Революционер
Шрифт:
– Да мне плевать на винтовку, поверь, – ответил мне Чак, – Генерал, в любовь с первого взгляда верите?
– Нет.
– И я раньше не верил.
Я нахмурился и посмотрел на нашего снайпера, но тот был предельно серьёзен.
– Чак, ты же не хочешь сказать, что…
– Я ничего не хочу сказать, товарищ Генерал, – быстро перебил он меня, – Я был знаком с ней двадцать секунд.
– Рад, что логика тебе не отказывает, – усмехнулся я.
Однако Чак теперь пребывал в какой-то напряжённой прострации после встречи со снайпершой и до небольшого
– Вот, – сказал зелёный, показывая на бочки, – Лейтенант говорил, что от них никакой пользы. Не знаю что он имел в виду, но в них явно что-то есть.
– Добб, проверишь? – спросил я своего друга.
– Конечно, – буркнул доберман и спокойно взял одну из бочек, поставив её на пол.
Открутив её крышку, пёс слегка наклонил тару к себе и обмакнул палец в содержимое бочки. Обнюхав и даже попробовав на вкус неизвестную нам субстанцию, он поморщился.
– Оружейное масло, – констатировал он, – Странно, что оно вам не нужно.
– Посмотри во всех бочках, я пока здесь оглянусь.
– Хорошо.
Я оставил Добба и своих напарников у стеллажа, я пошёл к другой стене зала, где располагались какие-то запчасти для разнообразных агрегатов. Все уже были непригодны к использованию – насквозь проржавевшие или гнилые, даже Динозаврик бы пустил их на металлолом. Однако я пришёл не за ними, а поговорить с Кроносом.
– Кронос, ты меня слышишь? – тихо просил я, накинув на голову шлем. На дисплее отобразилась полосочка его голоса и мощность сигнала для связи.
– Слушаю, товарищ генерал, – ответил он мне через секунду.
– Ты видел то, что нам показала Рэя? Кошмар из под капюшона…
– Да, – ответил ИИ.
– Значит это была не иллюзия, или что-то в этом роде? Я хочу быть уверен.
– Нет, иначе бы мои оптические сенсоры этого не зафиксировали бы. То что она показала вам было настоящим.
Это навевало на меня лёгкий ужас. Я думал до этого, что всё увиденное мною – не более чем ужасный глюк, который она создала своей силой, но теперь её стоило опасаться. Впрочем, я никогда не доверял ей полностью.
– Ты так и не узнал что она такое?
– Я немедленно пошлю кого-нибудь на заброшенную часть базы за журналом профессора, который её создал, – сказал Кронос, – Похоже у меня это, как говорится, вылетело из головы.
– Ничто человеческое тебе не чуждо, надо же, – усмехнулся я. Кронос в ответ мне лишь хмыкнул на другом конце провода.
Раздалось лёгкое шуршание слева от меня. Прервав связь со своим командиром, я вскинул пулемёт и резко повернулся, но тут же опустил оружие. Появившись из неоткуда слева стояла Рэя.
– Ваш друг, которого вы называете Чаком, говорил что-то о любви. Что это? – без всяких вступлений начала самка. Её вопрос меня ошеломил. Я снял шлем, чтобы лучше
– Это чувство, – ответил я ей, – Ну знаешь, что-то вроде гнева или страха…
Она какое-то время смотрела на меня, ожидая что я продолжу, но мне больше не было чего сказать. Я неловко улыбнулся ей, разглядывая мордашку неизвестного вида. Она была очень красива в свете луны, который пробивался через частично поломанную крышу клуба, но кошмарные видения не давали мне покоя. Я уже не мог верить её обманчивому внешнему виду и постоянно ожидал что она вот-вот и снова покажет свой ужасающий лик.
– Гнев и страх всегда имеют под собой основания, – тихо сказала она, – Какое было основание для той любви, которую испытал Чак при виде лисицы? Почему вы не испытали это чувство?
– Оно для каждого индивидуально, – попытался ответить я, – И основания… всегда разные. Для каждого свои.
– И как понять, что чувствуешь любовь? – не прекращала самка, но я откровенно не выдержал.
– Рэй, сейчас не время говорить о таких вещах, да и я откровенно в них слаб…
– Ты генерал целой армии. Тупому не доверили бы управление жизнями других, – напомнила мне она.
– Это… не те вещи, для которых нужен интеллект, – признался я, неловко усмехнувшись.
Самка повернула свою очаровательную мордашку куда-то в бок, прекратив свой допрос. В наушнике раздался голос Кроноса.
– Сначала она спросила это у меня, но я посоветовал спросить у кого-нибудь живого. Видимо вам, Генерал, она доверяет больше всего.
– Послал бы к Чаку! Он испытал, он пусть и растолковывает!
– Я не давал конкретных указаний на счёт лучшего советчика, – ответил мне ИИ.
Рэя исчезла. Как будто её впитала тень на полу, сама темнота. Видимо она чувствовала, что ко мне вернулись мои друзья.
– Керосина нет, – рапортовал мне мой друг, – только смазочные материалы.
– Я и не думал, что нам так быстро повезёт, – признался я, – Сержант, в том ангаре ещё есть топливо?
– Да, но им заправляют машины, это бензин, – ответил он, – А керосин это что-то другое…
– Да, но там где есть бензин, там есть и керосин. Пойдём туда.
– Я с вами не пойду, – сказал он, – увидят с вами – всё разом поймут…
– И что нам делать? Мы потеряемся на этой базе без хорошего проводника.
На секунду воцарилась тишина, но потом Чак опять полез за купюрами. За всеми оставшимися у него деньгами.
– Возьмём лисицу, – сказал он.
– Уверен? – спросил Добб.
– Если она заинтересуется, то сделает всё что в её силах. Я знаком с кодексом наёмников…
– А нас она не убьёт?
– Не знаю, – понуро ответил Чак и направился к выходу. Мы с Доббом переглянулись и последовали за ним.
Оставив ящера в зале с припасами, мы вышли из зала и застали снайпершу на своём месте с тем же плеером. Процесс договоров был довольно грубым и наигранным: Чак попросту пнул подошву её сапога чтобы привлечь её внимание, бросил на грудь пачку купюр и дождался пока она вытащит из ушей наушники.