Реванш

Ромеро Мариэла

В середине дня позвонил Самуэль и предложил Марте приехать в Каракас.

– Мы не хотели говорить заранее, – сказал он, – но теперь уже все решено окончательно: завтра мы с Элисендой зарегистрируем наш брак. Свадьбы никакой не будет, но ты приезжай, дочка.

– Папочка, я очень рада за вас, – ответила Марта. – Но завтра здесь будет свадьба у Архениса. Ты не обидишься, если я не приеду?

– Конечно, дочка. Передай мои поздравления Архенису и Ортенсии.

– А ты поздравь Элисенду. Я от всей души желаю вам счастья. Вы его выстрадали.

– Спасибо, моя дорогая, – растроганно

поблагодарил Самуэль. – А знаешь, в этот же день будет и еще одна свадьба. Мы пригласили Каролину и Леонардо быть у нас свидетелями, а они тоже решили восстановить свой брак. Сразу же после нас. Так что сначала они будут у нас свидетелями, а потом мы с Элисендой – у них.

– Папа, я хочу тебе сказать, что больше не держу зла на Каролину и искренне желаю ей счастья.

Свидетелем у себя на свадьбе Архенис захотел видеть Хулио Сесара, и тот, собираясь на торжество, сказал Брихиде:

– Пойдем, мама. Новобрачные будут рады тебе. Пойдем. Нельзя все время лить слезы.

Брихида послушалась сына, но всеобщее веселье не развеяло ее печали.

– Не буду портить вам праздник своим грустным видом, – сказала она Исамар, прощаясь. – А Хулио пусть немного развлечется. Смотри, он улыбается… С тех пор, как умерла Эстефания, он улыбался, только когда играл с детьми…

Брихида ушла, а праздник в доме Исамар продолжался. От здравиц в честь новобрачных гости постепенно перешли к разговорам о своих житейских проблемах, и оказалось, что почти каждого из них в самом ближайшем будущем ожидали перемены. Ансельмо дозрел, наконец, до того, чтобы жениться на Исабель. Луиджи уговорил Лилу переехать к нему в Италию. Альберто предложили вести авторскую программу на телевидении. Аврора и Сандра, поговорив о том, что теперь Алехандро, должно быть, женится на Исамар, стали обсуждать возможность совместного бизнеса…

Самого же Алехандро, а также Гильермо среди гостей не было, хотя обоих Архенис приглашал.

– Гильермо не смог прийти, – пояснила Виолета, – ему сейчас очень плохо. Но, надеюсь, жених и невеста на него не обидятся.

– А ты не знаешь, где Алехандро? – спросила Исамар.

– Нет. Скорее всего, бродит вдоль побережья так же, как вчера, – предположила Виолета. – Ему надо побыть одному.

Марта все время находилась в окружении своих празднично одетых ребятишек, и, казалось, была занята только ими, не участвуя в общем веселье. Но это было не так. Просто она испытывала такое счастье и покой в своей душе, какого не знала никогда прежде и который вполне соотносился с радостью и счастьем близких ей людей.

Улучив удобный момент, она отвела Архениса в сторону и, поцеловав его, ласково, по-сестрински, сказала:

– Прости меня за то, что я причинила вам с Ортенсией много неприятностей. Лишь недавно я поняла, что такое счастье. Это оказалось гораздо проще, нежели мне представлялось.

– Да, Марта, – согласился с нею Архенис, – ты нашла свой собственный путь к счастью. Тебе хотелось иметь ребенка, и Господь оделил тебя сразу двумя детьми.

– Будь счастлив, брат, – еще раз обняла его Марта. – А сейчас мне еще надо поговорить с Марианой.

– Куда ты меня ведешь? – недоумевала Исамар. – Зачем ты увела меня со свадьбы?

– Подожди

немного, – отвечала Марта. – Сейчас все поймешь.

Они остановились у быстрого горного ручья.

– Узнаешь это место? – спросила Марта. – Когда-то я привела тебя сюда в свадебном платье и заставила принести клятву возмездия… А еще раньше мы были здесь, когда Фернандо Мальдонадо убил нашего отца…

– Марта, я прошу тебя, – взмолилась Исамар. – Не надо сейчас об этом!

– Нет, позволь мне досказать, – твердо произнесла Марта. – С этого места все началось и здесь должно закончиться! Наше возмездие окончено, Мариана! Сейчас моя душа спокойна. Мы должны похоронить наше прошлое.

Она сняла с себя фамильный медальон, затем такой же медальон сняла с Исамар.

– Зачем ты это делаешь, Марта? – ничего не поняла Исамар.

– Благодаря этим медальонам я признала в тебе свою сестру. Но теперь они не нужны нам, – и Марта бросила оба медальона в ручей. – Возмездие свершилось, Теперь все будет как раньше. Я больше не буду звать тебя Марианой. Ты – Исамар. Исамар… А сейчас я пойду: Алехандро уже давно ждет тебя там, в сторонке. Видишь?

– Алехандро, любимый! – бросилась к нему Исамар. – Только что мы с Мартой похоронили наше прошлое… Я люблю тебя! Теперь я навсегда буду твоей!

Возвращаясь обратно, Марта встретила Хулио Сесара и Ансельмо, тоже шедших к побережью, чтобы обсудить свои мужские дела.

– Мы начнем с небольших суденышек, а потом у нас будет целая флотилия, – увлеченно говорил Хулио Сесар.

– Смотри, – прервал его Ансельмо. – Вон та прекрасная незнакомка внимательно рассматривает тебя и улыбается. Да отвлекись ты, взгляни, какая красивая девушка обратила на тебя внимание.

Хулио Сесар посмотрел в ту сторону, куда указывал Ансельмо, и увидел юную белокурую девушку, чем-то похожую и на Эстефанию, и на Исамар. Девушка, действительно, ему улыбалась…

Пока Брихида и Хулио Сесар были на свадьбе, Мерсе и Энкарнасьон решили заняться очень ответственным делом.

В последние дни Мерсе постоянно чувствовала недомогание, и это было неудивительно, после всего того что ей довелось пережить. Но Мерсе твердила другое:

– Мне кажется, Энкарнасьон, я беременна. О, если б это и в самом деле было так!

Она попросила Ансельмо привезти ей из Каракаса индикатор, продающийся в аптеках, с помощью которого можно определить беременность.

– «Налейте в пробирку свою утреннюю мочу», – волнуясь, читала она инструкцию. – «Разбейте ампулу с индикатором…»

– А не лучше ли все же показаться врачу? – советовала Энкарнасьон, не слишком доверяя этим современным штучкам.

– Нет, Энкарнасьон, это хороший способ, – возражала Мерсе.

Но он наверняка не дает стопроцентной гарантии. – Энкарнасьон, боясь отрицательной реакции, происходящей сейчас в пробирке, пыталась смягчить для Мерсе возможный удар. – Если лиловый цвет не получится, ты, пожалуйста, не напивайся с горя, а пойди к врачу.

– Ох, Энкарнасьон, – не отрывая глаз от пробирки, говорила Мерсе. – Я ведь не раз просила об этом Рея. Но он так и не понял, что быть матерью – мое истинное предназначение. Он даже представить не мог, насколько я люблю его…