Реван
Шрифт:
Конечно, его не возьмут на место Зидрикса в Темный Совет: он был еще слишком молод и недостаточно знаменит. Он еще не заручился необходимой политической поддержкой, не сколотил команду приверженцев и слуг. Но это будет прорыв: о нем будут говорить наверху. И когда в будущем освободится очередное место в Совете – лет через пять, а может, и десять – он станет кандидатом номер один.
– Прикажите Сечелу созвать планерку, – сказал он вслух.
Найрисс вновь расплылась в улыбке, но это уже не ужаснуло Скорджа. Ему пришла в голову мысль: уж не саму ли Найрисс
Глава 9
Реван смотрел на карту Реккиада, мерцающую на навигационном экране «Черного ястреба». На покрытой льдом планете никогда не существовало поселений. Ни единой точки на экране, обозначавшей город или деревню, – только ледяные и снежные пустоши, раскинувшиеся на сотни километров во все стороны.
По словам Кандеруса, где-то на поверхности мандалорцы соорудили временную посадочную полосу. Кланы, собравшиеся на Реккиаде, совместно обслуживали и защищали транспортные средства на летном поле – нейтральной земле, по своей сути. Но за ее пределами каждый клан заявлял права на собственную территорию. И готов был сражаться, защищая эти права.
И Реван, и Кандерус сочли не слишком благоразумным посадить «Черный ястреб» на общественной площадке. Чужаки были у мандалорцев не самыми желанными гостями. Кандерус решил, что будет лучше попытать удачу непосредственно с родным для него кланом Ордо.
Первоначально они собирались сесть в радиусе пешего перехода от лагеря Ордо и явиться туда на своих двоих. Перспектива приземлиться в космопорту не слишком прельщала контрабандистов и негодяев, в разное время владевших «Черным ястребом», и корабль подвергался неоднократным переделкам, благодаря чему мог теперь заходить на посадку даже в условиях, далеких от идеальных. Но Реван подозревал, что прежние владельцы и не помышляли о посещении столь негостеприимной планеты как Реккиад, и уже начинал испытывать сомнения в правильности своих действий.
Штормовой ветер хлестал по обшивке корабля, креня его набок, а вихри снега и льда сужали область действия сенсоров. Чтобы просканировать местность, джедаю пришлось снизиться до высоты всего в несколько сот метров над землей. Одно неверное движение – и их унесет к поверхности навстречу неминуемой гибели.
Позади пилотского кресла раздалась встревоженная трель Т3.
– Позови Кандеруса, – рявкнул Реван, сражаясь с управлением. – Передай, пусть проверит координатную сетку еще раз.
Маленький дроид-астромех развернулся и поспешил на поиски третьего члена их экипажа.
Из-за внезапного порыва ветра корабль резко швырнуло вниз и влево. Ремни безопасности впились в тело Ревана, когда тот врубил двигатели на полную мощность и потянул рычаг управления на себя, успев вывести «Ястреб» из пике за мгновение до удара о землю.
Корабль сбило с курса, и на навигационном экране внезапно возник огромный ледник, возвышавшийся над промерзлой поверхностью планеты.
Реван заложил крутой вираж, чтобы уйти от столкновения с ледяной стеной, но даже молниеносная реакция
Толчок отправил «Ястреб» в крутую спираль. Реван дергал рычаг управления из стороны в сторону, стараясь выровнять траекторию полета. Благодаря Силе он предугадывал каждый безумный рывок корабля, отточенными движениями удерживая его на заданном курсе.
Угроза крушения миновала, и Реван наконец смог вывести «Ястреб» на безопасную высоту и включить автопилот. Он откинулся в кресле и шумно выдохнул. Несколько секунд спустя джедай распрямился, поправил ремни безопасности и бросил взгляд на приборную панель.
Мигающая красная аварийная лампа подтвердила его худшие опасения: столкновение с ледником повредило посадочную опору корабля.
Реван пробормотал себе под нос проклятье, и немедля ему вторило куда более крепкое ругательство от Кандеруса, вбежавшего в кабину. Сразу за ним вкатился возмущенно пищащий Т3.
– Ты тут что, в лепешку нас хочешь размазать? – проворчал мандалорец, плюхнувшись в кресло второго пилота. – Я думал, ты способен управиться с этой кучей металлолома.
– А ты вроде говорил, что клан Ордо разбил лагерь на этом обледенелом камне, – бросил Реван в ответ. – И где они, хатт тебя раздери? По координатам, что ты мне дал, ничего нет.
– Может, переехали, – пожав плечами, сказал Кандерус. – Хотя навряд ли слишком далеко. Не при такой погоде. Просканируй поверхность и ты наверняка их найдешь.
– А я чем, по-твоему, занимаюсь? – прошипел Реван сквозь стиснутые зубы. – Но оказывается, это верный способ подружиться с ледником.
Кандерус покосился на аварийную лампу:
– Так вот почему мигает этот красный огонек…
– Мы повредили посадочную опору, когда зацепились за ледник.
– А ты не мог его просто облететь?
Реван закатил глаза.
– Снижайся, поглядим еще раз, – предложил мандалорец после нескольких секунд тишины. – Клан Ордо должен быть где-то рядом.
– Даже если мы их найдем, дальше-то что? Ты серьезно думаешь, что я посажу корабль на сломанное шасси?
– Ну, ты же у нас умный парень, – ответил Кандерус, поудобнее устраиваясь в кресле. – Что-нибудь придумаешь.
В дальнейших пререканиях не было смысла, поэтому Реван замолчал. Но все же перемены, происходящие с Кандерусом, не покидали его мыслей.
Все то время, что они были знакомы, Реван чувствовал в мандалорце какую-то подсознательную напряженность. Кандерус каждую секунду был готов вступить в схватку, словно солдат на территории врага. Он никогда не смог бы прижиться в Республике, потому что был мандалорцем. И Кандерусу это было известно.
Теперь же он изменился. Да, мандалорец был все таким же ворчливым и скупым на слова – но с момента их отлета с Корусканта он заметно расслабился и повеселел. Ему не терпелось вновь оказаться среди своего народа, и мелкие происшествия вроде повреждения посадочной опоры не смогли бы его остановить.