Рэй
Шрифт:
— Ты могла утонуть! — зарычал он на нее, выбираясь из бассейна.
— Я очень хорошо плаваю, Рэй, — возразила она, пытаясь успокоить его.
— Это не имеет значения, — все равно настаивал он, продолжая двигаться, пока не достиг скалы, где она оставила свою одежду. — Ты могла попасть в ловушку.
Ким нахмурилась, когда он поставил ее на ноги, но не выпустил из своих объятий. Не было никакого намека на то, чтобы она могла бы быть «пойманной в ловушку» в бассейне, и там не было ничего, чтобы «поймать» ее. Тогда что имел в виду Рэй? О ком он говорил?
— Рэй… я в порядке, — успокоила она его,
— Без меня ты больше не подойдешь к воде! — он произнес твердым, холодным голосом, которого она никогда от него не слышала. — Ты меня поняла? — когда она посмотрела на него, он сильно встряхнул ее за плечи. — Я больше никого не потеряю, Ким!
— Кого ты потерял, Рэй? — тихо спросила Ким. И вдруг поняла, почему он так себя ведет. Кто-то, о ком Рэй заботился, умер… в воде.
— Ван… — сказал Рэй, медленно поднимая ее на ноги, — мой потомок…
— Потомок… — осеклась Ким. У Рэя было потомство… как такое было возможно? У него тогда должна быть женщина, чтобы иметь потомство… это означало… что у Рэя была женщина.
Побледнев, Ким вырвала руки из его захвата и отступила от него на шаг. О Боже, она целовала женатого мужчину. Она позволила женатому мужчине прикасаться к ней. Внезапно она поняла, что мокрая и голая. Голая перед женатым мужчиной. Схватив свою рубашку, она резко повернулась и натянула ее.
— Ким… — Рэй увидел, как она побледнела, прежде чем отвернуться от него. Он знал, что был груб с ней, но увидев ее под водой, его накрыли болезненные воспоминания.
Ким стояла спиной к нему, пока ее пальцы возились с пуговицами на рубашке. Вытащив мокрые волосы из-под рубашки, она выжала из них воду, не замечая, как люцефирины слегка потускнели в ответ на ее переживания.
— Твой отпрыск утонул? — она с трудом смогла произнести эти слова.
— Четыре года назад, — признался Рэй, вспоминая тот ужасный день. — Его транспорт смыло с моста во время шторма. Он утонул, прежде чем его смогли вытащить, — он не сказал ей, что Тор тоже был в том же транспорте. Не сказал ей, что охранники, приставленные к ним, решили сначала спасти Тора, так как он был наследником Рэя, оставив младшего его брата позаботиться самому о себе, пока они не смогут вернуться за ним. Они опоздали, когда они вернулись, для Вана было слишком поздно.
— Мне очень жаль, Рэй, — Ким повернулась к нему, и печаль в его глазах заставила заныть ее сердце. Он действительно любил своего сына. — Сколько ему было лет?
— Десять.
— Его мать, должно быть, была убита горем, — Ким помнила, что Рэй рассказывал о торнианских женщинах, но ей все еще было трудно поверить, что у них не было чувств к своему потомству.
— Адана умерла вскоре после того, как представила Вана, — ответил Рэй, вспоминая о своей Императрице. Была ли она убита горем после смерти Вана, как, возможно, думала Ким, или это не имело для нее значения после того, как был выполнен ее долг? Глядя на Ким, он мог видеть, что она действительно расстроена тем, что он потерял потомство. Ван имел для нее значение, хотя она никогда его не знала. Если бы Ван был ее отпрыском, у нее было бы разбито сердце.
— Я… — Ким не знала, что сказать, не знала, что она чувствует. С одной стороны, она сожалела, что Адана умерла. Рэй должен был заботиться
Рэй хотел бы забрать назад свои слова, и даже больше, свои деяния. Он не хотел говорить с ней так резко, не хотел рассказывать ей о Ване. Обычно он не говорил о нем. Ни о Гриме. Ни о Торе.
Он был горд, когда Адана выбрала его своим мужчиной, но он также знал, что это было больше связано с тем, что он был Императором, чем с тем, что он был достойным мужчиной. Ким видела в нем достойного мужчину, но сейчас его действия не были таковыми. Простит ли она его?
— Мне очень жаль, Ким, — сказал он, осторожно приближаясь к ней. — Мне не следовало так себя вести. Мне не следовало так с тобой разговаривать.
— Ты боялся, что я утону.
— Да, но это не оправдание тому, что я сделал.
— А что ты сделал, Рэй?
— Я прикоснулся к тебе в гневе. Я тряс тебя, — Рэй почувствовал, что его стыд растет. — Я расстроил тебя.
— Я не поэтому расстроена, Рэй.
— Разве?
— Нет, я расстроена, потому что ты потерял потомство, потому что потерял свою самку… и потому что я чувствую облегчение от этого.
— Что ты имеешь в виду? — Рэй посмотрел на нее в шоке.
— Мне жаль, что ты потерял сына, Рэй. Не могу представить, как это было ужасно для тебя. Это то, что я никогда не хочу испытывать, но также я расстроена тем, потому что в глубине души рада, что мне не нужно конкурировать с твоей женщиной… и от этого мне стыдно. Если бы я действительно любила тебя, я бы желала, чтобы ты был счастлив, даже если бы ты был не со мной.
Рэй не знал, что сказать. Никогда еще женщина не вела себя так. Что она хотела бы, чтобы он был счастлив… с кем бы он ни был. Это было не просто шокирующе, но и неслыханно. Женщина всегда ожидала быть центром мужской жизни, хотя и не хотела оставаться в ней. Она ожидала, что он будет нежен с ней всегда. Он никогда не должен был повышать на нее голос, особенно в гневе, или она расстроится и уединится, но эти вещи не расстроили Ким. Что расстроило ее, так это то, что он может найти ее недостойной по сравнению с Аданой.
— Ким… — Рэй обнял ее, снова притягивая к себе. — Ты значишь для меня гораздо больше, чем Адана. Разве ты не чувствуешь это? — чуть наклонив голову, чтобы посмотреть ей в глаза, он продолжил. — Неужели я не так вел себя, давая понять, как ты важна для меня? Как много ты для меня значишь? Если так, то пусть будет стыдно мне, а не тебе.
— Я знаю, ты говорил мне, Рэй…
— Что именно, малышка?
— Твой мир настолько отличается от моего, что иногда мне трудно в это поверить, в то, что матери оставляют своих детей. Дело не в том, что этого не происходит на Земле, и там также есть женщины, которые живут с мужчинами из-за того, что те могут дать им. Но это не норма, и это не так там, где я выросла. Даже когда я ужасно вела себя со своими родителями, они никогда бы не бросили меня, никогда не переставали любить. Я всегда знала, что они будут рядом со мной, что будут заботиться обо мне… а потом их не стало.