Рейд
Шрифт:
Я первым делом решил укрепить армию, а ведь крепкая армия, это не в последнюю очередь крепкий тыл с продовольственными складами.
В подвалах княжества Милены, нашелся тайник предтеч, наполненный амфорами с зерном. Тайник был в стазисе и волхвы подтвердили, что стазиса хватит еще года на четыре минимум. Зерно предтеч, давало пять урожаев в год, а скотина питавшаяся этим зерном, получала бройлерный эффект, причем мясо было вполне съедобным и полезным. Так что я снабдил этим зерном под жесткие контракты, фермеров Округа, причем всех и хомо и равнинных гоблинов и «Травяных гномов» [18] . Что мне очень тут нравилось, так это то, что контракты тут, нарушать было невозможно, так уж все исторически сложилось. Либо полное выполнение, либо нарушитель становился изгоем, причем
18
«Травяные гномы» — общины гномов занимающиеся земледелием, но каждая такая община группировалась вокруг кузницы и главой общиной был кузнец.
А две дивизии гоблинов, множились и процветали. Казенная униформа, казенное оружие, славное Руководство, все это привлекало гоблинов. В каждой дивизии была бригада полукровок и технический гномий хирд.
Я не поленился и сам написал Устав, несколько усложнив Школу молодого солдата. Например, я ввел один забавный элемент из прошлой жизни, согласно которому, все три месяца, пока рекруты числились кандидатами, вне казармы, учебное отделение могло передвигаться только с бревном. Старшие военнослужащие присматривали за младшими и достаточно строго, но за криминальную дедовщину, инициаторам полагалась виселица, а командиру подразделения разжалование. Нельзя вести в бой алу солдат, которые ненавидят друг-друга, так что эти самые «неуставные отношения» граничат с изменой и саботажем. Кстати, в Советской армии, пока в строю оставались фронтовики, дедовщины не было. А уж потом, когда стали брать в армию судимых, дедовщина расцвела пышным цветом.
Буквально сегодня утром, я утвердил «Конопляную тетушку» для троицы нарушителей. В одной але служил третий сын одного из мелких вождей с двумя земляками-прихлебателями (лейтенант тоже был его земляком) и туда прислали молодого сержанта, оказавшегося из их джуза. Молодой бек наехал на сержанта и пользуясь племенными законами настолько подмял его под себя, что даже отобрал у него новые сапоги, а потом с приспешниками стал драконить и обирать других земляков в этой але, ну а лейтенант не пресек и промолчал, как он сказал позднее на трибунале, из уважения к роду (лейтенант не проходил у меня инициацию). Ко мне примчался разбираться Гирк, бывший командиром этой дивизии, но я объявил ему о не полном служебном соответствии и запретил набирать в одну алу гоблинов из одного рода и приказал ему самому казнить преступников, на что он попросил заменить позорную виселицу более достойной для гоблина казнью, на что мы с королевой, которая тоже пришла на эту разборку, и тоже наорала на вождя гоблинов, согласились.
Гирк остался верен себе. Троицу, возомнивших о себе сторонников родоплеменных традиций, посадили на кол, лейтенанта разжаловал в сержанты, а вождю рода сунувшемуся с претензиями, просто набил морду.
Кстати резонанс этот процесс дал своеобразный… Когда еще один сановный рядовой, во время учений приближенных к боевой обстановке, вякнул на сержанта из своего джуза, который сделал ему замечание по поводу неурочного привала, и больше того, рядовой даже попытался его ударить, а сержант взял и просто его зарубил. Я произвел сержанта в корнеты.
И на общем построении дивизии напомнил, что армия сильна дисциплиной, а главная честь воина-гоблина, это не принадлежность к роду, а служба королеве. Я чувствовал, что если не сегодня, то завтра, то воевать нам придется и Армию я к этому подготовлю.
Бригаду «Железняк» я развернул в дивизию, Добавив туда добровольческие алы полукровок из Королевства, и собрав туда всю Имперскую броню, включая СБшников и пулеметчиков из НКВД, объединенных Летучую огневую алу «Чекист», под прикрытием которой я развернул свою службу разведки и контрразведки. Артиллерия была только на бронеходах, но в гоблинской дивизии по штату были положены катапульты и баллисты, к которым я добавил требушеты изготовленные гномами по моим чертежам.
