Рейнтри: Инферно
Шрифт:
— Я установил щит вокруг нас. Под конец, когда я задействовал и вашу силу наряду с моей собственной, дабы сбить огонь, щит заметно окреп. Вы это видели. И я видел. Он мерцал как…
— Мыльный пузырь, — прошептала она.
— А… — мягко отозвался он после секундного раздумья. — Так вот что вызвало ваши ассоциации.
— Вы хоть примерно знаете, какую боль я испытала?
— Когда я овладел вашей силой? Нет, не знаю, но представить могу.
— Нет, — холодно ответила она. — Не можете.
Боль казалась неописуемой. Скажи она, что почувствовала, будто ей на голову упала наковальня,
— Еще раз скажу: мне очень жаль. У меня не было выбора. Не поступи я так, мы бы вместе погибли, а с нами и люди, не успевшие эвакуироваться из отеля.
— Вы извиняетесь, одновременно как бы давая понять, что в случае надобности снова поступили бы так же. А потому в ту часть, где вы говорите «мне очень жаль», не очень-то верится.
— Это потому, что вы не только экстрасенс, хоть и нетренированный, но еще и особо чувствительны к паранормальным явлениям, окружающим вас.
Другими словами, он поступил бы точно так же при схожих обстоятельствах. По крайней мере, он не лицемер.
— Вчера в моем офисе, — продолжал он, — вы отреагировали на энергию, которой не ощутили бы вовсе, если бы не ваш дар.
— Я думала, что вы злой, — сказала Лорна и яростно укусила рогалик. — Ничто с тех пор не изменило моего мнения.
— Потому что вы меня возбудили? — мягко спросил он. — Я только увидел вас, и все свечи в помещении вспыхнули. Обычно я не так восприимчив, но тогда мне пришлось не на шутку сконцентрироваться, чтобы взять себя в руки. Затем я смотрел на вас, воображая, как мы занимаемся сексом, и будь я проклят, если вы не заметили этой фантазии.
Боже, он знал и об этом? Она почувствовала, что краснеет, и предпочла разозлиться.
— Вы пытаетесь ко мне клеиться? — с недоверием спросила она. — Вы что, всерьез полагаете, будто я позволю вам прикоснуться ко мне даже десятифутовым шестом после всего, что вы сделали со мной прошлой ночью?
— Такой длинный не понадобится, — ответил он с легкой улыбкой.
Вот теперь Лорна пришла в ярость. Бросив рогалик на блюдце, она встала со стула.
— Я не желаю находиться в одной комнате с вами. После того как уйду отсюда, я никогда в жизни больше не хочу видеть вашего лица. Можете взять свою липкую фантазию и засунуть ее поглубже, Рэйнтри!
— Дантэ, — поправил он, будто она не пожелала ему только что всего, кроме смерти. — И это возвращает нас к теме Анзара. Я искал родимое пятно. У всех Анзара есть такое где-то около спины.
Она так злилась, что красная пелена затмевала ей взгляд.
— И, проверяя мою спину на наличие родинки, вы решили заодно полюбоваться задницей?
— Задница что надо. Есть чем любоваться. Но нет, я в любом случае собирался ее осмотреть. Я не сказал «спину». «Около спины» технически может означать от затылка до самых пяток. Мне приходилось видеть их ниже пояса, а в истории, хоть и не часто, имели место случаи, когда родинка находилась на пятой точке. Учитывая сложность возгорания и того факта, что я не мог погасить огонь, мне нужно было убедиться, что вы мне не препятствовали.
— Не препятствовала вам?! — вскрикнула Лорна, ничуть не успокоенная его объяснением.
— Если бы вы тоже повелевали огнем, могли бы подкармливать пламя в то время,
— Но вы сказали, что никогда прежде не пользовались даром управления сознанием, а потому не знаете, как это на вас сказалось. С чего вы сразу решили, будто я одна из этих Анзара?
— Не решил. Я прекрасно знаю, что причины могли быть разные. Просто следовало исключить малейшую возможность, что вы Анзара.
— Если вы так хорошо читаете мысли людей, лишь прикасаясь к ним, должны были сразу понять, что я не одна из них, — бросила ему Лорна.
— Прекрасно, — подтвердил он, словно был учителем, а она его лучшей ученицей. — Но Анзара с рождения тренируются управлять своей силой и защищаться так же, как Рэйнтри. Могущественный Анзара вполне мог бы выстроить щит, который я бы не сумел заметить. Как я уже сказал, моя чувствительность на среднем уровне.
Ей казалось, что она вот-вот взорвется от ярости.
— Будь у меня щит, идиот, вы не смогли бы изнасиловать мой мозг!
Он побарабанил пальцами по столу и прищурился:
— Мне очень и очень не нравится данный термин.
— Да ну! А мне очень и очень не нравилось насилие над мозгом.
Она швырнула ему эти слова, как ножи, надеясь, что они вонзятся глубоко в его плоть. Он на секунду подумал, затем кивнул:
— Справедливо. Вернемся к теме щитов. Они у вас есть, но не такие, о которых говорю я. Те, что у вас, появились естественным путем. Их породила сама жизнь. Вы скрываете свои эмоции. Я же говорю о ментальных щитах, возведенных искусственно, с целью скрыть часть энергии вашего мозга. А если исключить меня, дорогуша, существует лишь один человек — по крайней мере, из тех, кого я знаю, — способный помешать мне проникнуть в его голову, и это не вы.
— О-о-о-о, значит, вы такой жутко сильный?
Он медленно кивнул: да.
— Так почему же вы не король мира или кто-нибудь в этом роде?
— Я король Рэйнтри, — сказал он, поднимаясь и ставя блюдце в посудомоечную машину. — Мне этого достаточно.
Странно, но из всего невероятного, что он ей рассказал, в последнее верилось меньше всего. Лорна закрыла лицо ладонями, желая, чтобы этот день поскорее закончился. Ей хотелось забыть, что она когда-либо его встречала. Он был безумцем, и это очевидно. Но нет, глупо обманывать себя. Ведь она прошла вместе с ним сквозь огонь. Вполне буквально. Он мог делать то, что ей казалось невозможным. Так что, может быть — не наверняка, — он и являлся своего рода лидером, хотя «король» — это, конечно уж, чересчур.
— Ладно, я поверю, — устало произнесла она. — Кто такие Рэйнтри и кто Анзара? Это как две страны, населенные психами?
Губы его напряглись, словно он хотел рассмеяться.
— Одаренными. Мы два разных клана. Враждующих клана, если конкретнее. И вражда эта длится уже несколько тысяч лет.
— Значит, вы психованный вариант Хэтфилдов и Маккоев?
Вот тут он рассмеялся, блеснув белым рядом зубов.
— Никогда не думал об этом в таком ключе, но… да. В своем роде. С той разницей, что отношения между Рэйнтри и Анзара не ограничиваются враждой. Это война. Есть определенная разница.