Резидент
Шрифт:
– Очень похоже, что кто-то сначала прорвал силовой барьер, а потом поставил в этом месте заплатку – дабы не привлекать внимание любопытствующих... А мы сейчас попробуем эту заплатку убрать.
По сосредоточенному лицу Никандра Христофоровича было заметно, что он прилагает неимоверные усилия, правда, непонятно – к чему? Лоб его покрылся потом, губы беззвучно шевелились, а руки что-то беспрестанно чертили в воздухе. Наконец последовал громкий хлопок, пол завибрировал под ногами, и в стене образовалось уже знакомое Атасову и Севостьянову отверстие, из которого отчетливо запахло плесенью.
– Браво, профессор! – захлопал в ладоши Миша.– А то я уж решил, что все это мне
– Нет... – покачал головой Кокарев.– Слишком опасно. Не исключено, что нас там ждут с недобрыми намерениями... Отверстие мы пока заделаем – до лучших времен.
Атасову вдруг пришло в голову, что в лице Никандра Христофоровича они получили экстрасенса и гипнотизера, ничем не уступающего князю Мышкину и Степанычу. Мысль его нисколько не обрадовала. Скорее наоборот. Подумалось, что Пацаков слишком уж опрометчиво доверился практически незнакомому человеку...
Кокарев настолько аккуратно «законопатил» многострадальную стену, что даже очень острому глазу не к чему было бы придраться. Миша от восхищения прицокнул языком, а Атасов от восторженных похвал воздержался, решив попристальней присмотреться к доктору аномальных наук.
– А как же Жигановский? – обернулся Кокарев к Мише.– Вы обещали меня с ним познакомить.
– Самое время... – взглянул на часы секретарь губернатора.– Веня через десять минут дает пресс-конференцию здесь же, в гостинице. Будет много наших и столичных журналистов. Вот там мы вас, Никандр Христофорович, с ним и познакомим. Очень интересный тип – смею вас уверить. Хотя вы ведь наверняка о нем наслышаны...
Зал переполняла пишущая и электронная братия. Неоднократно бывавший на подобных мероприятиях Атасов быстро сориентировался в обстановке и выбрал места аккурат напротив трибуны в десятом ряду: и видимость была отличной, и слышимость тоже – даже если бы у выступающих вдруг отказали все микрофоны.
Кокарев с интересом рассматривал весело гудевшее собрание. Создавалось впечатление, что на подобных мероприятиях ему прежде бывать не доводилось. Несколько странно для доктора пусть и аномальных, но все же наук...
Жигановский запаздывал, доводя журналистскую братию до точки кипения. От коллег из «Комсомольского прожектора» Атасов узнал, что рейтинг Венедикта Владимировича поднялся на довольно приличную высоту и почти сравнялся с рейтингом Пацакова. Было от чего столичному политику, и без того не страдавшему избытком скромности, возгордиться.
Административный ресурс губернатора трещал по всем швам – в том смысле, что его верные сподвижники продолжали с завидной регулярностью попадать на страницы скандальной хроники, шокируя не привыкшую к подобным проявлениям сексуальной активности провинциальную публику. Словно какое-то поветрие поразило ряды губернаторской гвардии! Впросак попадали даже те, от кого подобных подвигов никто не ждал...
Жалкие попытки оправдаться только увеличивали недоверие и раздражение. Ну какая в наши дни может быть нечистая сила?.. Слухи о ведьмах, якобы науськанных коварным Жигановским на добропорядочных кацаповских чиновников, вызывали иронические ухмылки, а то и откровенный смех.
Журналистская братия ликовала. Нестандартное течение кампании в скучной и вроде бы во всем предсказуемой Черноземной области порождало жгучий интерес как в соседних регионах, так и за пределами страны.
Лишь Кремль выразил недовольство. Из уст в уста передавались сведения о состоявшемся буквально вчера разговоре руководителя президентской администрации с Виссарионом Дмитриевичем Пацаковым, где губернатору Черноземья были высказаны нелицеприятные
...Появление Жигановского зал встретил аплодисментами. Венедикт Владимирович твердым шагом направился к президиуму, сопровождаемый пятью кряжистыми соратниками, готовыми лечь костьми за своего вождя. Журналисты отметили, что среди политбойцов Партии солидарного прогресса нет Евграфа Сиротина, который, похоже, окончательно утратил доверие лидера.
– И который из них Жигановский? – тихо спросил Никандр Христофорович у Атасова.
Вопрос прозвучал более чем странно. Эдуард до сего момента был уверен, что Венедикта Владимировича знает вся страна. Поведение Жигановского давно уже стало притчей во языцех как у журналистов, так и у очень чуткого к скандалам электората. И вдруг нашелся человек, который не знает в лицо лидера Партии солидарного прогресса! Да что он, с Луны свалился – этот Никандр Христофорович Кокарев?
– Мордатый шатен в центре,– шепотом ответил Атасов.
– Спасибо,– вежливо отозвался Кокарев.
Пресс-конференцию Венедикт Владимирович начал с того, что принялся поливать водой из графина журналистов, сидевших в первых рядах. В задних послышались смешки и жиденькие хлопки.
– Жигановский в своем репертуаре! – недовольно буркнул Миша.
– Вы хотите сказать, что такое неадекватное поведение для него естественно? – удивился Никандр Христофорович.
– Более чем... – подтвердил Севостьянов.– Венедикт Владимирович любит пошутить. Тем и знаменит в электоральных кругах.
Вылив почти полный графин на разбегавшихся журналистов, Жигановский влез на стол и стал отплясывать барыню. Хотя не исключено, что это был гопак – Атасов слабо разбирался в народных танцах.
По залу пронесся шепоток изумления – к Венедикту Владимировичу присоединились соратники! При этом их лица сохраняли сосредоточенность. Ни тебе лихих выкриков, ни частушек про конкурентов!.. В танце солидных мужиков было что-то неестественное и даже жутковатое...
Шепоток изумления сменился протестным гулом непонимания и неприятия. Камеры, впрочем, продолжали снимать на пленку из ряда вон выходящее безобразие... И тут Атасов заметил, что Никандр Христофорович беззвучно шевелит своими тонкими синеватыми губами и чертит в воздухе знаки, очень похожие на те, которыми он пользовался в номере идиота Мышкина!.. Судя по всему, делалось это неспроста. По крайней мере Эдуарду показалось, что есть связь между манипуляциями, совершаемыми доктором аномальных наук, и поведением лидеров Партии солидарного прогресса.
– Вы что, гипнотизируете их? – прямо спросил у Кокарева Атасов.
– Не совсем... – слегка смутился профессор.– Просто проверяю некоторые свои гипотезы. Мне необходимо знать, обладает ли сам Жигановский экстрасенсорными способностями.
После этих слов старшего научного сотрудника института аномальных явлений Венедикт Жигановский взмыл к потолку, где и завис в абсолютно ненормальной позе. Видимо, чтобы исправить положение, кто-то неосязаемый поднял с пола стул и пристроил его под задницу новоявленного факира!