Реверс
Шрифт:
Я вскинула на него взгляд полный боли и слёз, так мне не хотелось верить, что это правда.
— Ты хочешь знать за что? — мягко, сочувственно спросил он и я лишь кивнула неспособная говорить, — Аверин лишь исполнитель, заказчик другой человек и это месть. Ты же знаешь историю своего мужа, Алина тебе рассказывала. Я не давал тебе этих документов пока ты болела, но думаю сейчас ты сможешь посмотреть без ущерба для здоровья. — Евгений протянул мне папку с копиями дела.
Я открыла трясущимися руками и сразу же на первом листе фото Антона, фас и профиль и везде он был прописан как Роман. Статьи, доказательства,
Я просидела так несколько десятков минут, борясь с собой, со своими эмоциями.
— Тебе и Ване ничего не угрожает больше, и вы можете вернуться в Москву. — этой фразой Евгений окончательно определил на какой я стороне.
— В Москву? — переспросила его, — Ты нас гонишь? — смущение смешалось в эту секунду со злостью.
Злостью за обман Романа что прикинулся для меня тем кем не являлся на самом деле.
Евгений медленно и отрицатели покачал головой прежде, чем ответил;
— Нет, что ты? Наоборот, хочу, чтобы ты с Ваней осталась здесь. Просто до вчерашнего дня это была необходимость, вам опасно было возвращаться в Москву, а сегодня всё прояснилось, и в любой точке мира вы в безопасности. Если хочешь вернуться, я закажу билеты.
Его спокойная речь действовала на меня правильно, напитывала хладнокровием, нужные слова заставляли дышать ровно. Я начала принимать и понимать, что мне нужно подумать, как бы плохо ни было. Взвесить все за и против, а главное, понять, что дальше? Это хоть и безопасная, но чужая страна и для меня, и для Вани, если в Москве были единицы хороших знакомых и какая-никакая, но всё же мама, Игорь, то здесь вообще, никого не было, если не считать Евгения.
— Спасибо. — положила папку на стол, провожая её призирающим взглядом, с отвращением чувствуя дрожь в руках.
Не хочу, чтобы они дрожали. К чёрту!
— Не за что Агата. Тебе стоит подумать, а дело Ромы…? — Евгений взглянул на маня вопросительно, заменив этим взглядом слова.
— Эм…ты об аптеках? — я уточнила, и он кивнул соглашаясь, — За этим следит Игорь, он разбирается. Я пойду в детскую прилягу. — поторопилась
— Конечно.
Лечь сейчас на диванчик и смотреть на спящего сына вот единственное то, что могло меня успокоить по-настоящему. Поднимаясь с кресла, я думала лишь о нём. Пожалуй, он единственно настоящий во всей этой истории ведь я действительно носила его под сердцем и рожала долгих девять часов.
Только прежде чем предаться наблюдениям за лучиком света, я закрылась в ванной комнате и набрала Игоря. Обычно мы переписывались, но сейчас не было мочи ждать.
— Привет. Что-то случилось? — приняв вызов, с ходу спросил Игорь, не привыкший к моим звонкам.
— Да. Что с делом Антона? — меня мягко сказать удивляло, что Видов мне сообщил обо всём раньше чем Игорь.
— М-м-м. Да всё по-прежнему. Ищут. — буркну Игорь, посторонний шум, тон, всё говорило о том, что он занят и
— Странно, а я уже знаю, что нашли и видела чистосердечное признание исполнителя. — выпалила, не думая, что это стоит придержать при себе, веры Игорю сейчас было не больше, чем тому же Шурику или Илье.
— Погоди! — крикнул Игорь и исчез на несколько секунд, — Что ты видела?! — спросил, вернувшись уже в тишине и во внимании.
— Я видела копии признания от исполнителя, заказчик тоже пойман. Почему ты мне ничего не сказал? — как же сложно было спрашивать его, не видя глаз и не повышая голоса.
Ощущение что и он водит меня за нос сейчас было сильнейшим, чётким и безапелляционным.
— Хм. Видимо, у Видова связи и он раньше меня получил эту информацию. Я клянусь тебе, что ничего не знал! Давай я всё выясню и тебе напишу. Не звони, кстати, больше, только переписка. Агата, — Игорь выдохнул шумно, и сделав паузу, серьёзно произнёс, — Не доверяй никому.
Это не выбило из колеи, нет. Я и так уже давно не в ней, качусь по каким-то чужим рельсам, утопающим в зыбких песках пустыни.
— Даже тебе? — спросила, усмехнувшись на собственное отражение.
— Даже мне. — серьёзно произнёс Игорь и сразу отключился.
После этого разговора всё словно замерло и внутри, и снаружи меня. Игорь ничего так и не написал, только сделал перевод прибыли на карту. Деньги, к которым и прикасаться не хотелось, да и нужды не было. Игорь молчал неделю, две, время шло, а я не напоминала ему. Сама не интересовалась, поглощённая чёрным цветом прошлого Алиева. Казалось, что разделить это прошлое Романа и мою жизнь с Антоном, которого я знала невозможно. Всё стало чёрным, даже то хорошее, что между нами было накрыло плотной темнотой. Сны с прошлым выматывали напоминанием о счастье, но не могли пробить броню из того, что на меня свалилось.
И Видов, чувствуя моё состояние, не спрашивал, что я решила, а у меня и не было этого решения. Только воспоминания о работе и жизни с Антоном, причиняющие дискомфорт внутри и подвешенное состояние. При всём моём принятии что он на самом деле Роман и ради наживы не жалел никого, шагая по головам, я не могла вытравить из себя Антона. Это раздражало, злило, а в какой-то момент произошло вовсе страшное для меня.
Ваня, тот самый единственный лучик света что радовал меня тоже был захвачен этой тьмой. Как обычно, он сидел на полу в гостиной, играя с барабаном, стуча по нему машинкой, я сидела на диване и безэмоционально наблюдала за ним. Чёртовы таблетки. Эта мысль как пуля прошила мою голову, испугом осев в душе и слезами встав в глазах.
— Ваня. — слегка осипшим голосом позвала тут же сына, отрицая, стараясь избавиться от чувства стыда за ту мысль, — Пойдём гулять? — его детский невинный взгляд прожигал насквозь.
Как я могла такое подумать?!
— Дём! В магаин! — сынок побросал игрушки и забегал радостно на месте по небольшому кругу.
— Нет. Мы на пляж пойдём. — встав с дивана, я подхватила Ваню и прижав к себе закружилась с ним на месте.
Слёзы стояли в глазах и за то, что хоть на секунду, но пожалела, ненависть и злоба на Алиева выросла ещё, до невероятных размеров. Он умудрился даже с того света испортить всё то хорошее, что было.