верзила глаза, громко сглотнув.
– Так налетай, – щедро предложил.
– Я знал, что ваш ноа пытает людей. Но не так же! – процедил он, не глядя на еду.
– Да! Мою стряпню за пытки еще не принимали! – от души рассмеялся.
Кирк недоверчиво глянул на меня. Уже через секунду он жадно хватал еду и давясь пытался съесть сразу все. Стало неловко от этого. Это как же надо довести человека! Я отвернулся.
– Ты не жумай, – начал он едва прожевав. – Я не фсефда такой. Это просто… Ох, и вкусно! Это просто мой мастер мечник перед боем учеников не кормит.
– Да он рядом со мной был. Убили вы его. Я потом видел. Намучался с ним, – продолжал парень изливать душу.
– Даже рад что к вам попал! А то он и палкой излупит. Бывало, как начнет вжикать по телу везде… Бррр, – вздрогнул от воспоминаний Кирк.