Рейнджер
Шрифт:
Взгляд вареной камбалы плавно переместился с моего лица на циферблат прибора. Правда, по дороге немного прояснился. Стрелка, будто ожидала благосклонного внимания хозяина, быстро крутнулась на пару оборотов и замерла, указывая вправо.
— Туда, — продублировал я показания компаса, вульгарно ткнув пальцем в нужную сторону.
— Ну, туда так туда, — покладисто произнесла Алена, очередной раз подхватила лежащий на земле щит и, взглянув на опять впавшего в задумчивость Шамана, спросила: — Или есть другие варианты?
— Нет, — очнувшись, отрезал Дима.
Шли без приключений.
Минут через пять мы вышли к постаменту, прямо в центр которого уткнулась стрелка ассасинова (точнее, конечно, Арагорнова) компаса.
— Странно, в прошлый раз тут Ильич стоял в кепочке. А сейчас какая-то абстракция готическая… — протянул Шаман, глядя вверх.
— Почему «абстракция»?! Нормальная колонна, только обгрызенная. И не готическая, а скорей ионическая, — поправила Алена.
— Можете, конечно, считать этот булыжник колонной, а по мне, так кирпич-переросток, — возразил ассасин, и вся компания выжидательно уставилась на меня.
Ага, как же! Тут, между прочим, девушка присутствует! Но исполнено очень натуралистично, не считая габаритов. Я даже обошел разок вокруг, и эта активность была вознаграждена. Статуй был украшен плохо затертыми надписями крайне неприличного толка, адресованными Арагорну и какому-то Артасу. Или это «дружеская» переписка, или заметки Наблюдателя — не знаю. А может, и просто мои глюки.
Тут на землю грохнулась, едва не отдавив мне ногу, та самая дверюга, безо всякого пиетета вытряхнутая Шаманом.
— Я достаю из широких штанин нечто… — пробормотал я, все еще под впечатлением от прочитанного на памятнике.
— Мальчики, вы так и будете на нее пялиться или делом займетесь? — Это, как вы понимаете, вокальная партия нашей девочки.
Что ж, джентльмены, давайте тащить рояль. Как ни странно, «рояль» решил вести себя прилично, как бы извиняясь за неудобства, доставленные нам в подвале замка. Стоило только коснуться края проема углом принесенного полотнища, как дверь буквально вырвалась у нас из рук и с громким щелчком приняла вертикальное положение. Украшавшие ее треугольники мигнули и загорелись ровным зеленым светом.
— Видимо, путь свободен, так это надо понимать, — сказал Шаман, указывая посохом на иллюминацию.
— А это мы сейчас проверим, — решительно бросил ассасин и, подойдя к двери, схватился за ручку. Стоп! Какая еще ручка?! Точно помню, сам же тащил — гладкая была, как попадья, и скользкая, как адвокат, ни одной зацепки!
Стоило ей чуть приоткрыться, как первопроходец стал словно бы плоским, вокруг его силуэта возник зеленый ободок, после чего ассасина как будто всосало внутрь. Дверь тут же захлопнулась. Так, этот безбашенный тип может вляпаться на ровном месте, надо бы его прикрыть. Я так же решительно шагнул вперед, дверь на себя… Ощущения, как будто в лицо фотовспышкой сверкнуло в тот момент, когда я со стола спрыгивал. Почувствовав под ногами твердь, я сделал пару шагов, тряся головой, чтобы избавиться от «зайчиков» в глазах.
Две параллельные черные плоскости, которые в полном соответствии с законами геометрии тянутся куда-то в бесконечность. Всей разницы, что нижняя — матовая, а в верхней какие-то искры проскальзывают. Посреди этого безобразия стоит Лекс, ухватившийся за рукоять катаны. Не успел я спросить, в чем дело, как за спиной хлюпнуло, заставив невольно вздрогнуть всем телом, и из радужной вспышки возник Шаман. Если я появился с таким же звуком, то в позе Лекса нет ничего удивительного. А вот и сестрица Аленушка.
— Интересно, где это мы? — Так я спросил, на всякий случай — а вдруг кто знает?
— Похоже, в нигде, — ответил Лекс похоронным тоном.
Пару минут мы стояли, пытаясь высмотреть хоть какой-то ориентир. Первой сдалась Алена.
— А теперь-то куда? — она вопросительно посмотрела в сторону Александра. Логично, компас-то у него, мои амулеты Арагорн отобрал…
— Идемте, — наш Сусанин повернулся направо и решительно зашагал вперед.
Минут десять мы молча шли. Меня настораживало то, что вожак стаи ни разу не глянул на единственный навигационный прибор. Наконец я не выдержал:
— Слышь, Лекс, а почему ты пошел именно в эту сторону?
Тот покосился на меня с ухмылкой и ответил:
— А какая разница, ну, пойдем в другую. — Резко развернувшись на пятках, Лекс двинулся под прямым углом к прежнему маршруту.
Я немного приотстал и обратился к двум оставшимся товарищам по путешествию:
— Не нравится мне этот проводник. Чешет не пойми куда, хоть бы для приличия на компас глянул. Да и по дороге к замку так же уверенно ломился через туман, а потом для меня было страшновато услышать, что «компас опять работает». Заведет еще так, что Арагорн не найдет.
— Вот уж не буду горевать, если больше никогда его не увижу! — с чисто женской логикой ухватилась Алена за три последних слова, начисто проигнорировав смысл фразы в целом.
Я переглянулся с сочувственно вздохнувшим Шаманом. Причем интенсивность этого вздоха многократно, на мой взгляд, превосходила породившую его причину.
— Ребята, смотрите! — в голосе Алены послышалось искреннее и недюжинное удивление.
Вопреки ожиданиям Алена смотрела прямо себе под ноги. Что же там такого интересного? Нижняя плоскость стала прозрачной, открыв вид на глубокий космос, и там, прямо под нами, плыл огромный космический корабль! Настоящий звездолет, не спрашивайте как — но было понятно, что именно настоящий, не декорация! Причем так близко, что видны были мелкие повреждения на обшивке.