Рев чести
Шрифт:
– А что с ними такое? – спросил Бридфелт. – В это время года они целиком покрыты сухостоем и высокой травой. Что в этом такого хорошего, не считая скрытия передвижений?
Цзэн улыбнулся кончиками губ.
– Ты говоришь так, словно просмотрел те же самые файлы, что получили и Волки.
Анжела первой сообразила, к чему он клонит, и заулыбалась, прокручивая в уме замысел.
Хм, а может и сработать…
– Доктор Дроган, что вы можете рассказать о равнинах в это время года?
Доктор был явно захвачен врасплох, и даже принялся
– Я… ну, обычно равнины совершенно сухие. Наши фермеры в это время года собирают урожай и через неделю, другую, обычно выжигают тростниковые поля целиком, чтобы в следующем сезоне почва стала плодородней. Если равнины контролируемо не выжигать, очень велик риск случайных или естественных возгораний, могущих стать опасными.
– И в этом году равнины сухие?
Дроган медленно кивнул.
– Как порох, звёздный капитан.
– А доминирующие ветры?
Вытащив планшет, Цзэн принялся торопливо печатать.
– Осенью преимущественно северо-восточные, – наконец отозвался он. – Согласно метеорологическим данным с орбиты, стабильный бриз продержится всю следующую неделю Грегори широко заухмылялся, ухватив идею.
– Мы заманим Волков на равнины Фалмут и сожжем их там!
– Именно, – уверенно сказала Анжела. – В настоящий момент это лучший вариант. Хотя нам ещё нужно найти способ поджечь разом огромную территорию, и сделать это внезапно.
Она бросила взгляд мимо внутреннего кольца воинов в ту сторону, где стоял главный техник Люрэй, – Старший техник, у вас найдется способ запалить пожар, причем невероятных размеров?
Он, как и Дроган прежде, тоже был захвачен врасплох, по большей части из-за хронического недосыпания на грани истощения.
– Ну, у нас есть примерно сорок бочек пентаглицерина, что, покидая форт ДельВиллар, мы захоронили в сорока километрах отсюда. Весьма взрывоопасная жидкость, но распыленная, огнеопасней любого напалма. Поскольку он не испаряется, мы можем использовать в таких размерах, о которых вы говорите. Одна искра, или какое-нибудь дистанционно контролируемое устройство, и можно сжечь почти всё.
Анжела кивнула.
– Сразу по прибытии на Тоффен в ходе тренировочных боев, мы видели эти равнины. С таким высоким и толстым тростником, полагаю, огонь будет настолько горяч, что даже лучшим из омнимехов потребуется уйма везения, чтобы выжить. Огонь должен быть разведен так, чтобы предотвратить волчье отступление. Также должен быть начат в таком месте, где сухостой всего гуще, так чтобы породить стабильный и долгий жар, достаточный чтобы предотвратить бегство или стрельбу.
Снова заговорил доктор.
– Я прожил на этой планете всю свою жизнь, звёздный капитан, и жар от выжигаемого фермерами тростника настолько мощен, что зачастую потом три-четыре дня после этого воздух заволакивает облаками дыма, не только там, но и по всему Тоффену. Большинство людей говорят, что к горящему сухостою, не потеряв сознания, нельзя приблизиться ближе, чем на пятьдесят
– Звёздный капитан, нельзя этого делать, – вмешался Бридфелт. – В использовании преднамеренного пожара нет чести. Наши собственные люди понесли тяжелые потери на Тукейиде, когда комгвардия использовала такую же тактику. – Голос его был горек, словно он по-прежнему чувствовал на губах золу пожарища в лесу Холт, Тукейид.
Глаза Анжелы сузились.
– Разделяю твое беспокойство. Я, знаешь ли, тоже была на Тукейиде. Была и в огне леса Холт и чудом там выжила.
– Тогда вы согласитесь, что мы не можем использовать подобную тактику.
– От, – отозвалась она. – По ряду причин. Первая – обстоятельства иные. Я включила местность в свою ставку, и к услугам звёздного полковника Радика та же самая информация. Второе – в использовании для победы преимуществ, даруемых местностью, нет никакого бесчестия.
Третье – это сработает, я знаю. Я пережила такой же пожар, нацеленный на моё подразделение.
Мы Призрачные Медведи. Мы известны приверженностью избранному пути, но в данном случае мы обязаны адаптироваться.
Нэка тоже заговорила:
– Волки помнят Тукейид не хуже нас. Они знают, как сильно нас затронуло произошедшее в лесу Холт. Мы должны применить данную тактику хотя бы потому, что они решат, что мы никогда не прибегнем к ней.
Бридфелт не был полностью убежден всем этим.
– Ты говоришь это сейчас, как Нова Кот или как Призрачный Медведь?
– Как Призрачный Медведь, жаждущий победы ничуть не меньше тебя – отозвалась она, и затем повернулась к Анжеле. – И как воин, считающий, что данная тактика сработает.
На этой точке дебаты окончились. Вопрос был решен – Есть ещё кое-что, что меня беспокоит, – произнес Цзэн. – Радик не спустит свежий бинарий еще добрых двадцать пять часов. Зачем ждать? Они могли бы спустить его без особых проблем в течение часа.
Анжела пожала плечами.
– Кто их знает? Судя по докладу Стоуна после боя, вероятно именно поражение звезды «Агрессор» вынудило Радика поступить так. Его войска, остающиеся на планете, серьезно искалечены и он, должно быть, сейчас делает всё, что может, чтобы починить то, что у него ещё есть, и тянет время, как только может.
– Если он направит бинарий и его припасы в форт ДельВиллар и затем там переоснастится, ставки против нас будут еще хуже, – заметил Цзэн.
– Действительно, – отозвалась Анжела. – Так что мы должны принудить его броситься в бой раньше, чем он будет готов полностью.
– Звёздный капитан, – донесся голос от массивного силуэта Дольфа. – Ваши слова подымают другой вопрос. Я знаю, что это не моё дело спрашивать, но где остальной наш клан? Подкрепления должны были бы уже прибыть.
Анжела оглянулась на Цзэна, затем снова на Дольфа. Как она могла ответить ему, если сама не понимала, отчего подмога все еще не пришла?