Резиденция феи
Шрифт:
– Конечно, а ты сомневаешься? Вон, девушка вообще из одежды выпрыгивает, а тебе жалко одного маленького поцелуйчика для несчастного лирелла, попавшего в чужой враждебный мир.
– Почему враждебный-то? – веселилась я.
– Так ты глянь на нее? – он глазами показал мне на официантку. – Она же меня съесть готова.
Пока мы ели, я оглядывала помещение. Таверна была маленькая, но довольно симпатичная. Столы чисто выскоблены, на полу нет мусора. И толстый мужик, стоящий за стойкой и протирающий стаканы, одет в белоснежный фартук, как и девушка-подавальщица. Цивильненько. Если бы еще девушка не была так решительно
Поев, переговариваясь и подшучивая друг над другом, мы закончили обед, и Эрилив выложил на край стола монету. Я промолчала, ведь мы договаривались, что только на Земле плачу я.
– Ну?
– Что – ну? – я глянула на него.
– Давай уже, спасай, а то она спешит.
– Ох, ты ж бедный ты, бедный. Как же тяжело жить такому красивому парню, – шуточно причитая, я придвинулась к нему. – Повернись.
– Что, правда, поцелуешь? – он повернулся, пытаясь не рассмеяться.
– И на какие только жертвы не пойдешь, спасая тебя несчастненького, – я выдавила тихий смешок и закинула ему на шею руки. – Наклонись.
Лирелл послушно наклонился, приблизив свое лицо, и я даже увидела свое отражение в его глазах. Но чем ближе его лицо приближалось, тем серьезнее становились эти глаза, а улыбка потихоньку исчезала с губ. И… У меня как-то сердце странно начало быстрее стучать… И до его губ осталось буквально пара сантиметров… А я вдруг струсила, не решаясь чмокнуть его в шутку, как планировала. Потому что стало вдруг совсем не смешно, а вот голова начала немного кружиться, и вокруг все пропало, а остались только эти глаза напротив.
Что я делаю? Что мы делаем? Ведь у меня же есть… Кто-то есть… Кто же есть?.. Сердце колотилось уже где-то в горле, а я не находила в себе сил отстраниться. Просто не могла, потому что тело совершенно отказалось мне подчиняться. Единственное, что ощущалось – это жаркое дыхание и руки, прижимающие меня к себе все сильнее. Ой, какая плохая была идея… И прошла, кажется, вечность, когда мы смотрели друг другу в глаза, пока он вдруг сам меня не поцеловал. И в то же мгновение рядом громыхнула тарелка и я, вздрогнув, отстранилась.
– Ваша сдача, господа, – на стол рядом с криво стоящей тарелкой, брякнув, опустилась горсть медных монеток.
– Спасибо, – я вскочила и с полыхающими щеками, не оглядываясь, пошла к выходу, зная, что лирелл все равно меня нагонит. Ходит он намного быстрее меня, рост-то у него вон какой…
Черт! Черт! Черт! Ну, зачем я придумала эту дурацкую шутку?! У него ведь есть девушка, и у меня есть жених и Ив… Нельзя так! Не нужно мне чужого… Думала, что все пройдет легко, просто чмокну его в нос и все дела. Со стороны-то не было бы видно, куда я его поцеловала – в кончик носа или в губы. Для подавальщицы все выглядело бы достоверно. А сейчас я не знаю, как мне в глаза ему смотреть. А самое обидное, что я даже не успела ничего понять и прочувствовать. Мимолетное касание горячих мягких губ и все.
Хм. А вообще чего это я? Как раз невесомый быстрый чмок и получился, просто не в нос, а в губы. И все! Даже досадно как-то: понять – ничего не поняла, прочувствовать – не прочувствовала, а угрызениями совести мучаюсь. Если уж позориться так хоть впечатлиться бы, ну и проверить – какие у
Осознав все это, стоя на крыльце таверны, я резко успокоилась и тут же услышала быстрые шаги за спиной.
– Вики, пожалуйста, никогда так больше не делай, – с упреком сказал Эрилив.
– Как? – тут же испугалась я, решив, что он про этот наш нелепый спектакль.
– Не нужно убегать от меня. Ты не забыла, что я твой телохранитель?
– А, – успокоилась я. – Не буду. Просто растерялась от реакции подавальщицы. Девушка явно в ярости, что упустила тебя, – пошутила я.
В конце концов, раз ничего не случилось, то и хорошо. Значит, ведем себя как ни в чем ни бывало и делаем вид, что ничего не произошло. Ведь и действительно – не произошло абсолютно ничего. И вообще, может, мне привиделось все и Эрилив просто действовал по мною же заданной программе: отпугнуть настойчивую девицу.
Но лирелл мою шутку не поддержал, только неопределенно хмыкнул. Так что пришлось мне самой продолжать урегулирование ситуации.
– И не забудь, за тобой должок, – я улыбнулась. – Если понадобится, то в следующий раз ты меня спасаешь и отпугиваешь излишне настырных кавалеров.
– Договорились, – он тоже улыбнулся, при этом пытаясь заглянуть мне в глаза.
– Ладно, идем дальше, – я спустилась с крыльца и медленно пошла по улице. – Нам нужно еще закупить книги, но уже для земной академии магии. Очень уж выгодная сделка получается. По курсу в рублях получится весьма приличная сумма, нам ее надолго хватит. А то я уже голову сломала, где брать земные рубли, чтобы все оплачивать.
Эрилив вдруг быстро обогнал меня и перегородил дорогу:
– Вик… – начал он говорить мое имя, но его перебил громкий мужской голос, окликнувший сзади.
– Леди Виктория?!
– Да? – я быстро оглянулась и столкнулась с улыбающимся молодым брюнетом.
– Леди Виктория, я просто глазам своим не верю. Не представляете, как я счастлив снова вас видеть, – он поцеловал мне кончики пальцев. – Вы так внезапно исчезли после королевского бала. Только на следующий день мне с трудом удалось добиться хоть какой-то информации о вас и узнать, что вы срочно отбыли в свое баронство. А сейчас со спины даже не сразу узнал вас – вы изменили прическу. Вам очень идет, впрочем, и ваш прежний цвет волос восхитителен. Я вам писал, но, к сожалению, так и не дождался от вас ответа ни на одно из моих писем, – его голос стал чуть укоризненным.
– А-а, – я судорожно пыталась вспомнить, кто же это такой. – Я вообще уделяю преступно мало времени корреспонденции. Секретаря у меня пока нет, а я сама, к сожалению, практически не имею возможности отвечать на все письма вовремя. Очень много забот, сами понимаете. Поэтом прошу не обижаться, господин… – я помялась, не зная как к нему обратиться. Лицо-то я его вспомнила. Это был один из особо настойчивых кавалеров, ухаживающих за мной на балу, который чуть ли не после второго танца стал намекать на то, что он счастлив был бы предложить мне руку и сердце.