Рэй
Шрифт:
— Он заботился о тебе, как если бы ты была его собственной.
— Нет, он заботился обо мне лучше, чем о своей. Он заботился обо мне, как если бы я была важна.
— Конечно, ты важна! — Ким наклонилась и сжала руку девушки. — Каждый имеет значение, Каитир. Неважно, самец или самка. Неважно, какого они цвета или откуда. Что важно, пытаются ли они жить достойной и соответствующей жизнью, которой они могли бы гордиться.
— Так, как делаете вы?
— Я пытаюсь. Я не совершена. Я сделала
— Я слышала о не… ошибках… ваше величество.
— То, как ты говоришь, заставляет меня думать, что ты слышала, тем не менее, что-то.
— Я…
— Пожалуйста, Каитир, — глаза Ким умоляли её.
— Был разговор о великой чести, которую вы даровали воину Дамиру на Понте.
— Великую честь? Я не знаю, о чём ты говоришь, Каитир, — Ким нахмурилась. Что она сделала?
— Вы положили свою ладонь на его тело. Вы склонили свою голову перед ним. Последовали за его телом на челнок, — с каждым предложением тон Каитир становился более напряжённым.
— Хорошо, да, но любой бы поступил также.
— Не торнианка, — настояла Каитир. — Торнианка никогда бы не позволила, чтобы тело Дамира перевозили на том же челноке, что и её. Она потребовала бы, чтобы его оставили, — Каитир наблюдала, как глаза Императрицы расширяются, и сказала: — Ваши действия заставили каждого самца подивиться самке, на которую претендовал Император. Удивиться и надеяться на такую же честь.
— Они хотят погибнуть при крушении челнока?
— Они хотят быть признанными настолько достойными самкой, чтобы она могла показать это перед другими самцами.
— О, — сказала Ким тихо, ей всё ещё было тяжело поверить в то, как торнианки относились к своим самцам и как большая часть самцов заботились о своих самках.
— Это нечто такое, что не делается даже между самцом и самкой, которые соединились.
— Так не должно быть.
— Вы можете изменить это.
Ты уже начала.
Слова Богини пронеслись в её голове, и Ким, наконец, начала верить.
— Возможно, ты права.
***
— Вы сделали что? — потребовал Рив.
— Она не торнианка. Там не было самца, защищающего её. Она всё ещё продолжала пахнуть так, будто соединялась с ганглианцами. Так что мы перешли к действиям. Там не было причин для нас верить, что она под его защитой. Не говоря уже, о его защите, — Фала ухмыльнулся, найдя это забавным.
— И за это Император убрал вас из своей гвардии? — Рив не мог поверить в это. Фала и Дьюла не сделали ничего плохого.
— Да, мой лорд, — сказал Фала.
***
Настроение в зале правления Весты было напряжённым, когда Рэй вошёл внутрь. Фала и Дьюла стояли перед разгневанным лордом Ривом, сидевшим в кресле лорда. Он поднялся, когда Рэй и его гвардия вошли в помещение,
Верон переместился, встав рядом с Императором, рука легла на эфес меча (прим. часть клинкового холодного оружия, состоящая из гарды и рукояти с навершием), пока глаза сканировали зал в поисках возможных угроз. Он слышал слова, которые были произнесены, когда Император выкинул Фала и Дьюла из гвардии, и воины были разгневаны из-за оскорбления их Дому. Не найдя непосредственной угрозы от гвардейцев, что уставились на него, глаза Верона остановились на причине этой встречи.
Фала и Дьюла.
— Ваше величество, я в растерянности, — сказал Рив первым.
— Что смутило тебя, лорд Рив? — ответил Рэй холодно.
— Я говорил с воином Фала и воином Дьюла и не могу найти причину для заявления, которое они получили от вас, что они уволены не только из вашей гвардии, но и возвращены с позором на Весту.
— Вы чувствуете, что вы, лорд Рив, имеете влияние на того, кого я выбрал для моей гвардии?
— Конечно, нет, ваше величество, но они были смещены таким образом, что это плохо отражается на моём Доме.
— Меня не волнует, как это отразится на вашем Доме, лорд Рив. Дому Вастери не будут служить воины, которых я счёл непригодными и недостойными!
— Непригодными?! — Рив не мог скрыть своё потрясение. — Недостойными?! Сир! Что могло заставить вас поверить вопиющей неправде о двух лучших воинах, которых когда-либо тренировали на Весте?
Фала и Дьюла выпятили грудь от комплимента своего лорда.
— Если эти двое лучшие, лорд Рив, тогда, возможно, я ошибся с лордом, управляющим Вестой!
Рот Рива распахнулся от подразумевавшейся угрозы Рэя. Император не может сместить его без полного согласия Ассамблеи, а Бертос никогда не позволит, чтобы это произошло, но для него говорить это… Здесь… Перед собственной гвардией Рива. Это посеет сомнение в голову каждого воина, если они будут служить ему.
Рэй знал, какое влияние окажут его слова на воинов Рива. Веста была важной планетой, богатой ресурсами. Это было место, где воин, который служил своему лорду хорошо, мог получить средства, чтобы привлечь самку. Угроза от Императора отстранить лорда означала, что они могут быть отстранены также.
— Два воина, обученные здесь — тобой — атаковали самку, зная, что она под моей защитой, — Рэй позволил этому утверждению повиснуть в воздухе и увидел, как каждый самец в помещении напрягся, их глаза метнулись к Фала и Дьюле.
— Что?! — Рив обернулся в ярости, вызванной тем, что Фала и Дьюла не сообщили ему об этом.
— Мой лорд! — Фала шагнул вперёд, прося выслушать. — Она не торнианка! Нам не сообщили, что она под защитой Императора!
— Расскажи мне, Фала, — проговорил Рэй обманчиво ровным голосом. — Какие приказы вы получили, высаживаясь на Понте?