Рианнон

Флинт Киборд

– Нет. Позабавило.

– Если помощней что понадобится - я вам... зарезервирую. Тут дело ещё в чём... Весь нормальный транспорт - в Террасках. Да и занят бывает... А такой глайдер - можете брать когда угодно, любой, и спрашивать не надо. Я Леннару сказал, и Дитриху... это тоже малец-техник.

За минуту проскочили центр долины; на малой тяге вышли и легли на площадку, где стояла пара таких же глайдеров - и, поодаль, двенадцатиместная длинная полуторка.

– А что у вас в Нижней так с маячками аскетично? Экономите на связи и навигации?.. Спутниковая -

из-за ваших ионизаций всяких не идёт, что ли?

Рихтер сложно покачал головой:

– И да - и нет... Да есть спутниковая. Для роботов. Грубая... А в долинах - локальная ретрансляция. Баловство одно... Ну понимаете: изящные девушки с тонкими мобиками, им нужны частые соты... Поставили эту байду, пока только в Верхней. Да в Нижней и не нужна она... Ну ей-богу: две маленькие долинки, не заблудишься - какую ещё навигацию, ежам на смех?!

Рихтер повлёк Кейриса от площадки к недалёким строениям - на ходу продолжая:

– Вот опять же, эти самые глайдеры-полушки: закупили чисто для юного поколения... Дешёвые. Но надёжные, кстати! За пять лет всего шесть штук убили... Так и живём. Ну что, медблок смотрим?

– Давайте.

...Отлично замаскированный, на сорок мест, пустующий, стандартный. Всё на Людвиге. Явно избыточный - ну, с запасом...

– Технопарк смотрим?

– Попробуем...

...В ангарах и на площадках роботы настраивали и чинили роботов, техники (картинно вежливые и дружелюбные) помогали своим присутствием. Роботов Кейрис на веку своём повидал тьмущи, все они разные - и одинаковые по сути...

– Хозблок смотрим? Принтеры и прочая...

– Нет. В следующий раз.

Принтерами в провинции по старинке звались большие ресинтезаторы - под мебель и подобный хлам (хотя в принтере нет ресинтеза, это прошлая техническая генерация). Смотреть их, конечно, было бестолку.

– Ага... Ну, вот и Терраски.

Терраски, действительно, соответствовали названию. Фишкой пейзажа были пологие скальные террасы, восходящие к границам плато - здесь оно врезалось чуть-чуть в долину - и таковой ландшафтный изыск был использован с любовью и вкусом; причём, самостийным - а не профессионально-дизайнерским, как везде.

Дорожки интригующе прятали изгибы за кустами и увитыми арками, расходились и возвращались. Кто-то из селян досуже упражнялся в каменных заборчиках ручной кладки; ему оппонировал некий умелец плетения плетней - выходило эклектично, непредсказуемо... Цветники теснились высоченными охапками стеблей с шарами, стрелами, соцветьями всех мастей и оттенков - или, наоборот, мшистыми кочками с загадочной мелочью... Тень делалась плющами-вьюнами на перекрытиях - настоящих деревьев здесь росло совсем немного. Дома тоже отдавали большей самобытностью: камни, крыши, вторые этажи, балкончики... Пейзанки в палисадниках улыбались, здоровались. Там-сям мелькали детишки - вот где было мальчиков и девочек поровну! Попадались и совсем мелкие - явно рианноновского производства - но этих было немного.

– Ну, что, - в рекреацию?
– вопросительно предложил

Рихтер.
– Часть народу на служебных местах, конечно - но большинство выберутся, подойдут...

...За последовавшие полчаса инспектор был массово ознакомлен, представлен, поздорован, расспрошен о всякой вежливой ерунде; рекреация - место для посиделок под плющами, стиль тропикана, бамбуковые фашины и прочее - собрала на пике человек восемь: подходили-уходили, знакомились, вкушали плющевые чаи (слава богу, плющило несильно)...

Рихтер, решив, видимо, не надоедать, оставил Кейриса на попечение словоохотливого инженера по имени Витовт - тот уже минут пять как вещал своё, терраформическое - Кейрис, с усилием, усваивал:

– Обычно почвогенераторный биоценоз строится из ровно трёх растений. Пионер, качок и подшёрсток, он же подпитка... Мы же обошлись без подшёрстка - пионером к пластунции идёт торчица - и всё! Качает, как слон!.. Далее. Цепочку фагов укоротили, паразитарный контур выключен - хотя раньше он числился необходимым!
– инсектов не используем вообще, с ними морока... Жовоеды - наше всё! Ну и терминатор, конечно. Остановить, чтоб не лезла... Терминатором у нас пштюц. Отличный терминатор, жрёт насмерть - и сам, сожрав, дохнет. Ближе двухсот к долинам не пускаем. Ну, полтораста, кое-где...

– Двухсот чего?

– Километров.

– А.

– То ли дело в долинках! Тут...

Кейр попытался сменить тему:

– Кстати! Зачем вам ставили этот фронтирский камуфляж? Ваши долинки - сами по себе артефакт явный.

Витовт театрально воздел палец:

– А потому что положено! Чиновничий ксенопараноидальный бред... - чуть приблизился и понизил тон: - На самом деле, я слышал, к межколониальным войнам же готовились. Оборонять от своих... А вся эта ксеножизнь - ... Между прочим, - собеседник хитро прищурился.
– Что-то слыхал я, что именно ваши в последних миссиях что-то нарыли... Вы, я подозреваю, знаете...

– Знаю.

– Ну и?

– Врут.

– Понимаю, понимаю, секрет...

– Ну вот и отлично, что всё понимаете...
– Кейрис рассмеялся.
– Супер-секрет. Пока что вся ксеножизнь - неисчислимые глюки в аппаратуре. Какой уж тут камуфляж от них нужен - никто не в силах и помыслить.

– Но всё же - какие-нибудь усиления охранных режимов обсуждаются?

– Нет. Не более, чем раньше... Хотя, всё равно все всегда врут. Я тоже.

– Ну да, ну да... Понимаю... А! Кстати... Моя жена. Знакомьтесь.

Им улыбнулась молодая женщина в шортах с лямками на боках, за которые хватался топтавшийся при ней трёхлетний малыш:

– Эльмира... Здравствуйте, инспектор... Ну, что - наши целестеанки вешаются на вас гирляндами, проходу не дают?.. Или - дают?.. Всё, что только возможно дать?.. Не пугайтесь, я сама целестеанка. Из самых старших. Я - нарушение тренда... Ох, ну ладно - (малыш решительно тянул её в сторону) - извините, не буду вам мешать, - она вторично улыбнулась...

– Что за тренд?
– поинтересовался Кейрис у её супруга.