Резервный агент ГРУ

Сарычев Анатолий Яковлевич

— Найдите мне месторасположение воинской части шестьдесят восемь тридцать сорок шесть! — приказал полковник, набрав короткий трехзначный номер. Мотнув головой и скривившись, снова беря в руки папку с делом Игоря.

«Почему лейтенант, только что пришедший на службу через полгода получает старшего лейтенанта, а через три года кап-лея?» — задал себе вопрос полковник, набирая номер телефона городского военного комиссариата.

— Пришлите мне наградные листы на капитан-лейтенанта медицинской службы Караваева Игоря Алексеевича! — представившись,

приказал полковник.

Раздалось негромкое пощелкивание, и властный голос произнес:

— Генерал-майор Решетов у телефона!

— С вами говорят из комитета государственной безопасности…, вальяжно начал говорить полковник, но был прерван:

— Пришлите письменный запрос полковник с визой начальника комитета! А еще лучше за его подписью! — жестко сказал генерал-майор.

— Извините, товарищ генерал-майор, а почему такие сложности? Нельзя разве отправить документы с нарочным по устному запросу? — удивился полковник, давно не получавший такого жесткого отпора. И от кого! От военкома города! Без пяти минут пенсионера!

«Ну я тебя достану! Я тебе покажу, как грубить полковнику КГБ! Ты у меня комариком вылетишь на пенсию!» — мстительно подумал полковник, закрывая дверь собственного кабинета.

Едва полковник вошел в кабинет генерал — лейтенанта, как на него обрушилась площадная брань всегда выдержанного начальника управления:

— Какого рожна ты начал звонить военкому! Кто тебе разрешил! Он родственник самого Шараф Рашидовича [60] ! Хоть и дальний, но все-таки родственник! Ты, понимаешь, козел, куда полез? — напоследок рявкнул начальник управления, протягивая руку за папкой.

60

Рашидов Шараф Рашидович в то время первый секретарь ЦК КПСС Узбекистана

— Я не мог этого знать! У военкома русская фамилия! — попробовал оправдаться полковник.

— Проехали! Докладывай по существу! — приказал генерал-лейтенант, досадливо махнув рукой.

— Выяснились интересные подробности про этого санитарного врача! Караваев получил старшего лейтенанта через шесть месяцев после поступления на военную службу! В конце службы его чуть не посадили за изнасилование несовершеннолетней! И тут же присвоили звание капитан-лейтенанта! Надо поднять это дело!

Восстановим все обвинения против санитарного врача! Как можно очень сильно надавить на объект! С таким криминалом лепила [61] будет ходить как дрессированная собачка на канате в цирке! — быстро проговорил полковник, испытывая прямо ненависть к совершенно незнакомому Игорю, который невольно так подставил его, полковника госбезопасности.

— Я посмотрел план вербовки этого санитарного врача! Одобряю! Изящная операция! А если сможешь надавить с помощью старого дела об изнасиловании, то честь тебе и хвала! — скривил губы начальник управления КГБ.

61

врач.

феня. Прим автора

— Я все понял товарищ генерал-лейтенант! Больше он вас не потревожит! — забирая листок с размашистой подписью генерал-лейтенанта, заверил полковник.

— Через два месяца ткань должна стоять в аппарате!

Не будет ткани и нас с тобой не будет! Несчастные случаи не только с рабочими бывают! — напомнил генерал-лейтенант.

— Но ткань хороша! Положил в карман пиджака клиента и он через два часа труп! — от самой двери сказал полковник.

— Рот закрой, идиот! — негромко рявкнул генерал — лейтенант, про себя решив, что проверить эффективность ткани чалмы в первую очередь надо на не в меру разговорчивом полковнике. 

Глава двенадцатая

Отдых в санатории-профилактории. Неожиданное назначение в члены госкомиссии. Ночное нападение бандитов События начинают разворачиваться совершенно непредсказуемо.

Три дня Игорь не вставал из-за стола в домике главного инженера, делая расчеты для Ташгипротранса, отвлекаясь только на завтрак, обед, ужин и конечно, двухразовые, по часу каждый, заплывы в двадцатипятиметровом бассейне, расположенном всего в пятидесяти метрах от места его вынужденного затворничества.

Если в первый день Игорь плавал до обеда, то вторник и среду перенес тренировки на пять часов утра и двенадцать ночи, когда в бассейне кроме него никого не было.

Уж больно много зевак собралось смотреть на стремительно пересекающего бассейн Игоря, а сейчас лишняя реклама была совсем ни к чему.

В другое время, Игорь с удовольствием бы покрасовался перед парочкой двадцатилетних симпатяшек, которые уже начали строить ему глазки, но сейчас надо было как можно скорее закончить расчеты для проектного института.

Игорь не стал мудрствовать лукаво, а просто прикреплял скрепками листки с расчетами в нужные места толстенного отчета Харьковского института, решив, что проектировщики сами перепечатают и вклеят нужные куски.

В десять часов вечера вложив последний листок в вдвое распухший том акустических расчетов, Игорь закинул руки за голову и сладко потянулся.

«Дело сделано! Сейчас отзвонюсь ГИПу и пусть забирает свою макулатуру! Или сначала позвонить куратору?» — лениво размышлял Игорь привычно набирая номер.

И только услышав знакомый голос главного врача, понял, что набрал его рабочий номер телефона шефа:

— Добрый вечер! — поздоровался Игорь, гадая, что делает шеф в такое позднее врем я на работе.

— Хорошо, что ты позвонил! Ты включен в государственную комиссию по приемке хлопкоочистительного завода в кишлаке Нурет! Завтра в семь часов вечера вылет! — жестко приказал шеф.

— Очень радостное известие! — хмуро отозвался Игорь, прикидывая, как он из санатория-профилактория завтра доберется до города.