РЕЗИДЕНТ
Шрифт:
«Так вот, что это за «боец» преступной группы, которого - якобы случайно – подстрелили в ходе одной из криминальных разборок. Странно - почему Карелин не передал сведения раньше, а дожидался моего прибытия»?
– подумал я, а вслух сказал:
– А что же Алмазов?
– Как я говорил «Алмаз» ничего не знал. Он был уверен, что Женьку, действительно, подстрелили случайно. Поэтому и дожидался спокойно твоего прибытия. Ваш агент очевидно планировал самолично расстроить наши планы, и получить причитающуюся в этом случае долю почестей. Однако,
Олег Игоревич буквально расцвел от своей прозорливости, и от души посмеялся над постигшей Карелина участью. Да, не любят у нас сотрудники делится ценной информацией, предпочитая хранить ее до последнего, что бы потом присвоить всю славу себе. А ведь если бы Карелин передал все сведения в «Центр» через шифровку, возможно он был жив, а денежки остались бы государственной собственностью и не перекочевали бы к бандитам.
Очевидно Туркаеву страшно хотелось поделиться со своим врагом – тем более, что тот все равно ничего уже никому не расскажет – своим триумфом, что он продолжил:
– В вашей конторе у меня есть свой человек, - подтвердил мои догадки бандит, - он очень охотно «сливает» мне информацию, и когда я узнал, что с предсмертным бредом «Черного», выслали разбираться такого прославленного «резидента», коим является «Барон», то я конечно сразу же принял решение, что тебя необходимо «убрать».
– Да, и подослал ко мне с этой целью «Борзого», который, как оказалось, тебе тоже не нравился, и после того, как тот выполнит такое важное для тебя задания, ты решил отблагодарить его, утяжелив тело свинцовыми шариками.
– Не без этого, - чуть смутился Олег Игоревич, - если человек переходит дозволенные границы, то его непременно нужно останавливать. Однако вернемся к сказанному. Ты действительно оправдал свою репутацию, и смог избежать смерти. Когда мне позвонил «Угар» и сообщил, что тебя не убили, а ты находишься в ресторане «Дворянское гнездо» и ждешь там Алмазова, то я принял решение любыми средствами не допустить вашего свидания.
– И ты убил его?
– Да. Обычно всю грязную работу у нас выполняет мой брат – близнец Глеб, но в этот раз его не было, а действовать нужно было решительно, поэтому пришлось торопиться, и если ты помнишь, я успел вовремя и не допустил этой могущей стать такой катастрофической для всей операции встречи.
– Но все же я успел тебя разглядеть.
– Знаю, поэтому и пришлось ускорять весь процесс.
– А за что ты убил своего шофера – Караваева Игоря?
– Вот водителя уже отправлял к праотцам не я – это сделал Глеб. Караваев был новенький, и его первым заданием было убить тебя. Он же набрался наглости ответить, что является вором, а не убийцей, и наотрез отказался тебя «кончать».
Как же стало тяжело выводить людей на откровенную беседу, через какие необходимо проходить «круги ада», чтобы понять истину происходящего. Вот так думал я, сидя связанный перед Туркаевым. Время было далеко уже за полночь. Бандиты потихоньку опьянев, стали расходится,
Удовлетворив свое эго, он поднялся с кресла и строго-настрого велел оставшимся охранять меня бандитам не спускать с меня глаз. Сам же, для пущей уверенности, взял у одного из конвоиров автомат, прикладом так съездил меня по лицу, что я отправился в невероятный мир иллюзий, наполненных воспоминаниями.
Глава XXVIII. Побег
Когда нам предоставили письменные принадлежности, я написал цыганскому барону. Ворошилов каким-то своим детдомовским друзьям. Далее запечатали письма в конверты, и надписав адреса, передали свои послания армянину, после чего нас вернули обратно в яму.
Вечером та же самая девушка принесла нам есть – снова бутылку воды и две сухие лепешки. Как и утром все это она спустила вниз в корзине. Поняв по ее утреннему поступку, что сердце ее не каменное я пытался, разговаривая с ней, расположить жительницу гор к себе. Так продолжалось примерно неделю, и каждый раз на мои вопросы она предпочитала отмалчиваться. На седьмой день вечером, когда уже стемнело, и мы собирались спать, люк внезапно открылся и вниз спустилась лестница.
Не нужно было быть слишком догадливым, чтобы понять: необходимо подниматься наверх. Я помог командиру и после поднялся сам. Наверху нас дожидалась та самая прелестная армянка.
– Нам можно идти?
– осторожно спросил я.
– Да, – ответила она приятным - довольно милым - голосом, с чуть заметным кавказским акцентом.
– А как же ты? – переживая за последствия поинтересовался я, - тебе наверное за нас попадет?
– У нас женщин не трогают, у нас женщин сразу убивают, но только за измену.
– Но это тоже своего рода измена.
– Нет, это девичья забывчивость. – убежденно настаивала наша спасительница, - Я просто забыла запереть замок, а уж как вы дальше выбрались – это ваше дело.
Это была железная женская логика, спорить с которой было бесполезно, кроме всего прочего вряд ли у нас в будущем мог возникнуть подобный шанс. Как ни крути – каждый за себя – в этой увлекательной игре под названием – Жизнь.
Горянка вывела нас за пределы каменного двора, и указав на виднеющуюся в дали вершину, сказала:
– Перевалите за ту гору – там ваши, а пока глядите в оба, я уверена, что за вами организуют погоню.
Сгорая от любопытства, я не удержался и спросил:
– А почему ты нам помогаешь?
– Просто помогаю – это все, что вам следует знать. – и тут же заметила, - После рассвета я дам вам два часа, после чего обнаружу побег.
Это было в высшей степени с ее стороны благородно. Мы попрощались с девушкой: такой отважной и в то же время прекрасной. Я поддерживал командира под руку, и мы медленно шли, ориентируясь на указанную спасительницей гору. Когда рассвело, мы миновали уже достаточно приличное расстояние, хоть среди нас один был хромой. Он ловко прыгал одной ногой, но чувствовалось, что силы постепенно покидают его.