Короче, еще бы полгода, и воевать можно смело, но я получил только четыре месяца…
Глава двадцать третья,
в которой появляются послы Королевства Меча и Рога
Столицей Округа я объявил одноименную столицу Княжества Райтер,
Я как раз был в «Зеленых холмах», где гномы торжественно вручали королю Личный, Лейб-гвардии Бе-По «Зеленый змей» о котором король по его словам мечтал всю жизнь. Бе-По состоял из паровоза, блиндированного салона с башенной «Мясорубкой», двух бронеплощадок с десантниками и контрольной платформой. Я вручил королю шеврон почетного броне-капитана, чем еще больше увеличил степень его восторга.
Но тут завывая сиреной примчалась мотриса СБ и младший ликтор погран-службы (я подчинил ее СБ) доложил, что поезд посольства Королевства Меча и Рога направляется сюда, вернее пытается направится, ибо посольство двигается на каком-то странном Бе-По и посему его временно заблокировали.
Информация к размышлениям
Моей погран-службой командовал сержант НКВД (ныне ликтор-капитан), из команды попаданцев Иванова, он некогда служил с самим легендарным Карацупой, который поймал 500 шпионов и диверсантов и его верным псом Ингусом (бывшим на самом деле Индусом, но переименованным из политкорректности) на той самой заставе Полтавка. И службу он знал и наладил соответственно. В принципе, в этих местах, погран-контроль в моем привычном понимании, попросту отсутствовал. Стражники при таможенных переходах, конные патрули у границ и в принципе все. То есть никаких КСП, застав, пограничных вышек и тревожных групп с собаками. Ликтор-капитан Трофимов (тоже редкая фамилия), все это устроил по взрослому. Особенно он поразил местных тем, что задействовал на службе собак. Тут была порода похожая внешне на Хаски и они применялись и на охоте, и как сторожевые, и вот из них Трофим (так его звали в подразделении) и создал Пограничную кинологическую службу. А идею пограничных застав, сразу же подхватили многие соседи.
Ну что ж, подумал я, на ловца и меч с рогами бежит…
Бе-По у метисов был зачетным. Приземистый, с закругленными формами вагонов и башен, из которых торчали длинноствольные «Мясорубки», правда ехать там можно было только сидя, но охрана посольства выскочила на перрон столичного вокзала, весьма шустро (у посольства был вагон-салон). Что интересно, гномов в экипажах не было от слова совсем. Мои гномы на этот шуш-ЖД-панцер, сделали стойку моментально. Обергруппен-хирд-мастера, в оба уха зашептали мне, как бы было хорошо, если бы его милость Магистр, захотел осмотреть это чудо, да и их бы взял с собой. Я чувствовал, что глава делегации Советник Тук, буквально фонит благожелательностью и желанием дружит домами, уж что то больно им было нужно от нас, посему я естественно не стал играть в дипломатию и прямо сказал, что мои сотрудники жаждут восхититься таким прекрасным локомотивом, на что советник сделал приглашающий жест. А мы с ним отправились в мои апартаменты имеющие быть в королевском дворце, вернее в его половине.
Но буквально у входа меня перехватил Старший ликтор Маас с такими выпученными глазами, что я извинившись перед гостями и передоверив их королеве вышел в тет-а-тет с Маасом, а он мне сообщил следующее: «Вы были совершенно правы Магистр, у гномов есть связь встроенная в систему их железных дорог».
Тоже мне бином Ньютона, подумал я. Это же все лежало на поверхности. Рации у гномов были большой редкостью, но информация проходила быстрее, чем по там-тамам у гоблинов и орков. Значит было там и что то еще. Когда я первый раз затронул тему связи у Гномов перед своими Молчи-молчи, ликтор сначала меня даже не понял, а когда я описал ему телеграф, как обычный, так и гелио, он задумался и сказал, что выяснит, и вот выяснил оказывается. У гномов был самый всамделишный секретный телеграф. Вдоль железных дорог под видом дренажей прокладывались кабели (тянуть проволоку гномы умели уже давно) и на их станциях были секретные помещения с телеграфными точками. Именно это информацию ликторы и раскопали. Я сделал жирную зарубку у себя в памяти и вернулся к гостям.