Ричард Блейд, герой
Шрифт:
Хончо подошел к скулившему в ужасе Мойне, остановился и посмотрел на него. Лицо его было спокойным, только чуть сузились глаза с яркими зелеными зрачками. Он протянул руку и похлопал Мойну по плечу.
— Сколько хроносов? — Его голос был глубоким, звучным.
— Только двести, Хончо! Еще не прошло и половины срока! Я умоляю, Хончо! Я…
Высокий ньютер обхватил подбородок длинными тонкими пальцами, нахмурился и застыл, не отрывая от Мойны пристального взгляда. В его глазах Блейд не заметил ни жалости, ни снисхождения, ни гнева.
Наконец Хончо произнес:
— Прости, Мойна. Это действительно не твоя вина, готов признать. Ты выполнил волю господина, который присутствует здесь, как и предписано законом. Ты оказал ему почтение, что обязан сделать и я сам.
Ньютер обернулся к Блейду, словно впервые заметил его, и склонил голову.
— Прими мое почтение, господин. Я — Хончо, хронос 4006АН, первый ряд, первый отбор. Хронос уничтожения — восемьсот. Все данные указаны здесь, и я предъявляю их, как велит нам закон.
Он поднял руку и указал на вживленную в тело белую плакетку — точно так же, как раньше это сделал Мойна. Впрочем, не совсем как Мойна, решил Блейд. Тон рослого ньютера выдавал плохо скрытые презрение и надменность, и его небрежное движение напомнило Блейду повадку многоопытного капрала, который нехотя отдает честь юному лейтенанту. Формальность, не больше, маскирующая недоверие и ненависть.
Хончо заговорил снова.
— У меня четырнадцатый уровень разума, господин. Я — принципат этого прово. Прими еще раз мое почтение, господин. Надеюсь, ты простишь меня — я должен заняться Мойной. — Зеленые глаза Хончо были прищурены, на тонких губах играла пренебрежительная улыбка.
В этот момент Блейд понял, что перед ним враг.
Хончо снова повернулся к сжавшемуся от страха Мойне и повелительно указал на круглую площадку.
— Иди туда! Я, принципат прово, приказываю тебе!
Из глаз Мойны хлынули слезы Опираясь на локти и колени, он медленно пополз к площадке, будто побитый пес. У края матового диска ньютер обернулся и бросил на Блейда обреченный взгляд. Разведчик почти физически ощутил неимоверное усилие, с которым Мойна пытался разорвать привычные узы покорности и страха. Он протянул руки к Блейду и взмолился.
— Господин, о господин мой! Ты обещал… ты хотел увеличить отпущенный мне срок. Помоги же теперь! Спаси меня!
Второй ньютер шагнул в сторону Выражение спокойной уверенности проступило на его лице — уверенности и легкого презрения, с которым он глядел на Мойну и его господина.
Блейд внезапно пришел в себя. То, что происходило сейчас, явно не было игрой, существо, которое доверилось ему, которому он обещал защиту, молило о помощи. Выхватив меч, разведчик одним прыжком очутился между Хончо и Мойной.
— За него отвечаю я, — резко произнес Блейд. — Мойна выполнял мой приказ. Я вижу, Хончо, тебе непременно надо кого-то наказать — тогда накажи меня, если посмеешь!
Они замерли друг против друга. Блейд,
На миг замешательство и сомнение мелькнули на лице ньютера. Затем он рассмеялся.
— Забавное положение, не так ли, господин мой? — в его голосе звучала насмешка. Он бросил взгляд на Мойну. — Я сказал — иди! Пока что к тебе проявлено снисхождение. Не подчинишься — будешь уничтожен по второй категории! Ты хочешь этого, Мойна?
Мойна всхлипнул и заполз на площадку. Ярость охватила Блейда, первобытная ярость и жажда крови, что делали его столь опасным противником. Клинок со свистом разрезал воздух, он прыгнул вперед и нанес удар — глубокий выпад, нацеленный прямо в сердце Хончо. И в тот момент, когда лезвие коснулось груди ньютера. Блейд ощутил пьянящую вспышку победного торжества — словно зверь, сомкнувший клыки на горле врага.
Затем он покатился по каменным плитам, меч выпал из его рук и со звоном отлетел к стене. Клинок, не встретивший сопротивления живой плоти, был чистым; Блейд пронзил воздух, привидение, призрачный фантом.
Хончо, невредимый, стоял в десяти ярдах по другую сторону матового диска, с иронией взирая на противника.
— Забавное положение, мой повелитель, — зеленые глаза ньютера были прищурены, голос источал яд. — В такое даже трудно поверить! Ты хотел убить симлу? Или ты не в своем уме, или выпил слишком много слипа. А может… Ладно, мы поговорим об этом позже. Мойна!
Блейд выругался и встал, скрипнув зубами. Он кипел от ярости, понимая, что здесь не помогут ни его сила, ни опыт дуэлянта. Этот Хончо был иллюзией, духом, бесплотным фантомом, которого какой-то дьявольский прибор проецировал в подземную камеру. Настоящий Хончо, живой и неуязвимый, скрывался в другом месте — и там, в полной безопасности, хохотал над Ричардом Блейдом.
Мойна, дрожа и поскуливая, лежал ничком в центре платформы. Хончо — вернее, фантом, находившийся в зале — поднял руку. Блейд понял, что то был сигнал невидимому помощнику. Причитания Мойны внезапно оборвались. Маленький ньютер исчез; лишь над площадкой расплывалось облачко голубоватого тумана. В воздухе запахло горелым. Это был конец.
Не глядя на Блейда, Хончо произнес:
— Уничтожен Мойна, хронос 4013АГ. Отметить ликвидацию в соответствии с правилами. — Казалось, он обращается к недвижным каменным стенам.
Блейд поднял меч и сунул его в ножны. Он побежден, но не сломлен. Конечно, нельзя убить симлу, как назвал Хончо свое изображение. Но, рассуждая здраво, каждой симле должен соответствовать реальный участник игры. Живой ньютер. Настоящий Хончо. И до него можно добраться, если подождать благоприятного случая. Вопрос времени, не больше.