Ричи
Шрифт:
Профессор приглашала учеников, как дорогих гостей. Толкаясь, студенты стали рассаживаться: кто в кресло, кто на пуф. Гарри, Рон и Ричард сели вокруг одного стола.
– Приветствую вас на уроке прорицания, – сама Трелони села в широкое кресло возле камина. – Меня зовут профессор Трелони. Скорее всего, вы до сих пор еще меня не видели. Я редко покидаю свою башню. Суета и суматоха школьной жизни затуманивают мое внутреннее око.
Никто ничего не ответил на это неожиданное заявление. Сивилла Трелони легким движением плеч поправила шаль и продолжила:
– Так, значит, вы
Гарри с Роном, улыбнувшись, взглянули на Ричарда, который оставался предельно серьёзным.
Трелони тем временем продолжила:
– Многие ведьмы и колдуны, как бы талантливы они ни были в своей области, скажем, в трансфигурации, не способны рассеять туман, застилающий будущее, – профессор переводила взгляд с одного возбужденного лица на другое. – Этот дар дается немногим. У вас есть вопросы? Вот вы, – неожиданно обратилась она к Ричарду, лицо которого по эмоциональности могло поспорить со скалой, – третье око подсказывает, вы что-то хотите спросить.
Ричард поднялся со своего места, отвесил даме вежливый поклон и спокойно сказал:
– Профессор Трелони, я в полной мере желаю овладеть искусством предвидения будущего. Вы можете сказать, есть у человека дар или он отсутствует?
– Хороший вопрос, – обрадовалась профессор Трелони. Пламя камина заиграло на ее длинных изумрудных серьгах. Профессор невозмутимо продолжила: – На протяжении этого года я буду выяснять вашу одарённость в моём предмете. В этом году мы будем изучать основополагающие методы прорицания. Первый семестр посвятим гаданию по чаинкам. Во втором семестре займемся хиромантией. Между прочим, моя крошка, – Трелони метнула взгляд на Парвати Патил, – вам следует опасаться рыжеволосых.
Парвати бросила испуганный взгляд на Рона, который сидел прямо за ней, и подвинула свое кресло в сторону.
– В летнем семестре перейдем к магическим кристаллам, если к тому времени закончим с предсказаниями по языкам пламени. К сожалению, в феврале занятий из-за вспышки сильнейшего гриппа не будет. У меня самой совсем пропадет голос. А вскоре один из нас, кого нет с нами, станет двумя…
Класс напряженно притих, а профессор Трелони продолжала, ничего не замечая:
– В прошлом июне благодаря своему дару я избежала серьезной опасности.
Блондинка с Гриффиндора, Лаванда Браун, сидевшая к преподавателю ближе всех, в страхе съежилась, но не смогла сдержать любопытства и спросила:
– Какой именно опасности, профессор?
Трелони, казалось, засияла подобно новогодней ёлке.
– В тот роковой вечер я услышала подозрительный свист, исходящий с подножья башни.
Услышав это, Гарри напрягся. Он до хруста сжал кулаки и с ужасом посмотрел на профессора. Всё его веселье смыло, словно ветку половодьем с берега реки.
Тем временем профессор продолжила:
– Третье око мне подсказало, что если я спущусь вниз, то погибну. Поэтому я осталась у себя в кабинете. И оказалась права! В тот день замок тряхнуло
Ричард не знал, как быть. Он одновременно пугался дара профессора и восхищался им. Ведь в тот роковой вечер Гарри Поттер был неадекватен и находился как раз внизу Северной башни. Вполне возможно, если бы профессор Трелони оказалась на месте убийства Добби, Гарри в состояние аффекта мог бы и на ней испытать рейлганы.
– А теперь я попрошу вас разбиться на пары, взять с полки чашку и подойти ко мне. Я вам налью чай, вы сядете и будете пить, покуда на дне не останется гуща. Левой рукой поболтайте ее круговым движением, затем переверните чашку на блюдце и подождите, пока жидкость стечет. Оставшиеся на стенках чашки чаинки кое-что вам скажут. Растолковать увиденное поможет учебник "Как рассеять туман над будущим". А я буду ходить между столами и помогать вам.
Внезапно Трелони схватила за руку Невилла Лонгботтома, который встал с пуфа и потянулся за чашкой.
– Мой мальчик, – воскликнула она. – Пожалуйста, после того, как разобьете первую чашку, возьмите вторую из голубого сервиза. Розовый мне жалко. Это мой любимый.
Не успел Невилл взять в руки чашку с блюдцем, как раздался звук разбившегося фарфора. Профессор бросилась к нему со щеткой и совком для мусора.
– Возьмите голубую. Очень вас прошу. Большое спасибо.
Ричард наблюдал за происходящим с затаенным дыханием. На его глазах происходило таинство. Конечно, он допускал, что профессор Трелони вполне могла быть очень внимательной и по нервозности Невилла понять, что он разобьет чашку. Но она вполне могла и предсказать это. Ричи проникся и был полон желания изучить методы прорицания, даже если у него не окажется дара. Ведь он прекрасно помнил слова наставницы: "Магия может всё".
Все студенты занимались одним и тем же: пили обжигающий чай, взбалтывали кружки по инструкции профессора и опрокидывали их содержимое на блюдце. Затем под шуршание страниц в книге искали похожий рисунок из чаинок и интерпретировали предсказания.
Гарри и Рон активно общались друг с другом громким шепотом, вырабатывая стратегию того, что они напишут в отчете.
Ричи подошёл к делу с полной серьезностью. Он сомневался в похожести рисунка и искал максимально идентичный. Поняв, что так книгу можно листать долго, он отсканировал её при помощи наручного искина и дал компьютеру запрос. За считанные мгновения искин обработал всю информацию из учебника и вывел на дисплей очков несколько похожих картинок.
– Пораскиньте хорошенько мозгами, мои славные. Пусть ваш взгляд проникнет сквозь покровы обыденного, – голос Трелони долетал как из густого тумана и погружал в подобие гипнотического транса.
Профессор Трелони дошла до столика мальчиков и нависла над чашкой Ричарда.
– Дайте-ка я взгляну, – сказала она.
Весь класс притих, ожидая ее объяснения. Профессор вращала чашку против часовой стрелки, внимательно рассматривая узоры на ее стенках.
– Очень крупный знак… Это какое-то значительное событие… Четыре лепестка… Мой мальчик, тебя ждет большая неудача…